Чтение онлайн

Спина Мэри выгнулась от машины, крик застрял в горле, её кожа была раскаленной и, без сомнения, светилась. Удовольствие пульсировало между ног так интенсивно, что это было одновременно больно и идеально. Тот ожог за глазами поднял тьму к свету, и каждая её мышца сократилась, удерживая, удерживая так невыносимо сильно, прежде чем отпустить. Такер продолжал оказывать это вращательное давление основанием ладони, пока она не обмякла, заставляя его поймать её, прежде чем она сползет и ударится о землю.

Каким-то образом она нашла силы подняться и обвить его шею руками. Он опустил подбородок на макушку её головы, покачивая их из стороны в сторону. Однако не всё было хорошо. Она была освобождена от своей похоти, но Такер… он ведь нет, верно? И она могла чувствовать толстый выступ его члена между ними, зажатый между его бедрами и её животом. Не в силах вынести его недостаток облегчения ни секунды больше, Мэри опустила правую руку с его шеи, заведя её между бедер Такера, очерчивая его контуры сквозь брюки, выдыхая от восторга, когда он, казалось, набух в её ладони.

— Мэри, нет, — сказал он рвано, перехватывая её запястье. — Мне не нужно, чтобы ты ответила тем же.

— Я хочу. Очень сильно.

Он застонал у неё над головой, его бедра, казалось, непроизвольно сжались ближе. Мэри наклонилась и очертила его цепи ртом, языком, затем перешла на его кожу, облизывая и наслаждаясь его прохладной текстурой.

— Я бы отдал всё, чтобы почувствовать твою руку на своем члене, милая, но всё сложно.

Член. Он сказал это. Вслух. И ей понравилась эта смелость, сырое качество этого слова. С нетерпением она потерлась щекой о волосы на груди, видимые в вырезе рубашки. — Сложно?

Нерешительность Такера была очевидна. — Я не могу, э… достичь разрядки. Не по-настоящему, удовлетворяющей. Удовольствие нарастает и угасает до терпимого уровня, но это совсем не то, что ты только что испытала.

— Почему?

Прошло несколько секунд, прежде чем он ответил. — Вампир может достичь оргазма, только когда найдет свою пару.

Позвоночник Мэри выпрямился, дискомфорт пробежал по её нервным окончаниям, оставив их оголенными. — Значит, ты никогда не сможешь… со мной?

— Нет.

— Потому что я не твоя пара.

Очень долгая пауза. — Всё верно. Это, знаешь ли… то, что вампир может почувствовать сразу.

Её горло начало пульсировать. — Но кто-то однажды станет твоей парой?

— Возможно, да, — почему его голос звучал неестественно? Он представлял эту пару и то, как она может выглядеть? — Если я её найду.

Мэри оттолкнула Такера, прежде чем осознала свои движения. Её пищевод — он горел. За глазами горели горячие никели, и свистящий звук её сияния, сердито вращающегося, был слышен в лесу. Её пальцы сжались в кулаки, а легкие расширились. Она знала, что грядет. Она всегда знала, но ничто не могло остановить это. Когда пришло время выпустить крик, ничто не имело значения, кроме освобождения от бремени.

Впрочем, в этот раз всё было не совсем так, верно? Кое-что имело значение.

Такер собирался встретить кого-то еще в неопределенное время в будущем и касаться их так, как он только что касался её. Целовать это безликое создание. Доставлять ей удовольствие и, что хуже всего, что ужаснее всего, эта пара сможет дать Такеру то, чего Мэри дать не могла.

— Черт, Мэри… — осторожно сказал Такер с небольшого расстояния. — Я не хотел тебя расстраивать. Если бы ты знала, как сильно я это ненавижу.

Из неё вырвался задавленный звук.

— Ты чувствовала мою ярость раньше? Ну, почувствуй, как сильно я хочу тебя прямо сейчас, милая, — не имело значения, что он звучал жалко. На самом деле, в её нынешнем состоянии она вообще не возражала. — И подумай об этом, Мэри. Подумай о том, как… тяжело было бы, если бы ты была моей парой, а я должен был смотреть, как ты выходишь замуж за другого. Так будет лучше.

Логике здесь не было места. Как и справедливости.

Пока нет. Пока она не избавилась от крика, поднимающегося в горле. Стоило только представить Такера, защищающего другую женщину, как она начала дышать огнем. Высокий децибел крика был болезненным даже для её собственных ушей, но Господи, выпустить его было восхитительно. Он занял всё её сознание, на несколько мгновений сделав всё благословенно пустым, убрав разочарование и ревность. Как её чувства к Такеру стали такими сильными так быстро? Словно они начали с вершины американских горок, у которых не было долин, и продолжали подниматься к всё более высоким пикам.

Издалека она услышала звон разбитого стекла и визг шин на дороге, но как только это началось, остановить это было невозможно, пока бремя не уменьшилось —

Рот Такера закрылся на её губах и поцеловал её крепко. Его руки обхватили её, как сталь, удерживая крепко, нежно покачивая.

— Всё хорошо, — прошептал он ей в волосы. — Всё хорошо.

— Нет, это не так, — сказала она, и её голос дрогнул.

У неё росли чувства к этому вампиру — а ведь он был не тем, за кого она согласилась выйти замуж. Её цели были просты. Вернуть зрение. Призвать Ассамблею через благородный акт брака с Адрианом, тем самым помирившись с Тильдой. Вещи, которые были важны для неё всю жизнь, были у неё в руках. У Мэри не было права чувствовать ревность. Она была той, кто соединит себя с другим. Не Такер. По крайней мере, пока нет.

Но эту яму, открывшуюся внутри неё, нельзя было убедить логикой. Она просто была.

И она не знала, что, если вообще что-то, она может с этим поделать.

Высвободившись из объятий Такера, она открыла дверь машины и начала забираться на пассажирское сиденье, но Такер схватил её за локоть, прежде чем она успела сесть.

— Подожди, — его тон был суровым. — Там стекло.

Мэри сглотнула. В довершение к истерике она разбила его окна, не так ли? Он, вероятно, жалел о дне, когда согласился отвезти её к Адриану. — Мне жаль.

— Нет, Мэри, — пробормотал Такер, сметая стекло с сиденья. — Мне жаль.

Они больше не разговаривали, пока не добрались до конспиративной квартиры.

Они не могли.

Ветер, врывающийся через три разбитых окна, был слишком шумным.

Тильда провела средним пальцем по краю чайной чашки, стараясь не выглядеть запуганной вампиром-колдуном, сидевшим напротив за банкетным столом при свечах. Она привыкла быть той, кого боятся, но с ревущим за спиной огнем и амбициями, заставлявшими его глаза светиться, как красные уголья, он определенно выигрывал этот раунд.

— Где моя невеста?

Тильда выпрямилась, демонстрируя уверенность, которой на самом деле не чувствовала. — Мэри необходимо путешествовать на машине. Её сияние невозможно подавить, — она поднесла чашку к улыбающимся губам. — Авиаперелет был бы довольно рискованным.

Его взгляд обжигал её кожу, словно глиняный горшок, закаляемый в печи. — Это не объясняет, почему ты не сопровождаешь её, Тильда.

Очарование на это существо не подействовало. Его интеллект был третьим присутствующим в комнате, парил над ними и проливал свет на каждый странный вздох, каждую нестыковку. — Рассуждения Мэри не всегда здравы… — начала она, опуская чашку. — Она не то чтобы упряма, но когда она решает настоять на своем, я мало что могу сделать, не рискуя разорвать все барабанные перепонки в радиусе двух миль.