Рождение новой расы
Шрифт:
— Пойдемте домой, мы сегодня и так заигрались, — обратился Родзу к своим друзьям, и они, развернувшись к Стигге спинами, пошагали прочь.
В тот самый миг юный орк понял, что вкус победы может быть горьким. Стоит ли победа в детской игре такой цены? Для Стигги определенно стоила. Он окончательно уяснил, что при помощи ума способен расправиться с любым врагом.
***
От того, как быстро силы покинули Кайли, ей захотелось прислониться к дереву и заплакать. Как все-таки быстро она растеряла форму, лишенная связи с родным лесом и родным деревом! Сзади послышалось одинокое «бум», а затем еще раз «бум-бум».
Люди Олафа время от времени били в барабаны. Шепот леса очень навязчивый, и если его не заглушать, то скоро начнет казаться, что умереть в его чертогах не такая уж и плохая идея.
Люди постоянно устраивали вылазки в пограничье, и успели испробовать множество способов, дабы противостоять его зову. Раньше было принято брать с собой целые оркестры, пока однажды по счастливой случайности не выяснилось, что несвязный набор громких звуков куда эффективнее, чем красивая мелодия.
Новый звук свирели вывел Кайли из оцепенения. Нужно было продолжать бежать. Во что бы то ни стало. Дриада сделала несколько неуверенных шагов и припала к молодому дубу. Спустя пару секунд она отшатнулась от него, как от чумного больного. Из ее глаз, которые все сравнивали со звездным небом, потекли слезы. Дерево не захотело делиться силой с той, которая однажды покинула лес.
Бельчонок, который все это время отсиживался у нее в волосах, пробрался к самому уху и пропищал что-то ободряющее.
— Спасибо, маленький, — Кайли улыбнувшись погладила его пальцем по голове. Вобрав полную грудь воздуха, она сделала пару прыжков к другому дереву. Плакучая Ива не спешила с ответом.
— Пожалуйста, умоляю! — прошептала Кайли.
И снова отпрянула от дерева в слезах. Но на этот раз это оказались слезы благодарности. Ноги перестали дрожать, дыхание выровнялось.
— Спасибо, — робко сказала дриада и продолжила путь вперед. Дальше она старалась более разборчиво выбирать деревья, у которых собиралась просить помощь. Ивы и осины когда-то были женщинами. Они должны хоть немного войти в ее положение…
***
Там, где человек услышит шелест травы, орк определит размер ноги, что его создала. Где люди заметят оленя, орки углядят в кустах другого хищника, который также положил глаз на жертву. И там, где люди будут трястись за свою жизнь, орки сохранят холодные головы. Потому что они любят охоту!
Походная колонна Олафа продвигалась по лесу слишком быстро. Ища глазами свежие следы копытц, люди не могли разглядеть Стиггу. Зеленая кожа почти идеально сливалась с чащей. Охотиться ему было даже слишком легко.
Центр колонны представлялся самым привлекательным местом для атаки. Здесь шел сам Олаф. Убей вожака, и его люди разбегутся. Но рядом был колдун. Несколько человек несли тяжелые ведра в коромыслах. Вода в них могла стать грозным оружием. Другие копейщики охраняли Олафа и Гермесея со всех сторон. К ним не подобраться.
Впереди шли Курб и братья Райгеры. Сильные и выносливые воины. Атаковать их в лоб — безумие.
Но зато в хвосте колонны собрались самые худшие представители грейстоковской рати. Эхто время от времени бил в барабан, подбадривая себя и других. Барло, идущий позади, то и дело оглядывался. Пару раз его взгляд скользил по Стигге, но, не замечая ничего подозрительного, мужчина шел дальше. Варлеск смотрел по сторонам меньше всех. Будучи совсем юнцом, он не мог правильно расставить приоритеты и назначил «измену» Линнеи главной проблемой. Анкретт — крепкий воин, но недостаточно сообразительный. Грихт неделю назад подвернул ногу, и та еще не успела полностью восстановиться. Брицету при ходьбе мешал увесистый живот, а у Кигтара свое давно брали годы.
Место и способ атаки были слишком очевидны.
***
Изначально Грихт не следовал замыкающим. Но подвернутая нога больше и больше отзывалась болью при каждом шаге. Приходилось не только замедлять ход, но и все чаще делая остановки, потирать больное место. Сперва его обогнали толстяк Брицет и старикашка Кигтар. Ушли вперед молча, а вот Барло раздраженно бросил:
— Чего ты мешкаешь?! Давай, поторапливайся!
— Да иду я, иду, — процедил Грихт сквозь зубы. Но раздражение постепенно уступало место страху. Бой барабанов становился все дальше и дальше. Мужчина сделал отчаянный рывок вперед и почти сразу пожалел о содеянном. От резкой боли в ноге захотелось взвыть. Грихт понял, как глупо сейчас выглядят его попытки нагнать Кайли. Захотелось развернуться и, пока не успел уйти достаточно далеко, ковылять прочь из этого проклятого леса. Только надо поспешить, пока тысячи невидимых языков не навеяли ему желание остаться. Он уже бывал в пограничье и хорошо помнил это чувство.
Отовсюду слышатся голоса. Мужские и женские, звонкие молодые и скрипуче старые. Одни сыплют угрозами, другие говорят приторно ласково. Сначала ты слышишь непонятную мешанину из звуков, не разбирая слов. Но постепенно количество голосов смолкает, но громкость оставшихся возрастает.
Если сердце человека — это замок, то лес словно подбирал к каждому ключик.
И сейчас Грихту стало страшно от того, что всего этого с ним не происходило. Но почему проклятый лес не удостоил его вниманием? Ответ пришел в следующее мгновение. Лес не будет тратить силы на уговоры того, кто и так вскоре станет его частью.
Из-за спины Грихта послышался мерзкий шепот:
— Жертва! — промолвил Стигга перед тем, как вонзить копье в спину мужчине.
Тот пал замертво, и звук его падения заставил Барло обернуться.
— Грихт, нет! Ах ты, орочий ублюдок! — выпалил он, после чего в ту сторону посмотрели другие замыкающие. Не успел Эхто ударить по барабану, как бросок копья оборвал его жизнь.
— Держите его, парни! — прокричал Анкретт, и хвост колонны оставил преследование дриады, устремившись к зеленокожему.
Самый ретивый Барло уже через несколько секунд был возле орка, занося острое древко для колющего удара. На тренировках его атаки всегда казались слишком очевидны, и Стигге не составляло проблем отклонить удар. Но вместо этого он резко дернулся назад и побежал со всех ног.
Мужчины, которые бежали за ним, быстро отстали. Но когда всем начинало казаться, что зеленокожий вот-вот уйдет от них, тот словно нарочно замедлял ход, и преследователи снова надеялись, что сейчас нагонят его. Однако догонялки длились недолго. Большинство воинов очень быстро выдохлись.
Варлеск и Барло не сразу заметили, как остались вдвоем. Стигга развернулся и моментально превратился из жертвы в охотника. Барло не успел принять боевую стойку и прицелиться толком для удара — орк, подобно хищному зверю, изогнулся под его древком. Один удар ножа — и Барло тут же осел наземь.
Сейчас перед Стиггойстоял лишь Варлеск. Тот не ринулся в атаку, а выставил оружие перед собой. Но зеленокожий пока не собирался атаковать.
— Да против меня стоит сам герой-любовник! — хищно улыбнулся он.