Русские фамилии
Шрифт:
Senn A. Lithuanian Surnames. — American Slavic and East European Review, IV, 1945, pp. 127—137.
Shevelov G. Nazwiska slowia'nskie na – kevic. — Symbolae philologicae in honorem Vitoldi Taszycki. Wroclaw-Warszawa-Krak'ow, 1968, pp. 303—314. Важное исследование, в котором устанавливается белорусское происхождение фамилий на – кевич.
St. Clair-Sobell J. Some Remarks on the Pronunciation of Russian Surnames in the English-speaking World. — Three papers in Slavonic studies, Vancouver, 1958, pp. 21—34.
Svoboda J. Starocesk'a osobn'i jm'ena a nase pr'ijmen'i. Praha, 1964, 317 pp. Основательное описание чешских фамилий, возникших до XV в.; работа включает в себя весьма полную библиографию славянской ономастики (с. 209—236). Эта библиография была завершена автором в 1968 г. и опубликована в: Zpravodaj m'istopisn'e komise CSAV, X. Praha, 1969, pp. 445—476.
Taszуcki W., Kara's M., and Turasiewicz A. Bibliografia onomastyki polskiej do roku 1958 wlacznie. Krak'ow, 1960, XXII + 336 pp.
Thomsen V. Samlede Afhandlinger. I. Copenhagen, 1919, pp. 389—414. Собрание древнерусских имен скандинавского происхождения с рассмотрением их этимологии. Английский оригинал этой работы опубликован под названием: The Relation between Ancient Russia and Scandinavia and the Origin of the Russian State. Oxford and London, 1877, pp. 131—141.
Unbegaun B. O. La fr'equence des noms de famille russes. — Universit'e Libre de Bruxelles. Annuaire de l’Institut de Philologie et d’Histoire Orientales et Slaves, XVII, 1966, pp. 31—42.
Unbegaun B. O. Le nom de Georges en russe. — Universit'e Libre de Bruxelles. Annuaire de l’Institut de Philologie et d’Histoire Orientales et Slaves, VI, 1938, pp. 323—329.
Unbegaun B. O. Les noms de famille du clerg'e russe. — Revue des 'etudes slaves, XX, 1942, pp. 41—62.
Unbegaun B. O. Les noms de famille russes en – 'ago. — Studia Slavica Academiae Scientiarum Hungaricae, XII, 1966, pp. 415—418.
Unbegaun B. O. Russian Surnames Derived from Aphetic Baptismal Names. — Melbourne Slavonic Studies, I, 1967, pp. 49—51.
Unbegaun B. O. Soziale Schichtungen in russischen Familiennamen. — Disputationes ad montium vocabula aliorumque nominum significationes pertinentes (10. Internationaler Kongress f"ur Namenforschung), II, Vienna, 1969, pp. 365—370.
Unbegaun B. O. Structure des noms de famille russes. — Troisi`eme Congr`es international de toponymie et d’anthroponymie, II: Actes et M'emoires, Louvain, 1951, pp. 433—436.
Unbegaun B. O. Ukrainian and Russian Surnames in – ysyn, – ixin, and – isin. — Symbolae in honorem Georgi Y. Shevelov, Munich, 1971, pp. 445—447.
Vasmer M. Der Name Caadajev. — Zeitschrift f"ur slavische Philologie, XVII, 1941, pp. 340—341.
Vasmer M. Studien "uber ostslavische Personennamen. I. Ableitungen von Frauennamen. — Zeitschrift f"ur slavische Philologie, XXVIII, 1960, pp. 342—347. В работе рассматриваются русские метронимические фамилии.
Vasmer M. Wikingerspuren in Russland. — Sitzungsberichte der Preussischen Akademie der Wissenschaften, Phil.-hist. Klasse, 1931, pp. 649—674. Исследование в основном посвящено географическим названиям, образованным от скандинавских личных имен. Полезное дополнение к работе В. Томсена (см. выше).
Woltner M. Zur Frage der Behandlung westeurop"aischer Personennamen in Russland. — Festschrift f"ur Max Vasmer zum 70. Geburtstag. Wiesbaden, 1956, pp. 570—576.
Приложение
Социальная жизнь русских фамилий (вместо послесловия)
Публикуемая книга представляет собой систематическое рассмотрение русских фамилий. Под «русскими» имеются в виду фамилии, бытующие в России; естественно при этом, что в центре внимания автора находятся фамилии собственно русского происхождения, а также иноязычные фамилии, в той или иной мере подвергшиеся русификации. Это первый и единственный опыт такого рода; книга Б. Унбегауна не претендует на исчерпывающее рассмотрение материала, и, тем не менее, он представлен здесь достаточно полно. За неимением специального этимологического словаря русских фамилий эту книгу можно рассматривать как наиболее авторитетный справочник в данной области.
