Сердце Эфира. Сопряженные
Шрифт:
— Ты плохо врёшь, — сказал Лисандр. — Для той, кто привык выживать.
Тёплое дыхание скользнуло Вейре по щеке, задело ухо. По спине пошли мелкие мурашки. Она сжала кулаки и подняла подбородок чуть выше.
Лисандр кивнул на её правую руку.
— Сними перчатку. Живо.
Рука дёрнулась назад, локоть прижался к боку. След под кожей толкнулся, будто услышал приказ раньше неё. Пальцы Лисандра перехватили запястье. Хватка была точной, без лишней грубости.
— Зачем? — спросила Вейра. — Думаешь, я прячу нож?
— Потому что эту руку ты берегла сильнее, чем лицо, — ровно ответил Лисандр.
Боль пошла вверх по костям короткой волной.
Виктор перевёл взгляд с Вейры на капитана. Николас отвернулся к стене, однако пальцы его всё равно дёрнулись.
Перчатка сползла. Холод из комнаты лёг на кожу тяжёлым слоем. На ладони уже не было крохотной точки. Теперь там тёмной полосой проступила метка: вертикальная черта и два коротких штриха. Кожа вокруг потемнела, как после свежего ожога. Изнутри шло плотное, устойчивое тепло — чужое, не совпадающее с ритмом собственного сердца. Вейре хотелось стряхнуть руку, но она только сильнее стиснула зубы.
Лисандр наклонился ближе. Жар рванул по предплечью. В тишине между ними что-то сухо царапнуло, будто металл где-то на миг сбился с хода. Лисандр замер.
Он смотрел не на ладонь, а выше — как поднимается её грудная клетка, как сбивается дыхание, как воздух застревает на полпути. Вейра прикусила губу и подняла голову. Их взгляды встретились. В золотых глазах Лисандра не было ни удивления, ни жалости. Только расчёт.
— Что это? — спросил он.
— Реакция на контроль, — процедила Вейра. — Не льсти себе, капитан.
Взгляд Лисандра потемнел.
— Знак. Откуда?
— Поставила та, что назвалась Ластом, — резко бросил Николас, не выдержав. — Сказала, что это допуск.
На лице Лисандра что-то мелькнуло — едва заметная задержка взгляда, — но уже через миг оно снова стало неподвижным. Ладонь по-прежнему держала её запястье.
Он кончиком указательного пальца провёл по одной из полос.
Вейра едва заметно дёрнула рукой.
— Чужой эфир идёт через тебя, — тихо сказал Лисандр.
Он поднял взгляд.
— Ты знала?
— Перестань говорить так, будто понимаешь, что у меня под кожей происходит, — отозвалась Вейра.
Левую руку — ту самую, с аномалией, — свело судорогой. Она не шевельнула ею ни на сантиметр.
— Пока ты в моей команде, твои следы — моя проблема, — сказал Лисандр.
Он стоял так близко, что ещё полшага — и её грудь коснулась бы его плаща.
— В твоей команде? — переспросила Вейра вполголоса. — Командуй своими людьми, Лисандр. Я не часть твоей сраной конструкции.
Его золотые глаза сузились. Пальцы на её запястье сжались крепче. Вейра не позволила себе наклониться.
— Уверена? — спросил Лисандр.
Воздух между ними нагрелся. Её дыхание стало короче, его — тише. Ещё немного — и ладонь сама пошла бы ему в лицо.
— Хватит, — сказал Виктор.
Голоса он не повысил, но шагнул прямо к ним и остановился чуть сбоку.
— У нас и без того хватает желающих перерезать нам глотки, — добавил он с лёгкой, кривоватой усмешкой. — Не обязательно помогать им изнутри.
Николас скрестил руки на груди и закатил глаза.
Лисандр медленно повернул голову к ним.
— Тогда начните с полезного. Помолчите оба.
Он отпустил запястье Вейры.
— А ты, — бросил он, не сводя с неё глаз, — лучше бы была благодарна этим двоим за то, что они не выдали тебя сразу.
Вейра быстро натянула перчатку.
— Я не просила—
— Мне всё равно, о чём ты просила, — отрезал Лисандр. — И мне неинтересно, почему они решили промолчать. На это нет времени.
Он кивнул на её руку.
— Этот след либо откроет нам дорогу к Сайлеру, либо прикончит тебя раньше, чем ты снова успеешь оскалиться.
Сердце у Вейры ударило в горло. Она развернулась чуть боком, чтобы видеть его не прямо, а краем глаза.
Лисандр задержал на ней взгляд ещё на секунду.
— Так что в следующий раз, наёмница, если ты—
В дверь нерешительно постучали.
Вейра выдохнула. Лисандр не шевельнулся, только челюсть на миг стала жёстче.
— Открыто, — сказал он.
Дверь приоткрылась. В проёме показался худой подросток в храмовой накидке, слишком большой для его плеч. На шее болталась деревянная подвеска, от неё тянуло копотью и ладаном.
— П-простите, — быстро сказал он. — Меня… послали.
— Башня? — уточнил Лисандр.
— Нижний храм, — мальчишка замотал головой. — От Ласта. И от… той, что выше.
Последние слова он произнёс почти шёпотом.
— Входи, малой, — мягко сказал Виктор.
Курьер шагнул внутрь, прижимая к груди свёрнутый лист. Взгляд скользнул по Лисандру, зацепился за Вейру и тут же ушёл в пол.
— Дева Ветра, — начал он выученной фразой, — согласилась принять вас. Завтра, на рассвете. Боковая лестница к нижнему залу.
Он развернул лист. Бумага была почти пустой: знак Храма и одно слово — «утро».
— Ласт велела передать, — мальчишка сглотнул и крепче вцепился в край листа, — что убежище для вас возможно. Но сначала нужен разговор…
Он поднял глаза прямо на Вейру.
— Для начала ей нужны именно вы, мисс, — добавил мальчик.
Внутри у Вейры всё сжалось. Храм вспыхнул в памяти — белый зал, падающий мальчик, руки Девы, шёпот хора — и сразу погас, оставив под перчаткой жар.
— Мы подумаем, — сказал Лисандр. — Благодарю.
Мальчик быстро кивнул.
— Мне надо вернуться, — пробормотал он. — Если я задержусь…
— Возвращайся, — сказал Николас.
Курьер ещё раз виновато взглянул на Вейру, кивнул и выскользнул в коридор. Несколько секунд ещё стучали торопливые шаги, потом и они утонули в шуме галереи.
— Убежище, — проговорил Виктор. — Звучит щедро.
— Слишком щедро, — сказал Лисандр. — За такие подарки потом берут дороже входа. Но доступ нам всё равно нужен.