Чтение онлайн

— А ты еще не решила окончательно?

— Нет, я… — едва различимый, но протяжный звук заставил ее замолчать.

Мэри-Бет нахмурилась, пытаясь установить его источник. Звук походил на раскаты грома, только очень слабые. Но дождя не было. И не предвещалось.

Один взгляд на смущенного Винченцо, и догадка, молнией сверкнувшая в мозгу Мэри-Бет, заставила смутиться ее саму.

— Ты голоден! — Не решаясь смотреть на гостя, Мэри-Бет спрятала лицо в ладонях. — Ты предложил поехать в спокойное место, планируя поужинать без излишнего внимания к своей персоне, а я же решила, что это намек на уединение моей квартиры. Какая же я глупая!

Мэри-Бет слышала, как зашелестели его брюки, когда Винченцо поднялся, сделал несколько шагов и опустился на корточки перед креслом. Сильные, натренированные пальцы отвели ладони от ее лица, выставив на обозрение ее горящие румянцем щеки.

— Зачем мне ресторан, если накормить меня можешь и ты.

— Я ужасная кухарка, — посетовала Мэри-Бет.

— Carа*, ты забываешь, что я итальянец. Мы с детства учимся готовить. Давай посмотрим, что у тебя есть, — Винченцо поднялся.

Внутренне уже приготовилась к самому худшему, Мэри-Бет тоже встала.

— Не густо, — вздохнул мужчина, закончив исследовать темные глубины ее холодильника и кухонных шкафчиков. — Не расстраивайся, — попросил он, разгладив указательным пальцем морщинку меж ее нахмуренных бровок, — даже из этого мы сможем приготовить приличный ужин.

— Разве?

Мэри-Бет с сомнением смотрела на продукты, выложенные на стол. Открытая пачка спагетти. Привядшие листья салата, помидоры, чеснок, огурцы. Полбатона хлеба. Едва початая бутылка оливкового масла.

— Вне всякого сомнения. Вот только я не нашел вино.

— Оно здесь, — Мэри-Бет открыла дверцу неприметного шкафчика, скрывавшего холодильник для вина. — У нас богатый выбор. Что ты хочешь?

— Нам нужно столовое вино. Красное и молодое.

— Подойдет? — она предъявила Винченцо бутылку «Каберне Совиньон».

Он внимательно изучил этикетку: виноград выращен в Долине Напа , а срок выдержки не превышал четырех лет.

— Вполне. Где у тебя штопор?

— Во втором ящике, — сказала Мэри-Бет. — Справа, — добавила она, когда Винченцо потянулся не к тому ящику.

Штопор был найден, и мужчина умело, без лишней суеты, вытянул пробку и разлил вино в подставленные хозяйкой бокалы. Пригубив ароматный напиток, Винченцо довольно кивнул и, сняв пиджак, небрежно бросил его на спинку стула.

Мэри-Бет с трудом справилась с желанием повесить его в шкаф. Вместо этого она с изумлением наблюдала, как гость методично закатывает рукава рубашки.

— Приступим?

— Какое у нас меню?

— Приготовим пасту и салат. Чтобы заморить червячка, сделаем феттунту** — поджарим хлеб, слегка натрем его чесноком и сбрызнем оливковым маслом.

— Что ты поручишь мне?

— Для начала, давай превратим тебя в повара.

Мэри-Бет настороженно наблюдала за тем, как Винченцо, подхватив полотенце, приближается к ней.

Он подошел так близко, что еще одно малейшее движение вперед и их тела сложатся как два кусочка пазла. Ее сердце пустилось вскачь, а губы соблазнительно приоткрылись, облегчая путь воздуху, стремительно бегавшему туда и обратно.

Винченцо видел ее желание, ощущал его и жаждал воспользоваться этим чувственным приглашением, но держал себя в руках. И дело даже не в принципах: встретив эту удивительную девушку, он позабыл о них. Но что-то было в ее глазах, что-то непонятное, и это вынуждало Винченцо сдерживаться.

Он поддался вперед и завязал полотенце на ее тонкой талии. Его пальцы оказались в непосредственной близости от ее ягодиц, вот Винченцо и не удержался: опустил ладони на эти соблазнительные округлости. Всего лишь на секунду. Одно легкое касание, и он отпрянул — в противном случае про урок кулинарии можно забыть.

— Итак, моя помощница готова.

Ей хотелось сказать, что, похоже, она готова не только к этому. Слова так и вертелись на кончике ее языка, но Мэри-Бет сказала другое:

— Что мне делать?

— Порежь хлеб, — предложил Винченцо, сражаясь с желанием сказать нечто другое.

Например, подойди и поцелуй меня! А потом бы он действовал по ситуации.

Винченцо постарался прогнать порочные мысли, сконцентрировавшись на процессе приготовления пищи. И все же ему не удалось полностью отрешиться от своих желаний. Пока они чистили, крошили, смешивали, резали, варили и совершали другие манипуляции с продуктами, он позволял себе небольшие вольности. Легкие касания — случайные, когда они кружили по кухне, и намеренные, когда он убирал воображаемые крошки с ее губ. Воздушные поцелуи, как награда за выполненное задание. А один раз, желая показать правильный способ нарезки овощей, он встал за спиной Мэри-Бет и, положив свои руки ей на ладони, обнял свою ученицу.

На одну секундочку, пообещал себе Винченцо. Если бы не закипевшая вода, они бы простояли так не один час, потому что Мэри-Бет сама преодолела разделявшие их дюймы, придвинувшись вплотную к нему, а он прижался щекой к ее виску.

Действительность заставила их прервать объятия. Процесс приготовления пищи — это сложное действо, требующее внимания и сосредоточенности.

Гл. 9

Мэри-Бет не могла дождаться, когда они закончат готовить. Нет, ей не было страшно: в компании Винченцо кулинария уже не казалась пугающим занятием. Хрустящие тосты лишь раздразнили голод, и ей хотелось отведать чего-то более существенного.

И вот, наконец, наступил этот великий миг чревоугодия!

Бутылку с вином, бокалы, приборы, а также миску с салатом Мэри-Бет уже отнесла в гостиную, и теперь она наблюдала, как Винченцо ловко наполняет тарелки пастой: он быстро покрутил рукой, и на вилке остался клубок длинных спагетти, перебросил все это великолепие на тарелку. Винченцо сделал подобное еще два раза, в результате чего на тарелке оказалось три сферы — как только они не рассыпаются! — и добавил соус из томатов и чеснока.

— Ты случайно не работал поваром?

— Виновен, — кивнул Винченцо.

— Правда?!

— У моего дяди траттория в Сиене. В юности я подрабатывал на кухне почти, пока не решил посвятить всего себя музыке.

Винченцо подхватил вторую тарелку и столь же методично соорудил еще одно произведение кулинарного искусства. Мэри-Бет понимала, что это лишь выглядит легко, у нее самой бы так никогда не получилось.