Русский фольклор. Основные жанры и персонажи
Шрифт:
Старшие богатыри вполне правомерно высказывают ему свое порицание.
Алёша, безудержно влюбившись в жену Добрыни Настастью Никуличну, идет на обман, чтобы ею завладеть. Солгав родным Добрыни о его смерти, богатырь заручается поддержкой князя Владимира в сватовстве чужой жены и, несмотря на ее сопротивление (сверх мужниного наказа ждать его шесть лет Настасья «кладет свою женскую заповедь» – ждать еще шесть лет), доводит дело до свадебного пира. Лишь вовремя появившийся в обличье калики (скомороха) Добрыня спасает жену и себя от позора.
Женой Алёши становится соблазненная им в девичестве сестра Сбродовичей (Петровичей) Елена (Олена, Олёнушка). Братья уже готовы были отсечь ей голову за позор, когда вмешавшийся Алёша объявил ее своей женой.
Наиболее древний сюжет, связанный с образом Алёши Поповича, – бой его с Тугарином. Бой происходит на пути Алёшеньки млада из Ростова в Киев. Алёша едет не один, с ним товарищ – богатырь Еким Иванович. Но именно Алёша мгновенно реагирует на сообщение встретившегося им калики о Тугарине Змеевиче:
В вышину ли он, Тугарин, трех сажен,Промеж плечей косая сажень,Промежу глаз калена стрела,Конь под ним, как лютый зверь,Из хайлища пламень пышет,Из ушей дым столбом стоит.Алёша незамедлительно меняется одеждой с каликой, берет «шелепугу дорожную», налитое в пятьдесят пудов «свинцу чебурацкого», «чингалище булатное» и идет за Сафат-реку, где и расшибает Тугарину буйну голову. Есть былинные варианты, где этот бой происходит дважды: Тугарин Змеевич появляется на пиру у князя Владимира и «нечестно хлеба ест и нечестно питья пьет». Кроме того, Змей вольно обращается с княгиней Апраксией, женой князя Владимира Красное Солнышко, и даже целует, пользуясь ее явным расположением. Алёша, не выдерживая неучтивого поведения Тугарина, несколько раз делает замечания князю, и в конце концов, заступившись за его честь, одержав очередную победу над врагом, высказывает в довольно резкой форме порицание забывшейся княгине.
Из русской литературы
Он глянул вниз и остолбенел от ужаса. По проливу, оставляя за собой светлый след, двигался «Алёша Попович». Они уходят из Оук-порта!
Куда? Почему? Они уходят без него! Он остался совсем один! «Алёша Попович» проходил прямо под ними. Палубы были пусты. Медленно вращалась антенна локатора. Геннадию показалось, что он видит в стене ходовой рубки каменное лицо своего друга капитана Рикошетникова
(В.П. Аксенов. Мой дедушка – памятник).Апраксин (Евпраксия, Апракса, Опракса) – княгиня, жена князя Владимира Красное Солнышко (см. Князь Владимир Красное Солнышко), сосватанная у литовского короля Добрыней Никитичем (см. Добрыня Никитич) и Дунаем (см. Дунай). В эпосе Апраксия – красивая и преданная жена князя Владимира, отвечающая нравственным и эстетическим требованиям народа к идеальной царице.
Но чаще княгиня совсем другая. Факт происхождения Апраксин из враждебного племени обусловил пристальное внимание к ней, жене величайшего человека, объединителя русских земель. Нередко мнение народа складывалось не в пользу княгини. В некоторых сюжетах Апраксия предстает типичной изменщицей, дерзко попирающей традиционные нормы семейной морали: она «пылает страстью» ко многим заезжим гостям (даже врагам и паломникам), откровенно позоря мужа и даже прилюдно целуясь с Тугарином Змеевичем за пиршественным столом, за что не раз получает порицание: «Чуть не назвал тебя сукою, сукою да волочайкою» («Алёша и Тугарин». Былина). Это роднит ее с образом Марьи Белой Лебеди (см. Михайло Поток), оборотня, представительницы далеко не дружественного Руси государства.