В основу классификации положен принцип образования фамилий, иначе говоря, их морфологическая структура; вместе с тем, наряду с морфологией автору постоянно приходится касаться этимологии и семантики. Словообразование русских фамилий представляет непосредственный интерес для лингвистов, однако значение этой темы выходит далеко за рамки лингвистики — в целом ряде случаев форма фамилии красноречиво говорит о происхождении ее носителя. Вполне естественно поэтому, что морфологическая классификация фамилий сопровождается в книге историко-культурным комментарием (хотя этот комментарий зачастую и ограничен). Стремление связать язык и культуру, увидеть за формальными языковыми явлениями более общие культурно-исторические процессы исключительно характерно вообще для автора данной книги — одного из выдающихся филологов-русистов нашего времени; подобный подход так или иначе отличает все его работы.
Ономастика (наука об именах) и антропонимика (наука о человеческих именах) дают особенно благодарный материал в этом отношении.
Мы живем в мире имен. Имя выступает как основная характеристика человека, как его идентифицирующий признак. В каких-то случаях имя способно даже заменить человека: это проявляется в таких противоположных сферах — они находятся на разных уровнях цивилизации и, казалось бы, не могут иметь друг с другом решительно ничего общего, — как магия и бюрократия. Магическое действие, направленное на человека, оперирует с его именем (в колдовстве, в гадании и т. п.) [24] ; равным образом и бюрократическая документация имеет дело не с людьми, а с именами, и судьба человека может непосредственно зависеть от бюрократической процедуры [25] ; все это способствует мистическому отношению к имени, которое ощущается и в наши дни [26] .
24
Этим объясняется устойчивое бытование в древней Роси наряду с крестильным именем (т. е. именем, полученным при крещении) так называемого мирского имени: крестильное имя во избежание порчи могло скрываться. См.: Е. [= Евгений Болховитинов]. О личных собственных именах у славянороссов. — Вестник Европы, ч. LXX, 1813, №13, с. 25—26; Костомаров Н. Исторические монографии и исследования, т. XIX. СПб., 1881, с. 225; Голицын Н. Н. Род князей Голицыных, т. I. СПб., 1892, с. 351; Успенский Б. А. Из истории русских канонических имен. М., 1969, с. 201—202; Он же. Мена имен в России в исторической и семиотической перспективе. — В сб: Труды по знаковым системам, V. Тарту, 1971 (= Ученые записки Тартуского университета, вып. 284), с. 488—492.
25
Эпизод, описанный Ю. Н. Тыняновым в его известной новелле «Подпоручик Киже» (когда в результате бюрократической ошибки возникает новое лицо, не существующее в реальности, но обладающее всеми семиотическими правами человеческой личности), в каком-то смысле напоминает магическое сотворение гомункулуса. Новелла Тынянова представляет собой литературную обработку исторического анекдота павловского времени, в котором отразилось, по-видимому, вполне реальное происшествие (см.: Даль В. И. Рассказы о временах Павла . — Русская старина, 1870, сентябрь, с. 295—296; Павел I. Собрание анекдотов, отзывов, характеристик, указов, и пр. Составили А. Гено и Томич. СПб., 1901, с. 174—175). Случаи такого рода имели место и позднее: один из них описан В. Т. Шаламовым в документальном рассказе «Берды Онже» (см.: Шаламов В. Колымские рассказы. Paris, 1982, с. 511—515).
26
Ср. письмо П. А. Вяземского к В. А. Жуковскому от 13 декабря 1832 г.: «Вот сюжет для русской фантастической повести dans les moeurs administratives: чиновник, который сходит сума при имени своем, которого имя преследует, рябит в глазах, звучит в ушах, кипит в слюне; он отплевывается от имени своего, принимает тайно и молча другое имя, например, начальника своего, подписывает под этим чужим именем какую-нибудь важную бумагу, которая идет в ход и производит значительные последствия; он за эту неумышленную фальшь подвергается суду, и так далее. Вот тебе сюжет на досуге. А я по суеверию не примусь за него, опасаясь, чтобы не сбылось со мной» (Русский архив, 1900, кн. 1, с. 367).
Будучи лишены самостоятельного значения, имена — призванные, вообще говоря, называть, но не значить, — могут быть, тем не менее, чрезвычайно значимы. Для окружающих они оказываются значимыми постольку, поскольку отражают определенную традицию наименования, принятую в той или иной социальной среде. Соответственно, имя может выступать как социальный знак, как социальная характеристика человека — это относится как к личному, так и к фамильному имени.