Чтение онлайн

Пока они проходили мимо, Лисандр чуть сильнее прижал её к себе. Вейра стиснула зубы.

Последними подошли Виктор и Маркус. Их приглашение приняли без паузы.

Толпа перед дверями двигалась слишком ровно. Меха шуршали, стекло тихо звенело, шаги дробили мрамор на одинаковые удары. Вейра шла почти вплотную к Лисандру. Чувствовала тепло его плеча через ткань, слышала, как позади Маркус иногда сбивается с шага. Всё здесь было выверено до тошноты, и от этой правильности хотелось что-нибудь разрушить к чертям.

У самых дверей стояла рамка: узкий металлический проём с тонким синим кольцом сканера. Вейра вдохнула — и только тогда её накрыла мысль, от которой по спине побежали мелкие, злые мурашки.

У неё не было оружия.

Ни эфира в привычном объёме, ни клинков. Только тонкая ткань перчаток и браслет на запястье, который едва ощутимо щекотал кожу. Тело сразу вспомнило эту почти постыдную пустоту. Так, наверное, чувствует себя рука, если просыпается среди ночи и не находит привычного ножа рядом.

Вейра бросила взгляд на профиль Лисандра. Он стоял спокойно, руки держал за спиной, смотрел вперёд, туда, где охранник механически сверял список гостей с вечером. Его спокойствие не успокаивало. Наоборот: рядом с ним её собственная настороженность казалась почти голой.

Рамка загудела, принимая их шаг. Синий свет скользнул по материи, по коже, по стеклу. Под перчаткой пальцы Вейры сжались. Аномалия в руке ответила тихим, терпеливым шевелением.

Она наклонилась к Лисандру так, чтобы слышал только он, а не охрана и не стены.

— Мы… без оружия?

Лисандр повернул голову. Его взгляд на секунду скользнул по её лицу.

— Не совсем.

И снова смотрел вперёд.

Пауза легла между ними короткой тенью.

— Есть. У Виктора.

Он едва заметным кивком обозначил Виктора. Тот стоял метрах в двух, улыбаясь проходящим людям. Только рукав плаща тянул вниз чуть сильнее, чем должен, и сапоги сидели по голени слишком плотной линией.

— Как?

Лисандр наклонился к ней ближе.

— Печати Миры гасят эфир. Оружие складное. Руками нас не тронут, мы же особые гости.

Он скользнул взглядом по охранникам.

— Улыбнись и иди.

Только после этих слов она заметила: Виктор прошёл через рамку с опущенным взглядом, чуть неуверенным шагом, и сканер молчал. Никакой вспышки, никакого звука. Никто даже не поднял головы.

Маркус проскользнул следом, нервно поправляя ворот. Мира шла впереди, смеялась где нужно, наклоняла голову под каждый чужой взгляд. Николас рядом оглядывал зал.

Пустота в руках чуть отступила. И от этого стало ещё досаднее.

— Ладно, — сказала Вейра, выпрямляясь. Шов платья снова царапнул вдоль спины. — Веди, кавалер.

Лисандр задержал на ней взгляд.

— Держи спину прямо.

Она едва заметно усмехнулась.

Шаг вперёд, к рамке. Синий свет лениво скользнул по ткани, стеклу, коже. Сердце дёрнулось так некстати, что захотелось выругаться. Их пропустили внутрь, сигнала не прозвучало. Вейра была безоружна среди людей, умевших прятать зубы под кашемиром.

Дом встретил их ударом света.

Холл был высоким; потолок терялся в пересечениях балок. Оттуда свисали люстры, похожие на застывшие грозы. Свет от них был тёплым, золотистым, но только с виду: он не грел, а лишь выставлял роскошь напоказ. Вейра невольно сощурилась. В блеске мраморного пола отражались ноги, подолы платьев.

Запахи лежали слоями: духи, вино, примесь масла и металла.

Гости стояли группами. Одни разыгрывали приветствия — поцелуями, наклонами голов, звоном бокалов. Другие двигались мимо, обходя центр по слишком правильным траекториям. От этой выученной гладкости сразу свело челюсть.

— Голова болит, — сказала Вейра вполголоса. — От их света уже глаза сводит.

— На это и рассчитано, — отозвался Лисандр. — Смотри мимо.

Он всё ещё держал её за талию. В этом шуме, свечении, плотности людей его жест перестал быть однозначным. Всё ещё чужой, но рука была на месте, и тело цеплялось за неё раньше, чем она успевала себе это запретить.

Мира мелькала впереди силуэтом, уверенно рассекающим толпу. Она смеялась, кивала, отвечала коротко тем, кто пытался её остановить. Николас рядом держался так, будто ему и правда заплатили за то, чтобы он здесь стоял и молчал.

— Для такого места всё выглядит сносно, — присвистнул Виктор, возникнув рядом.

Маркус, шедший чуть позади, усмехнулся.

— Ты говоришь так, будто вылез из мамки в подобном месте.

Виктор перевёл взгляд на ближайшую стену из светлого камня.

— Я видел их изнутри, — он почесал подбородок.

Его взгляд скользнул по стенам, лепнине, свету на камне.

— Почти не меняются. Лет пятьдесят — и всё тот же вкус.

Вейра обернулась к нему. Маркус вопросительно поднял бровь.

— В каком смысле — пятьдесят? Ты же не дед какой-нибудь.

Виктор провёл ладонью по шее.

— Считай, что оговорился.

Вейра слышала этот неприметный разговор и, снова глядя вперёд, вдруг ощутила в груди глухую, липкую тяжесть. У Виктора на миг нервно дёрнулись губы — и сразу снова расплылись в ленивой улыбке.

Гостей вокруг становилось меньше. Голоса оставались внизу, в толще дома. Свет менял оттенок: густое золото оставалось внизу, выше он становился холоднее, с зеленоватым отливом. От него шея снова напряглась.

Наверху их ждал охранник с бумагами. Он без запинки произнёс фальшивые имена Миры и Николаса, затем Виктора и Маркуса, указал им направление. Они свернули в свою сторону, оставив Вейру и Лисандра в полосе света у поста.

Без остальных стало слишком пусто.

Третий раз охранник вгляделся в бумаги.

— Центральное крыло, номер одиннадцать.

На дверях не было номеров, только тонкие надписи, различимые, если подойти близко.

Они пошли вперёд. Охрана осталась позади. Пальцы Лисандра всё ещё лежали у неё на талии, и дом слишком хорошо слышал их шаги.

— Где оружие? — спросила Вейра тихо.

— Скоро будет, — ответил Лисандр.

Он усмехнулся.

— Не вздумай порезаться раньше времени.

Вейра выдохнула сквозь зубы.

— Перестань обращаться со мной как со сраным хрусталём.