Чтение онлайн

– Выпускница экспресс-курса разведшколы, агент Минишна!

– Выпускница экспресс-курса разведшколы, агент Пожарнишна!

– Прибыли к вам, Вадим Вадимыч, на усиление!
– отрапортовали обе хором.

– А где агент "Куколка"?!
– не скрывая разочарования, спросил Путтипут.

– МЫ ЗА НЕЁ!

"Наскрёбышев уволен!
– решил про себя Путтипут.
– Ну, погоди, лубянское ископаемое! Дай, только, в Париже операцию закончу!"

– Да она, Вадим Вадимыч, в пояснице переломится!
– усмехнулась Минишна.
– Она нагнуться-то может только... для позы Пегаса!

Пожарнишна злорадно захихикала, а Минишна развела руками и напевно призналась:

– Черно-ро-ота-я я-а!

Она залезла рукой вглубь бюстгальтера, пошарила там, и извлекла крохотный бумажный шарик - шпионскую маляву. Проделав сотню движений длинными наманикюренными ногтями, развернула бумажку и зачитала Путтипуту на ухо последние данные от ЦЕНТРА Самой Великой Разведки, относящиеся к объекту операции:

– "Ангумуа" - историческая область на западе Франции, главный город которой сегодня - Ангулем. Указанный Нострадамусом король д"Ангумуа, может быть связан с современным термином "Ангулемский". Герцог Ангулемский, под именем Людовика XIX-го, в XIX веке был королём Франции в течение всего 20-ти минут, поэтому следующий король может именоваться Людовиком XX-м. Представляется целесообразным обыскать в Париже всю улицу Ангулемскую, ранее - улица Сточной канавы..."

"Бред какой-то!" - возмутился про себя Путтипут, опуская веки и откидываясь обратно на сплюснутые картонные коробки.

А выпускницам экспресс-курса разведшколы - Минишне и Пожарнишне захотелось подкрепиться. Они извлекли из глубин бюстгальтеров "сухпай" - галеты "Гвардейские" в пачках, и принялись их хряпать, ругая Самую Великую Разведку:

– Вот сижу я тут с печеньем... под носом у врага. Бля! Нич-чо из того, что я себе представляла! Даже близко не похоже на фильмы про Джеймса Бонда!

– Я тоже думала, что поеду за границу по другому паспорту, хотя бы! Вот ты, Кларисс, чему в разведшколе научилась?

– Хитрить. Обещаешь услугу за услугу. Получаешь нужные документы и посылаешь информатора куда подальше. А чтоб не расстраивался, можно сводить в ресторан, или подарить подарок. А тебя, Мимоза, чему научили?

– Чтобы сблизиться с потенциальными информаторшами-девушками, чтоб они соглашались выполнять твои просьбы, их нужно трахнуть...

Путтипут скрежетнул зубами: "Где агент "Куколка"? ЙЁ-КЭ-ЛЭ-МЭ-НЭ!"

Вслух же приказал:

– Ваша миссия выполнена. СВОБОДНЫ!

Мимоза Сябитовна обиделась:

– Я надеялась, может, он любит "спелые фрукты"!

– Нет, Мимоза, спать все хотят со сливой, а не с черносливом!
– съязвила Кларисса Гузеевна, поднимаясь с коробок и отряхиваясь.

– Да, Кларисс, - шмыгнула носом Мимоза Сябитовна и тяжко посетовала: - Семь плаастических аапераций! Уже не знаю, чё ещё се аатрезать... А я ж не мёртвая - я ж тож хаачу тепла и лааски!

И они побрели по набережной, грустно напевая:

Навстречу ему шла старушка,

Шутливые речи вела:

Напрасно, казак, поспешаешь,

Напрасно стегаешь коня.

Казачка тебе изменила,

Другому себя отдала...

Неожиданно, со стороны реки, прямо из воды, им подпел хор красивых высоких голосов:

Казак повернул в чисто поле

И вострую саблю доста-а-ал,

В винтовку патрон он заладил,

В станицу свою поскакал.

Кларисса Гузеевна с Мимозой Сябитовной решили, что чужое пение им примерещилось. И пошли они, ветром гонимые, напевая дальше:

И в хату войдя, он увидел,

Чего никогда не вида-а-ал...

Тем временем, над Путтипутом склонилась атаманша клошаров, та, что, с фингалами - бордовым и индиго. В руках её была пара пузырей какого-то бухла. Она громко икнула и кивнула на освободившуюся постель из картонной тары:

– Baisodrome dеjа libre! (Траходром освободился!) Veut tu faire crac-crac? (Трахнемся?)

Путтипут ответил строго:

– Моя сова - твою сову - не понимай!

Клошарка показала на пальцах, чего куда хочет, пояснив:

– Je veu soulager ma boоte а cramouille! (Невтерпёж разрядить манду!)

Путтипут отрицательно мотнул головой и только открыл рот заявить: "Я прибыл в Париж с важной миссией", как клошарка, опередив, принялась силой вливать бухло ему в рот, приговаривая:

– Dieu a crее la bibine pour que les dames moches baisent quand meme (Бог создал хмельницкого, чтоб и страшных тёток тоже, хоть иногда, ебли).

– NEIN!!
– закричал Путтипут, стараясь увернуться от потока неведомой спиртосодержащей дряни.

Клошарка не сильно, видать, расстроилась, потому что, дзынькнув бутылками, она опять икнула и спросила, кивая под правый бок Путтипута:

– Et ta fatma va camphrer? (А баба твоя бухать будет?)

Он глянул и с изумлением обнаружил рядом с собой на картонных коробках, прекрасную астрологиню из шоу "Давай-ка, женимся". Она лежала топлесс, и в тех самых леопардовых трусиках-бикини, будто только сошла со старенькой фотки, которую давеча в Льмерке демонстрировал начальник переименованного КГБ.

"Эротический сон!
– усмехнулся Путтипут.
– К чему это мне снится?!"

Стало вдруг так хорошо, что захотелось петь. И Путтипут запел арию тракториста Вани Курского из "Трактористов":

Здра-вствуй, ми-ла-я мо-я!

Я те-бя за-ждал-СЯ.

Ты при-шла, ме-ня на-шла,

А я и рас-те-рял-СЯ.

Чело Прекрасной Астрологини было строго и напоминало о том, что она - связной переименованного КГБ - прибыла в Париж не шуры-муры крутить, а выполнять спецзадание. Поэтому Путтипут был вынужден, соблюдая кэгэбэшные формальности, спросить у связной пароль:

– Пароль?

– Пажи не вызваны, борзые не готовы, - чётко рапортовала агент "Куколка". И, как положено шпионам, потребовала: - Отзыв?

"Отзыв... отзыв... чёртов отзыв!..."

Её острые соски на неприкрытых персях мешали ему сосредоточиться, и грёбаный отзыв напрочь забылся. Ещё миг, и он был готов сознаться, что и у старухи бывает прореха.

Агент "Куколка" сама пришла на помощь, начав шёпотом подсказывать по слогам:

– Нет све-та...

Он всё равно не помнил, что там дальше.