Я выполнил свою задачу,Литературу покорив.Бросаю сильным на удачуЗавоевателя порыв.Но, даровав толпе холоповЗначенье собственного «я»,От пыли отряхаю обувь,И вновь в простор — стезя моя.Схожу насмешливо с престолаИ, ныне светлый пилигрим,Иду в застенчивые долы,Презрев ошеломленный Рим.Я изнемог от льстивой свиты,И по природе я взалкал.Мечты с цветами перевиты,Росой накаплен мой бокал.Мой мозг прояснили дурманы,Душа влечется в примитив.Я вижу росные туманы!Я слышу липовый мотив!Не ученик и не учитель,Великих друг, ничтожных брат,Иду туда, где вдохновительМоих исканий — говор хат.До долгой встречи! В беззаконцеВеротерпимость хороша.В ненастный день взойдет, как солнце,Моя вселенская душа!
Великого приветствует великий,Алея вдохновением. БлеститЛюбовью стих. И солнечные бликиЕлей весны ручьисто золотит.Ручьись весна! Летит к тебе, летитИюнь, твой принц, бессмертник неболикий!Юлят цветы, его гоньбы улики,Божит земля, и все на ней божит.Рука моя тебе, собрат-титан!Юнись душой, плескучий океан!Самодержавный! мудрый! вечный гордо!О близкий мне! мой окрылитель! ты —Ваятель мой! И царство Красоты —У нас в руках. Мне жизненно! мне бодро!
328
Валерию Брюсову. — Написано в ответ на послание В. Брюсова «Игорю Северянину» («И ты стремишься ввысь, где солнце — вечно…»). См. В. Брюсов. Собрание сочинений в семи томах, т. 2. М., 1973, с. 202.
329
Акростих — стихотворение, в котором из первых букв каждой строки составляются слова.
1912
Самогимн
Меня отронит Марсельезия,Как президентного царя!Моя блестящая поэзияСверкнет, как вешняя заря!Париж и даже ПолинезияВздрожат, мне славу воззаря!Мой стих серебряно-брильянтовыйЖивителен, как кислород.«О гениальный! О талантливый!» —Мне возгремит хвалу народ.И станет пить ликер гранатовыйЗа мой ликующий восход.Пусть на турнирах славоборчестваСтиха титаны и кротыБерлинства, Лондонства, Нью-ЙорчестваМеня сразить раскроют рты:Я — я! Значенье эготворчества —Плод искушенной Красоты!
1912
ИЗ КНИГИ СТИХОВ «АНАНАСЫ В ШАМПАНСКОМ»
(1915)
Из цикла «Розирис»
Увертюра
Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском!Удивительно вкусно, искристо и остро!Весь я в чем-то норвежском! Весь я в чем-то испанском!Вдохновляюсь порывно! И берусь за перо!Стрекот аэропланов! Беги автомобилей!Ветропросвист экспрессов! Крылолёт буеров!Кто-то здесь зацелован! Там кого-то побили!Ананасы в шампанском — это пульс вечеров!В группе девушек нервных, в остром обществе дамскомЯ трагедию жизни претворю в грезофарс…Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском!Из Москвы — в Нагасаки! Из Нью-Йорка — на Марс!
В ландо [331] моторном, в ландо шикарномЯ проезжаю по Островам,Пьянея встречным лицом вульгарнымСреди дам просто и — «этих» дам.Ах, в каждой «фее» искал я феюКогда-то раньше. Теперь не то.Но отчего же я огневею,Когда мелькает вблизи манто?Как безответно! Как безвопросно!Как гривуазно [332] ! Но всюду — боль!В аллеях сорно, в куртинах росно,И в каждом франте жив Рокамболь [333] .И что тут прелесть? И что тут мерзость?Бесстыж и скорбен ночной пуант.Кому бы бросить наглее дерзость?Кому бы нежно поправить бант?
330
Острова — традиционное место гуляний в Петербурге (Каменный и Елагин острова).
331
Ландо — здесь: автомобиль.
332
Гривуазно — нескромно, вульгарно.
333
Рокамболь — персонаж авантюрных романов «Похождения Рокамболя» французского писателя Понсон дю Террайля (1829–1871).
Май 1911
Она критикует
— Нет, положительно, искусство измельчало,Не смейте спорить, граф, упрямый человек!По пунктам разберем, и с самого начала;Начнем с поэзии: она полна калек.Хотя бы Фофанов [334] : пропойца и бродяга,А критика ему дала поэта роль…Поэт! Хорош поэт… ходячая малага!..И в жилах у него не кровь, а алкоголь.Как вы сказали, граф? До пьянства нет нам дела?И что критиковать мы можем только труд?Так знайте ж, книг его я даже не смотрела:Неинтересно мне!.. Тем более что тутНавряд ли вы нашли б занятные сюжеты,Изысканных людей привычки, нравы, вкус,Блестящие балы, алмазы, эполеты, —О, я убеждена, что пишет он «en russe» [335]Естественно, что нам, взращенным на Шекспире,Аристократам мысли, чувства и идей,Неинтересен он, бряцающий на лиреРуками пьяными, безвольный раб страстей.Ах, да не спорьте вы! Поэзией кабацкойНе увлекусь я, граф, нет, тысячу раз нет!Талантливым не может быть поэтС фамилией — pardon! [336] — такой… дурацкой.И как одет! Mon Dieu! [337] Он прямо хулиган!..Вчера мы с Полем ехали по парку,Плетется он навстречу — грязен, пьян;Кого же воспоет такой мужлан?.. Кухарку?!Смазные сапоги, оборванный тулуп,Какая-то ужасная папаха…Сам говорит с собой… Взгляд страшен, нагл и туп…Поверите? Я чуть не умерла от страха.Не говорите мне: «Он пьет от неудач!»Мне, право, дела нет до истинной причины.И если плачет он, смешон мне этот плач:Сентиментальничать ли создан мужичинаБез положенья в обществе, без чина?!
