Счастливчики из "Одинокой звезды"
Шрифт:
– Успокойтесь, шериф, - Ларри похлопал его по плечу.
– Если вы будете дружелюбны, мы ответим тем же. Мы не в ладах с полицейскими только тогда, когда они сами на это напрашиваются.
– Для вас нет дел в Торрансе, - уверял их Брок.
– Стычка с Ламондом и его приятелями - лишь случайность. Поверьте мне, этот город - очень мирный. У нас не бывает преступлений. Вот уже четыре года через Торранс проходит железная дорога - а еще ни одного ограбления поезда. Ни разу не грабили и банк, который основан еще в 77-м году. Здесь царит закон и порядок - поверьте моему слову. Вы понимаете, что я имею в виду, джентльмены? Охотиться здесь вам не за кем.
– Вы нас не так поняли, - возразил Ларри.
– Мы не ищем себе приключений. Нас вполне устраивает тихий город.
– Мы решили отдохнуть, - сказал Стретч.
– Ну...
– беспомощно развел руками Брок.
– По крайней мере, я попытался.
– Расскажите нам о Кларе, - сменил тему Ларри.
– Почему она заинтересовала вас?
– Она из Техаса. Я убедился, что она может постоять за себя. Но мне кажется, ей нужна помощь. Что вы знаете о ней?
– Знаю, что и все, - пожал плечами Брок.
– Она сирота с тех пор, как ее отец умер три года назад. Зики Холли был страшный человек. Его жена родила ему только одного ребенка, дочь. А Зики всегда мечтал о сыне. И с самого рождения Зики стал воспитывать Клару, как мальчика. Зики был отшельником, вот и Клара стала такой. Должного образования она не получила. Все, что она умеет, выслеживать добычу и охотиться. То, чему ее научил отец. Клара даже думает, как мужчина.
– И дерется, как мужчина, - подхватил Стретч.
– Как она набросилась на этого кузнеца!
– пробормотал Ларри.
– Но знаешь, Стретч... Девушке такое поведение не пристало.
– Точно, - задумчиво согласился Стретч.
– Даже техасской девушке.
– Нельзя ее винить в этом, - ответил Брок.
– Она сказала в суде правду: когда она в первый раз оделась, как женщина, все смеялись над ней. Ну, не шло ей платье!
– Мне кажется, - сказал Ларри, - такой девушке несладко жить.
– Думаю, да, - кивнул Брок.
– Она живет в старой лачуге в горах, совсем одна. Каждый раз, когда ей удается подстрелить оленя или несколько куропаток, приезжает в город и продает мясо. Повар из местного отеля хорошо платит ей за оленину. А Мэт Фишер покупает у нее куропаток. Деньги у нее есть. Вот только очень она одинока.
– За ней кто-нибудь ухаживает?
– поинтересовался Ларри.
– Кто станет ухаживать за девушкой, которая думает, говорит, работает и дерется, как мужчина?
– И то верно, - протянул Стретч.
– Это несправедливо, - проворчал Ларри.
– На вашем месте, - посоветовал Брок, - я бы не проявлял интереса к Кларе Холли. Никаких перспектив!
– А я и не думаю о перспективах, - отрезал Ларри.
– Мы не из тех, кто женится, - пояснил Стретч.
– Но вот она заслуживает лучшего будущего, - заявил Ларри.
– Я никогда не задумывался над этим, - признался Брок.
– Зато Ларри - думает, - усмехнулся Стретч.
– Я даже слышу, как у него мозги заскрипели.
...Несколько заинтересованных лиц были созваны в дом Герарда, чтобы лицезреть останки Дасти Пурди и выразить свое сожаление, или просто полюбопытствовать - кто на что горазд. Клара тоже оказалась среди приглашенных. Печально посмотрев на тело, лежащее на хирургическом столе, она прошла в гостиную. Кивнув стоящим возле дверей доктору и его жене, Клара пробормотала:
– Жаль старика Дасти. Мы были с ним друзьями. Он часто приходил в мою хижину и мы разговаривали.
– Замечательный был старик, - нахмурился банкир Hoax Файрфакс.
– Мы не должны очень печалиться о случившемся, - сказал доктор Эммит Герард.
– Дасти был уже очень стар. Он умер счастливым. Да, вы не ослышались. Перед смертью он улыбался - а все потому, что на его глазах в уличной Драке верх одержали трое техасцев.
Глава вторая.
БОЛЬШИЕ НОВОСТИ ДЛЯ КЛАРЫ
Доктору и его жене было около сорока лет. Выходцы из Небраски, они получили хорошее образование. Никто не мог обвинить Герарда в том, что он неопытный доктор, каких много в этих местах. Человек культурный и вежливый, он даже внешне выделялся.
Hoax Файрфакс, управляющий местным отделением Центрального банка Небраски, был высоким, склонным к полноте человеком пятидесяти лет.
Еще один посетитель - Тобиас Койн, редактор популярной газеты "Торранс Обсервер", примерно тех же лет, что и Герард, мрачный господин с резкими чертами лица.
– Смерть, наступившая от сердечного приступа, - пробормотал он так, будто составлял заметку в газету.
– Некролог. Больной умер счастливым. Неплохо. Я отведу Дасти абзац.
– Он заслужил больше, чем абзац, Тоби, - возразил банкир.
– Случилось так, что...
– Я лучше пойду, - перебила Клара.
– Прошу прощения, что затоптала вам пол сапогами, мисс Герард. Я хотела лишь попрощаться со стариком Дасти.
Она повернулась, чтобы уйти, когда Фаирфакс сказал:
– Задержитесь еще на несколько минут, мисс Холли. Вас заинтересует то, что я хочу сказать.
– Вы что-нибудь еще знаете о Дасти?
– спросил Койн.
– И немало.
– Это что, секрет?
– встрепенулся Койн.
– Был секрет, - сказал Файрфакс, - пока не умер Дасти. Персонал банка сдержал обещание, данное Хогарту Пурди, больше известному всем нам как старик Дасти, когда тот появился в городе и открыл у нас счет. Пока он был жив, он не хотел, чтобы кто-нибудь знал о его состоянии. Но теперь...
– Вы сказали: о его состоянии?
– прищурился Герард.
– На его счету, - объявил Файрфакс, - сто тысяч долларов.
– Боже милостивый!
– выдохнул Койн.
– Продолжайте, Hoax.
– Сказать осталось совсем немного, - сказал Файрфакс.
– Только то, что Дасти просил огласить его завещание сразу после похорон.
– У него нет родственников, - объявил Койн.
– Это только наши домыслы, Тоби, - возразил Файрфакс.
– Завещание может показать, что мы ошибались.
– Вы не знаете, что написано в завещании?
– не унимался Койн.
– Оно находится в сейфе. Конверт может вскрыть лишь адвокат старика.
– И кто его адвокат?
– Киф Милтон, - сказал Файрфакс.
– И не теряй времени на расспросы, Тоби. Киф все равно не огласит завещание до похорон. Вы будете присутствовать, мисс Холли?
– Я многим обязана Дасти, - кивнула она.
– Он так ко мне относился...
– Завтра, в полдень, - предложил Герард.
– С гробовщиком договорится Реверенд Бирч.