Чтение онлайн

– У тебя очередь подошла? – с иронией уточнила я.

Едва мы оказались в доме, стало ясно, что о визите темного колдуна мастер узнал за несколько часов до нашего отъезда из замка. Быть точнее: ранним утром, о чем Версейн немедленно поведал, встречая нас так, словно полжизни ждал, когда лично познакомиться с Фостеном Мейном.

– Господин Мейн, огромная честь и неожиданность видеть вас с молодой супругой в моем скромном доме! Был безмерно рад вашему утреннему письму. Специально для вас освободил день. Да и как можно не освободить?

Он почему-то вопросительно посмотрел на меня, словно ждал ответа на риторический вопрос. Я только понимающе улыбнулась. Судя по всему, в лучших традициях магического мира отказать темному колдуну не посмел даже эксцентричный артефактор.

Версейн был удивительно, просто кричаще некрасив: крупные черты лица, правый уголок рта словно застыл в улыбке, а левый опущен, глаза широко расставлены. В этой своей некрасивости он казался почти привлекательным. Только усилием воли я не позволяла себе его рассматривать и оглядывала гостиную. У меня возникало нелепое ощущение, будто в помещении работал кондиционер.

Воздух действительно был прохладным, витал аромат пионов, хотя вазы с цветами в комнате попросту не было. Зато в углу на длинной подставке, напоминающей высокий напольный канделябр, фиолетовым цветом пульсировали три магические сферы размером чуть больше теннисного мяча. Видимо, они являлись источником свежести и цветочного запаха.

Между тем мастер предложил нам присесть в кресла, стоящие вокруг круглого стола, присел сам. Помощник начал расставлять на крышке стола плоские деревянные ящички и раскрывать крышки.

Фостен отчего-то забыл упомянуть, что артефактор, сбежавший из большого города, не просто мастер удобных безделушек, а ювелир. Украшения были всевозможные: простые и сложные, с драгоценными камнями и без них. Я всегда плохо разбиралась в драгоценностях и относилась к ним прохладно.

– Господин Мейн, я подготовил изделия, как вы и просили. Какие украшения предпочитает ваша супруга?

На мне скрестились три мужских взгляда. Помощник, стоящий за креслом мастера, тоже посмотрел с выжидательным интересом.

– Мне нравятся простые украшения, – проговорила я, начиная понимать, что Фостен решил продемонстрировать мне хваленую щедрость, о которой так сильно кручинилась третья по счету леди Мейн, и перво-наперво привез к ювелиру.

Не удивлюсь, если следующей остановкой в сегодняшней поездке станет лучший в городе салон с женской одеждой, а потом какая-нибудь мастерская с интерьерными мелочами. Чтобы рядышком с чайником в шкафу гостиной выстроились статуэтки, и на стене появились выбранные мной картины. Поражать щедростью жену, так в самую печень.

Обведя ювелирную экспозицию быстрым взглядом, я указала на футляр с двумя тонкими простыми кольцами из серебристого металла.

– Мне нравятся эти кольца.

– Неожиданный выбор! – воскликнул мастер. – Обычно леди предпочитают сложные украшения. Я всегда говорил, что красота простых вещей сильно недооценена.

Я посмотрела на Фостена и предложила:

– Давайте примерим, господин Мейн? В моем мире эти кольца считаются обручальными. Их надевают во время свадьбы в знак долгой и крепкой семейной жизни.

На провокацию он не поддался.

– Почему бы вам не выбрать браслет с драгоценными камнями, леди Мейн? – спросил он. – Вы планировали вложиться в магический металл, и браслет станет отличным вложением.

– Он подстраивается под нужный размер, – вставил ювелир. – Одна из моих лучших работ!

– Обручальные кольца мне нравятся больше. Можно сделать гравировку «пока смерть не разлучит нас», – с иронией предложила я. – У нас эта фраза является частью брачной клятвы.

Уверена, мастер не понимал, что именно мы обсуждаем и о каких свадебных традициях идет речь, но наблюдал за разговором с большим интересом.

– Или колье, – невозмутимо указал Фостен. – Оно подойдет к твоим глазам.

Я посмотрела на колье с прозрачными сапфирами и с иронией прокомментировала:

– К моим глазам оно не подойдет, да и надевать его некуда.

– Мы возьмем колье с браслетом, – решив до конца демонстрировать щедрость, обратился к ювелиру муж. – Отправьте их в замок Рокнест.

– Вы необыкновенно щедры, господин Мейн, – скромно улыбнулась я.

Выбор украшений, стоивших, как крыло самолета, занял поразительно мало времени. Мы вышли из особнячка на ветреную улицу. Молча забравшись в карету, я расправила юбку и жизнерадостным тоном спросила у Фостена, когда тот пристроился рядом:

– Теперь в салон женской одежды или в интерьерную мастерскую?

У него сделался такой странный вид, что стало ясно: я попала в точку.

– Куда ты хочешь сначала? – спросил он.

– Хочу посмотреть на городской базар, – объявила я.

– Обычно благородные леди предпочитают закрытые салоны, – внезапно включив знакомую иронию, прокомментировал муж.

– Фостен, я жена колдуна. В глазах местных мне никогда не стать приличной леди.

Без споров он велел извозчику остановиться как можно ближе к рыночной площади и приказал трогаться. Из кареты он вышел первым, подал мне с улыбкой руку, а потом естественным и как будто небрежным жестом уложил мои пальцы себе на локоть. Сопротивляться и не подумала – понятия не имею, как без мобильного телефона разыскивать его на базаре, потеряйся мы в людской сутолоке.

Темного мага местные узнавали моментально, сворачивали с пути, а в спины нам летели возбужденно-испуганные шепотки, на которые Фостен не обращал ровным счетом никакого внимания. Но стоило оказаться в базарной толчее, как народ перестал оборачиваться или отходить с пути. Тишком осенять себя знаками двуединого тоже прекратили. До нас ровным счетом никому, кроме торговцев, не было дела. Только эти крикливые люди энергично зазывали хорошо одетого господина посмотреть на товары и порадовать юную жену.

Сначала мы попали в гончарный ряд. Вокруг стояли глиняные горшки и кувшины всевозможных размеров: от огромных до самых крошечных, а на палках с крючками висели гроздьями расписные свистульки и все время звякали от ветра.

– Может, переселим маму в домик побольше? – предложила я, указав на вместительную емкость высотой мне до макушки, с орнаментом по пузатому боку и с широким горлом. – Она будет нам благодарна. Вон сколько места! Просторнейшая урна для захоронения с уникальной росписью.