Чтение онлайн

Лисандр оказался ещё ближе. Теперь между ним и Мирой оставалось ровно столько места, сколько нужно для удара.

— Снимай. Сейчас.

Мира медленно подняла на него глаза.

— Ты правда хочешь проверить, что произойдёт, если я разомкну это резко?

Лисандр усмехнулся.

— Нет. Я хочу посмотреть, как быстро ты уберёшь от неё руки.

Мира выдержала паузу, затем с неохотой отпустила ладонь Вейры. Та резко отдёрнула руку.

Знак ещё мгновение держался на стене, потом начал гаснуть, оставляя тусклый след. Тепло под кожей не ушло, только поднялось выше, к плечу, и застыло под ключицей тяжёлым пятном.

Николас посмотрел на руку Вейры, потом на Миру.

— И часто у вас гостей «временно» связывают без спроса?

Мира прищурилась.

— Только тех, кого Храм слышит слишком хорошо.

Виктор хмыкнул:

— Прелестное гостеприимство.

Мира снова посмотрела на Вейру. В этом взгляде не было ни жалости, ни торжества — только тихая внимательность.

Вдруг ветер прошёл по залу одной плотной волной, задел полы одежды и стих.

Только тогда послышались шаги. Сначала — наверху, на лестнице, едва различимые. Потом яснее: стук каблуков о камень, размеренный и точный.

Все повернулись ко входу.

На площадке, где кончалась лестница, возникла стройная фигура в голубом. Девушка спускалась медленно. Ткань платья темнела в складках, и от этого движение казалось ещё тише. Вейре хватило нескольких секунд, чтобы узнать наклон головы, спокойную осанку, ту самую походку, в которой не было ни суеты, ни колебания.

Дева Ветра остановилась на последней ступени. Её взгляд прошёл по Лисандру, скользнул к Виктору и Николасу, задержался на Мире и только после этого остановился на Вейре.

Воздух сжался. Метка под кожей отозвалась сразу, жар дёрнулся к локтю. Вейра поняла — не мыслью, а тем, как стиснуло внутри: здесь её не просто заметили. Здесь её ждали.

Дева чуть наклонила голову.

— Приветствую, господа.

Голос у неё оказался высокий и бархатный, с лёгкой хрипотцой на последнем слове.

— Аэлия Верстейн, — сказала она. — Дева Ветра.

Вейра поёжилась и положила руку на рукоять меча.

От Девы исходил тот же колючий поток эфира, что раньше тянулся от Миры, — только ровнее и сильнее, как будто в нём давно уже не осталось ничего человеческого. Он входил в лёгкие, давил на плечи, и после него в теле оставалась одна настороженность.

— Капитан Таэллис, — произнесла Аэлия. — Рада видеть великого пирата, который вырезает сердца своим врагам.

Уголок его губ дрогнул. Плечи при этом остались напряжёнными.

— Тогда, Дева, вам стоит быть очень вежливой.

Губы Аэлии чуть шевельнулись. Потом она повернулась к Мире.

— Ты снова ведёшь гостей туда, куда не положено.

— Просто решила показать им нижние уровни Храма, — ответила Мира.

Голос её отозвался от металла негромким эхом. Стояла она спокойно, вполоборота к трубе. Николас, устроившийся в полушаге, глядел вниз, но ощущал, как её плечо почти задевает его.

Аэлия посмотрела на Вейру в последнюю очередь, слегка наклонив голову.

— Вейра Ламберт, добро пожаловать в нашу скромную обитель…

— Скромную обитель? — Вейра вышла из тени колонны и посмотрела исподлобья. — Так ты называешь место, где убиваешь невинных людей?

Вейра почувствовала, как кто-то положил ладонь ей на плечо. Это был Виктор. Его пальцы сжали ткань куртки крепче. Она стиснула зубы и продолжала смотреть на Аэлию. Та лишь поправила прядь волос за ухо и спокойно спросила:

— А как это место называется у тебя?

Вейра смотрела на чистый голубой цвет её платья, на усталое лицо, не прикрытое белой тканью, на расслабленные пальцы, на которых не было и следа крови с прошедших церемоний.

— У меня это называется, — выговорила Вейра, — наплевательским отношением к чужим жизням.

Слова повисли в воздухе. Трубы отозвались глухим низким гулом.

Аэлия не отвела взгляда, медленно вздохнула и посмотрела в сторону.

— Да, это тоже часть правды.

Тень от колонны легла ей на лицо.

— И что ты хочешь теперь? — добавила она тише. — Чтобы я сказала, что сожалею?

Жар поднялся до плеча, к ключице. Вейра не была уверена, чего ждала: отрицания, слёз, отказа от своей роли.

Аэлия опустила взгляд на ладони, медленно разжала пальцы.

— На бумаге их было тридцать восемь.

Она снова подняла глаза на Вейру.

— Детей всегда берут охотнее. Из них легче вытянуть больше эфира.

Перед глазами Вейры пронеслись образы: трубы, дети на кушетках, приборы, подключённые к их телам. Крики, пронзающие виски.

— Сверху велели дать новый объём. Быстро, — продолжила Аэлия. — Если бы я не отдала одного, начали бы тянуть из всех. Долго. До судорог, до пустоты. А потом приют всё равно бы зачистили.

Вейра ощутила, как ноги теряют твёрдость.

— И ты… выбрала одного, — пробормотала она. — Самого удобного, самого тихого—

— Я выбрала того, кому меньше всего лгала, — ответила Аэлия.

Все замерли, слушая её голос.

— Остальных я вытащила, — продолжила она. — Под чужими именами. Через выдуманные болезни. Через грузовые корабли.

Усмешка на её губах дрогнула и исчезла.

— Одного я убила. Возможно, его тоже можно было вытащить. Но пока тянули бы его, взяли бы остальных.

Вейра прикрыла глаза на долю секунды. Этого хватило, чтобы снова увидеть плитку, шаги, труп мальчика в белой рубашке.

— Ты могла… — начала Вейра и осеклась.

— Мёртвые никого не вытаскивают, — спокойно сказала Аэлия.

Вейра услышала, как за спиной щёлкнул камень под чьим-то каблуком. Это был Лисандр. Всё это время он стоял у колонны, опершись спиной о камень; теперь оттолкнулся и шагнул вперёд.

— Кто отдал приказ убить ребёнка? — спросил он.

— Подпись ставил Совет, но решали не они.

— Совету приказал Сайлер? — уточнил Лисандр.

— Не напрямую, — Аэлия едва качнула головой. — Через деньги. Через проверки. Через страх. Вам ли не знать, капитан, как редко в таких историях звучат прямые указания.

Виктор чуть склонил голову набок, и в голосе его мелькнуло почти ленивое любопытство:

— А Храм у вас тут кто? Просто удобная вывеска?

— Храмом здесь прикрывают то, что удобнее делать под молитву, — сказала Аэлия.