Чтение онлайн

Он не обращал внимания на боль и тянул сильнее, вытягивая больше нити, пока не смог обернуть её вокруг руки астролябии. Он делал это снова и снова, привязывая астролябию к нити, прикрепленной к Шкатулке, пока она не стала достаточно прочной, чтобы начать тянуть.

Он отпустил её и посмотрел на лозоискатель.

Долгое мгновение ничего не происходило.

Затем руна на руке расцвела слабым голубым светом, и рука дернулась и двинулась вокруг края астролябии, притягиваемая магической нитью.

Он позволил своему порыву угаснуть и положил жужжащий мясистый инструмент обратно в коробку, крепко защелкнув защелку.

Его рука почти онемела. Он снял перчатки, напомнив себе, что нужно сжечь их позже, и протянул астролябию Мэйфлауэру, чтобы тот взял её.

— Кажется, я понял.

Мэйфлауэр с сомнением на лице взял золотое устройство. Он повертел его в руках.

— Почему оно не движется?

— Радиус действия заклинания не бесконечен, но если приблизитесь на пару миль, оно сработает.

— Уверен?

— Нет, но это мое лучшее предположение. Тем не менее, этого должно хватить.

Мэйфлауэр хмыкнул.

— Хорошо. Спасибо, колдун — сказал он, взял астролябию и направился к двери.

— Подожди! — крикнул Гримсби, удивив даже самого себя. Видеть, как Мэйфлауэр уходит, было все равно что наблюдать, как за ним начинает закрываться дверь. Это было все равно что наблюдать, как исчезает его последний шанс вернуться назад. Его последний шанс стать тем, кем он хотел быть.

— Что? — Сказал Мэйфлауэр. Если он и услышал что-то важное в заявлении Гримсби, то не подал виду.

Гримсби хотел сказать, что уже сожалеет о своем выборе. Он хотел сказать, что хочет пойти с Мэйфлауэром и закончить работу. Он хотел сказать, что ненавидит себя за то, каким трусом он был.

Вместо этого он сказал только:

— Можешь подвезти меня на работу?

Мэйфлауэр вздохнул.

— Да, наверное. Пошли.

Гримсби проглотил горечь, которая появилась у него на языке, и покачал головой. Это было к лучшему.

Потом он вспомнил, какой сегодня день. Он сделал глубокий вдох и тяжело выдохнул.

— Подожди, сначала я должен переодеться.

Мэйфлауэр помолчал, затем его глаза сузились.

— Во что переодеться?

Гримсби неловко устроился на заднем сиденье джипа, ему пришлось снять свою остроконечную синюю шляпу, чтобы влезть поудобнее.

Мэйфлауэр пристально смотрел на него в зеркало заднего вида, сжав губы в тонкую линию. Наконец, он сказал:

— Ты, должно быть, шутишь.

— Что?

— Кем, черт возьми, ты должен быть?

Гримсби расправил лацканы своей мантии, которая была такой же синей, как и шляпа, и тоже украшена золотыми звездами. Волшебником. Сегодня среда с волшебным пирогом. Половина скидки на волшебные пироги. Иначе известная как картонная пицца.

Мэйфлауэр вздохнул, и вывел джип из переулка обратно на дорогу.

Некоторое время они ехали молча, и Гримсби смотрел в окно. Он был измотан. Он не спал с тех пор, как провел пару часов прошлой ночью, и все его тело болело так, словно кто-то облил его холодным расплавленным железом. Его мышцы ослабли, и каждая клеточка тела стремилась найти какое— нибудь темное и теплое местечко, где можно было бы лежать в горизонтальном положении неопределенное время. Но у него не было времени. В течение дня он мог бы выкроить часок для себя, но в "Кулинарном королевстве Могущественного волшебника Дональда" требовался дневной свет и невнимательные родители. Кроме того, день мог стать только хуже, пока не закончится.

Он попытался сосредоточиться, попытался взять себя в руки, но следующее, что он помнил, был стук костяшек пальцев в окно. Он проснулся и затуманенным взором огляделся, вытирая слюну с подбородка.

— Хм? Ага? Что? — спросил он, как будто каждый вопрос мог обеспечить ему еще несколько минут сна.

— Гримсби — прорычал Мэйфлауэр, открывая перед ним заднюю дверь — Мы на месте.

— Верно. Правильно.

Он почувствовал, как его измученное сердце сжалось, но отогнал это чувство. Он начал выбираться из машины, но Мэйфлауэр прервал его.

— Подожди — сказал он, роясь в кармане.

Гримсби заметил, что клеймор все еще спрятан у него под пиджаком, и покачал головой.

Мэйфлауэр наконец вытащил из кармана смятый клочок бумаги и протянул ему. Возможно, Когда-то это была визитная карточка, но на ней не было ни имени, ни информации. В центре помятой бумаги был всего лишь телефонный номер.

— Что это?

— На случай, если я тебе понадоблюсь.

Гримсби кивнул.

— Спасибо, Мэйфлауэр.

Охотник хмыкнул и отвернулся.

Гримсби вылез из машины, захлопнул дверцу, и джип тронулся с места, рваная резина испорченной шины свисала с крепления на люке. Он старался не смотреть вслед отъезжающему джипу, но ничего не мог с собой поделать.

Еще долго после того, как оно скрылось из виду, он поворачивался и смотрел на золотую корону ККМВД. Он глубоко вздохнул и собрался с духом. Монстры, женщины с ружьями и сварливые охотники, все это было ему в новинку. Но это, это царство позолоченного пластика, требовательных родителей и будущих детей, было его царством.

Он ожидал, что испытает хоть какое-то чувство гордости или удовлетворения. Он бы даже согласился на комфорт. Вместо этого он просто чувствовал усталость и переутомление.

И это тоже он отбросил — Пора приниматься за работу — пробормотал он, надевая свою остроконечную шляпу волшебника и направляясь внутрь.

— Гримсби! — Карла закричала еще до того, как затих звонок у входной двери — Где, черт возьми, ты был?

— Поздняя ночь — сказал он — Встречался с фр... человеком.

— Мне плевать на твою социальную жизнь.

— Тогда почему ты спрашиваешь? — её лицо покраснело от гнева — Просто приступай к работе. В женском туалете полный разгром.

— Вчера вечером, когда я уходила, его там не было.

— Ну, так уж устроены рестораны. Они снова становятся грязными.

— Но мы еще не открылись. И ты здесь единственная женщина.

Её глаза расширились, затем сузились, а лицо снова покраснело. Хотя на этот раз это был не просто гнев — Убери это.

Он пожал плечами.

— Отлично — сказал он, качая головой и направляясь к туалетам.