Даже при встрече с женой Ставра Годиновича (см. Ставр Годинович) Василисой Микуличной, приехавшей переодетой в молодого посла Золотой Орды, чтобы освободить плененного мужа, княгиня Апраксия, сразу распознав в ней женщину («ступат тихонько да коленки жмет»), предпочитает умолчать о своих догадках, не посвящая в них мужа, ибо в душе желает посрамления князя Владимира, таким образом получая прекрасную возможность лишний раз съязвить в его адрес, возвеличиваясь над ним умом и прозорливостью.
Баба (бабка, старуха) – один из самых добрых, душевных образов народной поэзии. Баба нигде не встречается без деда (мужика), это образ исключительно парный. Если мужика (деда) нет, то из сильной, сметливой, говорливой, иногда вздорной и глупой, но неизменно работящей и неунывающей, она сразу превращается в горькую вдову, сиротинку (см. Дед).
«Жили-были дед и баба…» – типичный зачин русской сказки.
Дед и баба вместе решают бытовые, семейные, морально-нравственные и даже вселенские проблемы, поистине деля все пополам.
Их совместная жизнь полна удивительных, прекрасных и печальных событий: курочка Ряба приносит им золотое яичко – символ Золотого царства, с которым они не знают, что делать; от них убегает румяный Колобок – древний образ солнца, неизменно закатывающегося в черную пасть ночи. Дед и баба творят себе детей из любого подручного материала: из снега (Снегурочка), из колодочки (Терешечка), из пальчика (Мальчик-с-пальчик) – столь же фантастично выдавая замуж выросших дочерей за Месяца Месяцовича, Ворона Вороновича, а то и запросто роднясь с Солнцем, находясь в центре вселенной и непосредственно влияя на уклад ее (вселенной) жизни.
Смерть одного из детей дружной пары является лишь первым звеном в цепи последующих несчастий, и замена бабы второй женой не только не решает проблемы, но и усугубляет их (сказки «Морозко», «Василиса Прекрасная»), подводя слушателей к мысли о предпочтительности вдовства.
Слово «баба» может входить в состав имени Баба Яга или в виде суффиксального образования – бабка – обозначать род женских занятий: повитуха, знахарка.
Самая прославленная баба русского фольклора – Баба Яга (см. Баба Яга).
Баба Яга (первоначально – Яга Баба) – один из наиболее архаичных, а потому самых сложных и многоплановых образов русского фольклора. Образ Бабы Яги совпадает по внешним признакам с образом ведьмы (см. Ведьма) – неопрятной, безобразной злой старухи с длинным крючковатым носом и седыми космами. Но на этом сходство заканчивается.
Этимология имени и генезис образа Бабы Яги – предмет неутихающих многолетних дискуссий в среде историков, фольклористов и всех интересующихся этим вопросом. Одни исследователи полагают, что слово «яга» восходит к санскритскому agni – огонь, основываясь на том, что Баба Яга является хранительницей и дарительницей огня и света, другие отстаивают ее змеиную природу, связывая имя с санскритским аЫ – змея, базируя доказательства на ее одноногости (Баба Яга – костяная (золотая, глиняная) нога) и принадлежности к разряду хтонических существ: Баба Яга – дочь Земли. Можно предположить, что имя Бабы Яги восходит к индоевропейскому egh – колоть (ср. «еж», «ежить» – атаковать), привязать его к обряду инициации и потере девственности (ступа – эротический символ женского лона).
Существует концепция, связывающая образ Бабы Яги со славянской богиней смерти, отсюда и ее дом – могила (ср. домовина), где «нос в потолок врос» (теснота гроба), находится среди кладбищенских костей («забор из человечьих костей, вместо дверей – ноги человечьи») и т. д.
Интересных гипотез множество, но несомненно одно: Баба Яга является праматерью всего сущего (см. Баба), хотя эта истина в фольклоре выражена имплицитно, будучи погребенной под ворохом позднейших наслоений.
Возможно, Баба Яга, как и многие другие древние женские образы (Мойра, Парка, Норна), некогда была тройственным божеством. В текстах некоторых сказок мы встречаем прямые указания на это: