Чтение онлайн

Он обвёл взглядом зал.

– Многие из вас сидят здесь только потому, что вовремя получили от него предупреждение. Лиза. Давид. Пак. Вы знаете, о чём я говорю.

Никто не возразил. Давид отвёл взгляд. Пак чуть наклонил голову, соглашаясь.

Надя шагнула вперёд. Стояла она за барной стойкой, полотенце перекинуто через плечо, фартук в пятнах от десерта.

– Я не воин, – сказала она тихо. – Я не стратег и не учёный. Но я знаю Сергея Сергеевича больше года. Он не стал бы предлагать что-то, что навредит людям. Просто не стал бы. Это не в его характере.

Фёдор хмыкнул, но промолчал. Надя посмотрела на него – прямо, без робости, с той спокойной уверенностью, которая появилась у неё после пятого уровня менталистики.

– Ваше право – не верить, – продолжила она. – Но тогда подумайте, почему вы здесь. Почему пришли на этот ужин. Почему ели его еду и слушали его слова. Потому что вы ему доверяете. Иначе вас бы тут не было.

Тишина. Надя отступила обратно за стойку, как будто ничего не произошло.

Следующей встала Лиза. Она делала это редко – предпочитала говорить сидя, вполголоса, заставляя людей наклоняться к ней. Но сейчас поднялась, и в зале это заметили.

– На седьмой год от выброса в Питере погибло полмиллиона. На девятый, от выброса под Марселем – миллион и сто тысяч. На одиннадцатый – и это одно из последних моих четких воспоминаний, когда разорвался шторм в пригороде Осаки, несмотря ни на какие эвакуации, погибло больше трех миллионов, – она помолчала. – Если есть хоть один шанс, что план Сергея предотвратит это – я готова рискнуть.

Грачёв сидел молча. Лицо непроницаемое, руки сложены перед собой. Он не вмешивался – мудро. Его присутствие здесь и так говорило достаточно.

Зал разделился. Одна половина – те, кто смотрел на меня с интересом, с осторожным доверием, с готовностью хотя бы выслушать до конца. Другая – те, у кого в глазах застыл скепсис, густой и непрозрачный, как мутный бульон.

– Допустим, – заговорил мужчина за дальним столом. Тихий, худощавый, с залысинами и внимательными глазами за тонкими очками. Юрий, русский, шестой уровень, некромант. Один из немногих некромантов, которые использовали свою школу для чего-то кроме войны. Мы с ним обменивались методиками ферментации через Олега. – Допустим, теория верна. Допустим, фон выровняется. Но ты же понимаешь, что мы – не единственные маги в мире? Китай, Америка, Индия – у каждой страны свои маги, свои интересы. Даже если мы перестанем закрывать штормы, остальные продолжат. И наш вклад в «выравнивание» окажется каплей в море.

– Это правда, – кивнул я. – Поэтому план не ограничивается Россией. Я прошу каждого из вас донести эту информацию до ваших контактов. До организаций, с которыми вы работаете. До правительств, с которыми сотрудничаете.

– Ты хочешь, чтобы мы убедили весь мир не закрывать штормы, – Ирэн покачала головой. – На основании слов одного повара из Москвы.

– На основании теории, подкреплённой шестью месяцами точных предсказаний, – поправил я. – Каждый из вас может проверить мою репутацию. Я не прошу слепой веры. Я прошу разумного доверия.

– А если мы откажемся? – спросил Фёдор.

– Ваше право. Я не буду держать никого. Но тогда вам придётся жить с последствиями.

Он хмыкнул.

– Угрожаешь?

– Констатирую. Точно так же, как констатировал шесть месяцев назад, что первого июня начнётся Век Крови. И три месяца назад – что аномалия в Бирюлёво уничтожит всё в радиусе километра. И два месяца назад – что выплеск в Химках произойдёт в четыре утра, а не в шесть, как считали ваши аналитики.

Фёдор замолчал. Крыть было нечем.

Следующие полчаса я отвечал на вопросы. Десятки. Одни – конкретные, деловые: как именно проводить ритуал привязки, сколько крови нужно, как долго длится процедура. Другие – скептические, провокационные: а что если ядро нельзя нейтрализовать, а что если привязка не сработает, а что если всё это – ловушка.

Я отвечал. Терпеливо, методично, как объяснял бы стажёру разницу между фламбированием и обычным поджиганием. Не потому что мне нравилось повторять одно и то же, а потому что от этих людей зависело, сработает план или нет.

В какой-то момент поднялся Арсений – тихий, незаметный мужчина лет тридцати пяти, пятого уровня, элементалист земли. Я знал его плохо – он пришёл через Грачёва, работал в одной из правительственных групп реагирования.

– Я услышал, – сказал он. – Спасибо за ужин. Но я не готов подписываться под планом, который основан на теории, которую невозможно проверить, и который ставит под удар обычных людей через этот ваш ритуал привязки. Извините.

Он направился к выходу. За ним – ещё двое, которых я знал только в лицо. Потом Фёдор, не сказав ни слова, только кивнув мне – без злобы, скорее с «ну, как хочешь». За ним – ещё трое.

Потом – группа из четырёх человек за третьим столом, которые переговаривались между собой на немецком и, видимо, пришли к общему выводу. Один из них, высокий блондин по имени Хайнц, остановился у двери и повернулся.

– Мы не против тебя, Шеф, – сказал он по-русски, с акцентом, но внятно. – Мы просто не уверены. Когда будут результаты – поговорим снова.

– Справедливо, – ответил я.

Они ушли.

Ещё несколько. По одному, по двое. Кто-то уходил молча, кто-то жал руку на прощание, кто-то обещал «подумать», что в данном контексте означало «нет».

Итого: из тридцати девяти гостей ушли семнадцать. Больше, чем я надеялся. Меньше, чем боялся.

Оставшиеся двадцать два смотрели на меня. Я пересчитал в голове. Моя команда – Витька, Олег, Надя, Лиза – четверо, которым объяснять ничего не нужно. Грачёв – стоял особняком, он не маг и не боец, но за ним – ресурсы государства, а это стоило десятков магов. Пак и Чон – молчали, но не ушли, а у корейцев молчание после предложения означает согласие. Давид – остался, хотя по лицу видно было, что внутри он всё ещё спорит сам с собой. Юрий – кивнул мне, коротко, по-деловому. Ирэн – тоже осталась, хотя сидела со скрещенными руками и поджатыми губами. Линь с самого начала так и не произнесла ни слова, но я видел, как они переглядываются с Лизой. С учетом их дружбы, длившейся еще с прошлого-будущего, скорее всего китаянка останется за нас.

Остальные – десяток человек, которых я знал в разной степени. Кто-то верил мне. Кто-то – не до конца, но решил дать шанс.

– Спасибо, – сказал я. Просто и без пафоса. – Тем, кто остался, – спасибо. Тем, кто ушёл – я их понимаю и не виню.

– Давай к делу, – сказал Давид. – Что конкретно мы делаем? Хотя нет, это очевидно. Кого привязывать предлагаешь?

– Добровольцев, – вздохнул я. – Не обязательно магов. Главное – люди, которым можно доверять и которых можно защитить. Контролировать Отбор – под ответственность каждого из вас для вашей зоны влияния. Но я прошу отнестись к этому максимально серьёзно. Напоминаю еще раз на всякий случай: ритуал привязки позволяет в некоторой степени контролировать пространство внутри шторма. Но для этого нужно находиться внутри, а значит местоположение привязанного будет заранее известно. Так что вам придется решать, что выгоднее: спрятать привязанного где-то в схроне в сотнях километров от шторма, либо оставить его внутри, позволив защищать себя самому с помощью самого шторма.