Чтение онлайн

– Вика мне в среду позвонила, - вздохнув, говорит он.
– Сказала, что в клубе с тобой, попросила забрать. Я поехал, думал, правда, с тобой.

– А раз меня нет, не расстроился, ну, с Викой развлекусь, подумаешь, - ядовито поддакиваю. Делаю шаг в сторону.

– Хватит дичь пороть!
– он хватает обе мои руки, сжимает запястья.
– Она завалилась в машину, язык заплетается: пошутила, Олеся не со мной. Мне ее высадить надо было? Повез домой. С отцом по телефону говорил как раз. Отвлекся, она сама полезла. Ничего не успел.

– В штаны к тебе полезла? Чупа-чупс нашла, - поднимаю бровь.
– И дальше ты не против был, ну, разумеется.

– Какие претензии?
– он вдруг меняется в лице, недовольно заявляет.
– Я веду машину, говорю по телефону, девушке захотелось себе рот занять.

– Супер!- хмыкаю на всю улицу.
– И зачем останавливать, пусть продолжает!

– Я остановил, - он скрипит зубами. Теребит мои руки. Костяшки побелели, красные сбитые пятна выделяются еще ярче. Говорит медленно, как для слабоумной. Всем видом показывает, как бешу его.
– Припарковался и остановил.

– Не понравилось?

– Пользоваться пьяной леди?

– А если бы трезвая была, то не против, да?

– Ты себя слышишь?!
– он встряхивает напоследок и отпускает.
– Я, вообще, ничего не сделал.

– А что она повторить хотела?
– отбрасываю за спину растрепавшиеся волосы.
– Писала: помню все, что ты говорил, бла-бла. Щас-то уже не ври, если спалился.

– Про тебя и говорил! Когда объяснял, почему отказываюсь, как придурок, хотя мне и нравится.

– А-а-а…тебе понравилось!

– А ты с Антоном страдала? По видео не разглядел твоей скорби.

– Тыкать Антоном мне будешь, каждый раз, когда сам косячишь?

– В чем? Тебе неприятно за Вику, а мне за Антона приятно? Если молчал, мозг тебе не выносил, значит не парит меня? Надо было как ты стоять и орать у всех на виду? Фу, черт, - он с шумом выдыхает, проводит руками по лицу.

Молчу, вытираю слезы. На крыльце магазина курят стайка студентов. Девушка ловит мой взгляд и звякает светлым пакетом, в котором просвечивает стеклянная тара. Подмигивает - мол, все слышали, да, писец, надо расслабиться.

– Почему сразу не сказал?

– Потом сказал бы. У нас и так одна нервотрепка.

Через большое стекло наблюдаю за людьми в пиццерии, на столиках тарелки и напитки, разговаривают, смеются. Так обыденно, так легко все.

– Где Цезарь?
– спрашиваю, успокоившись.

– Во дворе оставил. Ты же понеслась неизвестно куда, - ровный голос, скучающе смотрит по сторонам.

– Я так не могу уже, - вздыхаю.

– А я, по-твоему, от радости прыгаю?
– он поворачивает голову.

– Вы даже с Антоном, - беру его руку, вкладываю в ладонь телефон.
– Обсуждаете не меня, а игрушку, кому достанется.

– Ой, - он закатывает глаза.
– А тебе оно надо, вникать?

– А я ни при чем?

– Ты как думала? Ну ладно, не судьба - и один в сторону отходит? И все на мази сразу, - замолкает. Водит пальцем по экрану.
– Много прочитала?

– Ага. Они с Викой вчера переспали, - выкладываю новость.

– Ревнуешь?
– он поднимает глаза.

– Нет, - морщу нос.

В его руках оживает сотовый. Читаем имя: Аленчик.

Мама звонит.

Слушаем рэп на входящем.

Качаюсь на качельке.

Завтра четыре пары, а еще родители обрывают телефон, но качаться все же легче, чем решать вопросики. Мама с Ильей летят обратно, и у меня мечта есть - под землю провалиться. И жить там в бункере, как в фильмах. Притвориться, что конец света.

Солнце уже заходит, последние лучи слепят и не греют совсем, и взрослая девочка в коротких кожаных шортах, косухе и высоких сапогах, на детской площадке - пришелец. Особенно, если ее высадили из черного джипа возле злачного места.

Сережа забрал деньги и поехал обратно, рассчитаться с соседкой за потоп, а мне предложил подождать полчасика, в баре или на массаже. Обычном, расслабляющем.

Звучит классно.

Но пока сидела на диване в холле и листала прайс с услугами, администратор Катя там же, за стойкой, стажировала новенькую девицу.

Горячие ласки красивой секси-девушки. Нежные прикосновения губ. Использование техники горячего и холодного дыхания.

Одна сдавала зачет, подглядывая в бумажку, вторая важно кивала. Поправляла ошибки. Думала, в конце скажет: так, ну…на троечку.

Но потом у кого-то очень нетерпеливого “умер дедушка”. Катя сделала страшные глаза - клиенты не должны пересекаться, строго соблюдается тайна. И вытолкала новенькую и, меня заодно, за красную бархатную шторку, через небольшой коридорчик на кухню.

Девица продолжила упражняться в одиночестве. То есть при мне, но я же типа пустое место.

Девушка покроет твое тело сливками, украшая клубникой. И ее сладкие поцелуи доведут до неистового возбуждения. В ответ девушка позволит тебе украсить ее красивое тело, как самое сладкое пирожное. И насладиться кулинарным произведением собственного приготовления, - говорила и гладила себя по шее и по груди, затянутой в корсет.
– Как думаешь, это вкусно?

Облизывать незнакомого похотливого самца?

Фу.

Уже хотела выйти, наплевав на конспирацию, какое мне дело, что там у них принято. Но в коридор влетела Катя. Чуть дальше в комнате отдыха тусили три девчонки, она поторопила их к гостям. А меня не выпустила, ткнула острым красным ногтем в живот: сиди тут, пока клиенты не уйдут, или меня наругают.

Оу, наругают, понимаю. У самой головомойка планируется в ближайшее время. Поэтому дальше торчала на кухне, выслушивала от новенькой, что у некоторых нет портфолио, и девушки в белье выходят к гостям вживую. Чтобы те кого-то выбрали. Как на базар приходят, но не насовсем, а на полчаса, час или девяносто минут. Высокая блондинка, на лошадь немного похожа, она шла и жаловалась, что сегодня не работает, просто в гостях тут, и эпиляцию не делала. Ненакрашенная бледная брюнетка, вздыхала ей сочувственно. И сонная азиатка, в Казахстане нет работы нормальной, а тут ей круто, единственная довольная среди них.

Гад Сережа, и он еще навешал папочке про заоблачные перспективы. Да папа только узнал бы, что он имел ввиду это вертеп…

Из интереса подглядела в щелку в шторках. Там на диване развалились два чернявых хлопца, один тыкнул пальцем в сторону брюнетки и с жутким акцентом спросил: а шо она такой страшный?

И Катя заламывала руки и клятвенно убеждала, что освещение виновато. И заверяла, что девушка накрасится обязательно.

Они трепались еще минут десять, а новенькая заучивала программы. Лингамы, множественные финалы, скользящие по тебе попки сказочно красивых девушек… Врут и не краснеют. Если судить по реакции гостей, то так и надо говорить: ” а шо она такой страшный неважно, она накрасится и доставит вам удовольствие”.