334
Фофанов Константин Михайлович (1862–1911) — поэт. И. Северянин был знаком с Фофановым, считал его своим учителем в поэзии, посвятил ему целый ряд стихотворений, создав в них настоящий культ Фофанова.
Месяц гладит камышиСквозь сирени шалаши…Всё — душа, и ни души.Всё — мечта, всё — божество,Вечной тайны волшебство,Вечной жизни торжество.Лес — как сказочный камыш,А камыш — как лес-малыш.Тишь — как жизнь, и жизнь — как тишь.Колыхается туман —Как мечты моей обман,Как минувшего роман…Как душиста, хорошаБелых яблонь пороша…Ни души, и всё — душа!
Эпиграф из стихотворения И. Северянина «Пролог» (1911).
Я — эгофутурист. ВсероссноТвердят: он — первый, кто сказал,Что все былое — безвопросно,Чье имя наполняет зал.Мои поэзы — в каждом доме,На хуторе и в шалаше.Я действен даже на паромеИ в каждой рядовой душе.Я созерцаю — то из рубок,То из вагона, то в лесу,Как пьют «Громокипящий кубок» [341] —Животворящую росу!Всегда чуждаясь хулиганства,В последователях обрелЗавистливое самозванствоИ вот презрел их, как орел:Вскрылал — и только. ГолубелоСпокойно небо. ЗолотоПлеща, как гейзер, солнце пело.Так: что мне надо, стало то!Я пел бессмертные поэзы,Воспламеняя солнце, свет,И облака — луны плерезы —Рвал беззаботно — я, поэт.Когда же мне надоедалаПокорствующая луна,Спускался я к горе Гудала [342] ,Пронзовывал ее до дна…А то в певучей Бордигере [343]Я впрыгивал лазурно в трам [344] :Кондуктор, певший с Кавальери [345]По вечерам, днем пел горам.Бывал на полюсах, мечтаяПостроить дамбы к ним, не тоНа бригах долго. Вот прямаяБыла б дорога для авто!Мне стало скучно в иностранах:Все так обыденно, все такМною ожиданно. В романах,В стихах, в мечтах — все «точно так».Сказав планетам: «ПриготовьтеМне век», спустился я в Москве;Увидел парня в желтой кофте —Все закружилось в голове…Он был отолпен. Как торговцы,Ругалась мыслевая часть,Другая — верно, желтокофтцы —К его ногам готова пасть.Я изумился. Все так дикоМне показалось. Этот «он»Обрадовался мне до крика.«Не розовеющий ли слон?» —Подумал я, в восторге млея,Обескураженный поэт.Толпа раздалась, как аллея.«Я — Маяковский», — был ответ.Увы, я не поверил гриму(Душа прибоем солона)…Как поводырь, повел по КрымуСтоль розовевшего слона.И только где-то в смрадной КерчиЯ вдруг открыл, рассеяв сон,Что слон-то мой — из гуттаперчи,А следовательно — не слон.Взорлило облегченно тело, —Вновь чувствую себя царем!Поэт! Поэт! Совсем не делоСтавать тебе поводырем.
341
«Громокипящий кубок» — сборник стихотворений И. Северянина (1913), принесший ему известность.
342
Гора Гудала — Казбек, Гудал — отец Тамары, грузинский князь, персонаж поэмы М. Лермонтова «Демон».
343
Бордигера — курорт в Италии на берегу Лигурийского моря.
344
Трам — трамвай.
345
Кавальери Л. (1874–1944) — итальянская оперная певица, гастролировавшая в Петербурге в 1907–1910 гг.
21 января 1914
Из цикла «Это было так недавно…»
Выйди в сад
Выйди в сад… Как погода ясна!Как застенчиво август увял!Распустила коралл бузина,И янтарный боярышник — вял.Эта ягода — яблочко-гном…Как кудрявый кротекус красив.Скоро осень окутает сномТеплый садик, дождем оросив.А пока еще — зелень вокруг,И вверху безмятежная синь;И у клена причудливых рук —Много сходного с лапой гусынь.Как оливковы листики груш!Как призывно плоды их висят!Выйди в сад и чуть-чуть поразрушь, —Это осень простит… Выйди в сад.
Август 1909
ИЗ КНИГИ СТИХОВ «ТОСТ БЕЗОТВЕТНЫЙ»
(1916)
Из цикла «Бал зацветающий»
Примитива
Я слишком далеко зашел,Полушутя, полусерьезно…Опомниться еще не поздно:Недаром я тебя нашел.Все на поэзию валить —Ах, значит ли всегда быть правым?И с помышлением лукавымТебя мне можно ль заслужить?Я жил все годы как-нибудь,Как приходилось, без отчета…Я тяготился отчего-то,Себя стараясь обмануть.Халатность это или лень —Я не задумывался многоИ, положась на милость бога,Все верил в поворотный день.Я знал, что ты ко мне придешь,С твоим лицом, с твоей душою.И наглумишься надо мноюЗа всю мою былую ложь.Сначала будет грусть и тишьИ боль и стыд в душе поэта.Потом я обновлюсь. За этоТы праведно меня простишь…