Чтение онлайн

Она не уверена, что со мной делать. Я подаю противоречивые сигналы, держа пистолет в руке с патроном в патроннике, но снятым с предохранителя. Я могу выстрелить в нее. А могу и не выстрелить. Кто может сказать? Уж точно не я. Я еще не решил.

Она сворачивает на крошечную боковую улочку, ведущую от Хейвенхерста, и сворачивает на крутую подъездную дорожку. Наверху она расширяется и превращается в круглую площадку перед двухэтажным особняком с гаражом на три машины. Одна машина, симпатичный, но не слишком симпатичный внедорожник "Фольксваген", стоит в стороне. Летиция останавливает "хонду" позади него и паркуется.

— Этот мистер Чу настоящий человек из народа. Такой приземленный и скромный. Сколько в этом доме спален? Пять? Шесть? — Не поймите меня неправильно, я ничего не имею против денег. Я их обожаю. Я краду его при каждом удобном случае.

Но я не поклонник богатых. Я не знаю, ирония ли это, наглость или моя собственная блажь Злого молодого человека, которая позволяет мне игнорировать тот факт, что я принадлежу к такой же привилегированной, богатой элите, как и этот парень, но с тех пор, как я узнал, я унаследовал больше денег, чем мог сосчитать, но мне труднее лгать самому себе.

Деньги, как и магия, это власть. И, как с любой властью, с ними можно делать что-то крутое, а можно размахивать ими перед носом у всех, как пьяный член студенческого братства. Я не знаю этого члена городского совета Чу, но он мне уже не нравится.

— Он один из нас — говорит она, как будто это все объясняет. К сожалению, это в значительной степени так и есть. При таком количестве магов все зависит от силы, представления, влияния. Любой стоящий человек не стал бы жить в нескольких мотелях по всему городу, как я. Они покупали недвижимость, укрепляли свои позиции, расширяли свою сеть.

И снова этот раздражающий когнитивный диссонанс.

— Кому принадлежит "краутвагон"? — Я киваю в сторону "фольксвагена". Это явно не "фольксваген" Чу. Слишком потрепанный, без блеска. На самом деле этим автомобилем пользуются, вероятно, для поездок на работу.

— Питер Слоун. Он помощник окружного прокурора.

— Что? Никаких судей окружного суда? Сенаторы? Президент? А я-то думал, что это профессиональный цирк — Мы подходим к двери, и она звонит в дверь.

— Тебе не нужен пистолет — говорит она.

— Возможно, и нет, но у меня от этого возникает теплое, неясное чувство.

Дверь открывается, и появляется молодой человек в синем костюме в тонкую полоску. Блондин, лет двадцати пяти, с улыбкой, которая всегда присутствует на лице политика. Он отходит в сторону, приглашая нас войти.

— Мистер Картер — говорит он — Приятно наконец-то с вами познакомиться. Я Питер — Он протягивает руку для рукопожатия и тут замечает в моей руке пистолет — Ой. Я понимаю. Я полагаю, у вас должны быть какие-то вопросы.

— Можно и так сказать — Может, он и адепт, но все в нем говорит о том, что он идиот. Кем бы он ни был в этом составе, он незаменимый помощник. Вы почти чувствуете запах его красной рубашки.

— Надеюсь, мы сможем дать вам удовлетворительные ответы.

— Ради вашего же блага, я тоже на это надеюсь — Он усиливает улыбку на пару тысяч ватт, но я на это не куплюсь. Если Летиция и Чу маги, я уверен, что Питер тоже. Привилегии, деньги и власть придают людям уверенность, которой они не заслуживают. Мне ли не знать.

Я не знаю, насколько он силен или в чем его талант, но я достаточно зол, чтобы не обращать на это внимания. Если мне придется выбить все дерьмо из Чу и этих двоих, я это сделаю и не буду оглядываться назад.

Я следую за Летицией и Питером в похожее на пещеру фойе, а затем в гостиную, которая выглядит как старинный викторианский клуб для джентльменов. С одной стороны бар, вокруг кофейного столика несколько толстых, обитых кожей кресел.

Дэвид Чу встает с одного из кресел. Высокий, азиат, в свитере от мистера Роджерса, с внешностью кинозвезды, которая, как я полагаю, призвана передать честность и юношескую энергию. Лично мне это напоминает о глубоководных рыбах, у которых сплошные зубы и сверкающая приманка, привлекающая других рыб на съедение.

— Мистер Картер — говорит он — Я так рад, что вы смогли приехать. Надеюсь, ваша поездка прошла без происшествий — Он не пытается пожать мне руку, увидев пистолет, и относится к этому спокойно.

— Стрельба, магия, несколько человек погибло. Вы знаете, как это делается.

— К сожалению, я знаю — говорит он — Я был в центре города во время беспорядков, помогая защищать предприятия от мародерства — Он приподнимает футболку под свитером, и я вижу пару сморщенных шрамов, похожих на следы от пуль, хирургический шрам до пупка и еще один, похожий на сильный ожог — Я потерял около фута толстого кишечника и почку — говорит он — Некоторые из наших людей воспользовались хаосом, чтобы попытаться проникнуть в дома, лаборатории и тайники других магов. Было много сражений. И много смертей.

— Я помню — говорю я. Беспорядки были ужасны для всех, и, конечно же, все маги решили, что это идеальное время, чтобы отомстить за старые обиды, захватить территорию, устранить соперников — Всякое случается.

— Действительно, случается. Присаживайтесь. Могу я предложить тебе что-нибудь выпить?

— Нет, я в порядке.

Я показываю пистолетом, и Летиция с Питером понимают намек и садятся в другие кожаные кресла. Я остаюсь стоять.

— Тиш? Питер?

— Я бы не отказался от чая со льдом — говорит Питер, как будто для него это обычное дело видеть, как подозреваемый в поджоге размахивает пистолетом.

— Мне ничего — говорит Летиция — спасибо — Ее голос дрожит, но я не думаю, что это от страха. По крайней мере, не от страха передо мной. Один из ее "коллег"?

— Он убил Аттилу Вертера — говорит она.

Чу приподнимает бровь.

— В самом деле? Вот это уже настоящий подвиг.

Я отмахиваюсь.

— Он не умер. Просто он там, где не хочет быть. Он умный мальчик, он найдет выход, прежде чем его съедят.

— Твое милосердие не знает границ — говорит Чу. Два бокала вкатываются в комнату, зависая примерно на высоте талии. Они опускаются на журнальный столик, подставки выдвигаются из стопки, чтобы их подхватить. Это показуха. Это мелочь, но у меня такое чувство, что Чу из тех парней, которые используют рукопожатие для утверждения своего превосходства или что-то в этом роде.

Он показал мне свой, и было бы просто вежливо, если бы я сделал то же самое. Но я подавляю желание проскользнуть на другую сторону и выскочить ему за спину со своей опасной бритвой.

— Я заметил, что у вас, кажется, не так уж много защитных устройств, защищающих это место — говорю я. Я почувствовал несколько, когда входил в дверь, но ничего впечатляющего. В основном, сигнализация низкого уровня. Ничего такого, что могло бы поджарить мозг злоумышленника, скажем, или расплавить его глазные яблоки в глазницах.