Сердце Эфира. Сопряженные
Шрифт:
Виктор шагнул ближе. Тень от его плеча пересекла карту и легла сразу на несколько узлов.
— Какие они нетерпеливые.
По полу прошла дрожь. Тень от стула на миг закрыла целый сектор.
— Восстание? — тихо спросил Николас.
Аэлия посмотрела на него.
— Называй как умеешь, — сказала она.
Под бинтом грудь на секунду сжало так, будто тело уже услышало шаги тех, кто поднимется снизу раньше времени; от этого захотелось выпрямиться назло боли.
— Наверху нас и так ненавидят, — сказал Лисандр. — Если мы туда вообще не пойдём — станет лучше?
Он стоял напротив карты на расстоянии вытянутой руки. Свет бил снизу, подчёркивал линию скул и сжатый рот.
Кварталы, нити улиц, точки постов, узкие переулки собирались в единый организм. Над ним — ладонь Аэлии, со шрамами, которые она уже не прятала.
— Если не вы, — сказала Аэлия, — наверх пойдут те, кто больше не хочет ждать.
Робб дёрнул плечом.
— А они тихо не умеют, — сказал он. — Сразу всё нахер сломают.
Уголок рта Аэлии дрогнул.
— Мы собирали этот план месяцами, — сказала она.
Адриан поднял руку неловким движением и тихо добавил:
— Мы нашли смены, цепочки охраны, слепые зоны. Всё, что наверху давно вычеркнули.
По лицам прошёл короткий, неверящий выдох.
Под пальцами Аэлии вспыхнули ещё несколько точек.
— Наверху будут музыка, свет и бокалы, — продолжила она. — Внизу наши люди пойдут по шахтам, кабельным ходам и служебным лестницам. Вы сдерживаете Сайлера и его стражу наверху. Мира даёт сигнал, мы снизу поднимаемся через тайный ход.
Адриан коснулся ногтем одной точки.
— Здесь старые технические шахты, пойдём по ним. Стражи там никогда не бывает.
— Сегодня мы используем всё, что накопили, — сказала Аэлия.
Вейра почувствовала взгляды: они коснулись её лица и тут же отпрянули, будто проверили на трещины и решили пока не давить. От этого кожу на скулах неприятно стянуло.
— Всё это сработает, только если один механизм щёлкнет точно, — добавила Аэлия.
Она посмотрела на Миру.
— Сигнал.
Браслет на запястье Миры блеснул холодным металлом.
— И ты уверена, что браслет не отберут? — спросил Виктор.
Мира повернула к нему голову.
— Если бы не была, вы бы сейчас обсуждали свои похороны.
Тео коротко хмыкнул.
— Умеешь успокоить.
— От этого еще гаже стало, — отрезал Маркус.
Аэлия выпрямилась. Тень от её плеч легла поперёк карты. В этот момент стало видно, как дорого ей стоит держать спину прямой.
Она посмотрела на Вейру.
— Ты сможешь?
Вейра выдержала её взгляд; больше всего злило, что вопрос был задан мягким тоном.
Николас чуть подался вперёд.
— Если Сайлер полезет в разговор, — сказал он, — ты выдержишь?
— Вы меня за идиотку держите? — отрезала Вейра.
Лисандр смотрел на неё сощурившись, будто он пытался найти слабую точку, о которой она сама не знала.
— Я не сорвусь, — добавила Вейра, сдерживая жар в груди. — Расслабьтесь.
Губы Лисандра сложились в тонкую линию. Он снова повернулся к карте.
— Окно после сигнала — десять минут, — сказала Аэлия. — Пятнадцать, если повезёт.
— Если внизу никто не сорвётся раньше, — быстро вставил Робб.
Адриан, не отрывая глаз от стола, тихо добавил:
— Один из ходов может схлопнуться раньше. Идти придётся быстрее, чем мы думали. Возможно, сражаться со стражей, если они что-то заподозрят.
Палец Аэлии сместился к центру карты, туда, где линии кварталов сходились в тугой узел.
— Если в особняке спрятано что-то важнее золота и людей, — сказала она, — оно там.
Лисандр наклонился, всматриваясь в светящиеся линии.
— Символ Ветра тоже там?
— Если Сайлер держит его у себя, — ответила Аэлия, — никому не отдаст. Значит, да.
Виктор перевёл взгляд на неё.
— Ты ведёшь нас к тому, что он прячет. Почему ты до сих пор жива?
Уголок губ Аэлии дрогнул.
— Потому что мёртвая я ему бесполезна. Пока.
Робб дёрнулся, будто хотел вставить что-то резкое, но осёкся. Адриан мельком посмотрел на принцессу и тут же отвернулся.
Гюнтер фыркнул.
— Охеренный план.
— Мне тоже не легче, — сказала Аэлия.
Голос у неё остался ровным, но пальцы на краю стола напряглись сильнее.
Она уже почти отвела руку от карты, но задержалась.
— И ещё, — сказала Аэлия. — Держитесь рядом с Сайлером осторожно. Оба.
Тишина на секунду сжалась.
— Я поняла, — резко бросила Вейра. — Хватит повторять.
Лисандр даже не обернулся.
— Вейра.
Одно слово — и всё, что уже готово было сорваться у неё с языка, застряло в горле. Сразу стало стыдно, что погорячилась именно на этом. Захотелось послать его туда же, куда все остальные указы. Вместо этого она медленно втянула воздух.
— Я справлюсь, — сказала она.
Лисандр кивнул.
— Я тоже.
Свет карты снизу делал лица бледнее. По линиям кварталов шла едва заметная дрожь, как если бы город под стеклом уже двинулся в темноту и теперь ждал, кто из них поставит ногу в его след, а кто промахнётся.
Внезапно Мира повернулась к Вейре.
— Кстати об эфире. Нужно кое-что проверить.
Она подошла к столу и остановилась.
— Вейра, руку.
Почти все в комнате перестали шевелиться. Пальцы Вейры на древесине медленно разжались.
— И перчатку, — продолжила Мира. — Правую.
Сказано было тем голосом, каким просят подать инструмент, а не открыть чужой шрам.
Кожа перчатки с сухим скрипом отлипла от ладони.
— Так лучше? — спросила Вейра.
Мира взяла её руку своими холодными пальцами.
— Держи ровно. И не дёргайся.
Лисандр двинулся почти одновременно с её словами. До этого он стоял чуть в стороне, но теперь шагнул ближе, и тень от его плеча легла на край стола.
— Что ты собираешься…