Чтение онлайн

И, наконец, когда мы прошли через ряды зеленых насаждений и добрались до леса, страх отпустил. Разом. Как выключили.

Я стоял, тяжело дыша. Судорога отпускала тело. Мышцы расслаблялись, сердце замедлялось, руки переставали трястись. Рядом Надя – согнулась пополам, в итоге все-таки стошнив желчью. Уперлась ладонями в колени, дышала ртом, часто, шумно.

Я достал из рюкзака несколько гвоздей с бумажками. Бросил вперед – упал нормально. Вправо – нормально. Влево – нормально. Раскидал в разные стороны еще с десяток, на всякий случай, чтобы убедиться, что мы не сбились с курса и не вышли обратно в четвертый периметр. Но нет, все было в порядке.

Центральная зона. Дошли.

###

Орб висел в центре поляны, мерно светясь алым. До его выброса даже с ускорением было еще несколько дней.

Я скинул рюкзак, развязал горловину. Металлолом, уже превратившийся в труху, посыпался на сферу из пакета. Рыжая пыль ложилась на алую поверхность и впитывалась, пропадала без следа.

Надя подошла, высыпала свой пакет. У меня с собой было три, банально потому что металлолом весил все-таки немало для девушки. Крошка таяла на поверхности Орба.

– Подставляй ладони, – сказал я.

Надя протянула руки, сложила лодочкой. Орб, впитав в общем счете два с половиной пакета, дрогнул, просел – и упал ей в ладони. Она охнула от неожиданности, но удержала.

Я отцепил от рюкзака пятилитровую бутыльс широким горлышком. Подставил. Надя аккуратно опустила Орб внутрь – он почти идеально проскользнул в горлышко, стукнул о дно. Алый свет заполнил пластик изнутри, стенки окрасились розовым.

Поставил бутыль на землю и сел рядом.

Через минуту на поверхности Орба выступила первая капля. Густая, темно-алая, тяжелая – скатилась по сфере, стекла на дно и растеклась тонкой пленкой. Эссенция.

Вторая капля. Третья. Медленно, лениво, с паузами в несколько секунд.

Я смотрел на бутыль минут пять. Темп не менялся. Капля за каплей, ровно, без ускорения. Похоже, тут процесс остался прежним – ускорение Века Крови не тронуло физику Орбов.

– У нас есть три часа, – сказал я. – Может, четыре. Пока наполнится.

Надя села рядом, обхватив колени.

– И что мы будем делать?

– Тренироваться. Вернее, будешь учиться, как тренироваться.

Она немного недоуменно подняла бровь.

В книгах не было описания метода тренировок единственного Абсолюта-Ментата планеты – Француза Поля Сартра (это вроде как был псевдоним). Однако я знал о методе, что использовала Ирина Даргалова – сильнейший ментат в России, остановившаяся в шаге от Абсолюта, на пике уровня Сущности.

Суть его была в следующем. Нужно было сделать два надреза на обеих ладонях. На одной руке активировать магию разума. На другой – оставлить кровь чистой, без маны. Потом сложить ладони, чтобы кровь смешалась и мана просочилась из одной руки в другую. После этого ненадолго, но магия по свойствам Сигиллии начнет водействовать на самого мага.

Дальше нужно было синхронно выполнять два противоположных действий. С одной стороны стараться как можно больше усилить воздействие, но с другой нужно было научиться отсекать его от своего разума максимально быстро и резко.

При определенной схеме протекания маны внутри тела это формировало нечто наподобие вихря энергии, который значительно ускорял освоение магии, а само по себе выполнение двух противоположных действий одновременно было идеальной тренировкой контроля.

Объяснив ей общий принцип, а также, как помнил и понимал, описав необходимую траекторию маны в теле, я оставил ее с этим знанием, а сам закрыл глаза и ушел в себя. Пока что она не сможет ничего применить на практике, но достаточно будет того, что она будет думать про это и запомнит принцип.

А меня ждал резонанс. Направил поток в левую ладонь, надрезал кожу – неглубоко, ровно столько, чтобы выступила капля. Пламя вспыхнуло над пальцами, горячее, яркое, продержалось секунду и погасло. Переключился. Сигиллия. Второй поток маны, капля крови на правой руке, сигилл – «твердость», простая геометрия из двух пересекающихся линий. Загорелся, погас.

По очереди. Огонь – сигилл – огонь – сигилл, не торопясь и с как можно более долгим и большим перекрытием пиков, чтобы экономить энергию и кровь.

Но через час я все равно открыл глаза и понял, что сдаю.

Руки тряслись. Не от холода – от пустоты. Тело выработало ресурс, мана текла тонким ручейком, резонанс давался с натугой. На чистом упрямстве долго не протянешь.

Посмотрел на бутыль. Эссенции набралось меньше трети – темно-алая жидкость покрывала дно, густая, маслянистая. Орб продолжал сочиться.

Это был яд для обычного мага. Но я уже пробовал, и тогда выдержал. А роскоши просто сидеть и ждать у меня уже не было.

Открутил крышку, наклонил бутыль, перелил немного эссенции на ладонь. Тяжелая, теплая, с медным блеском. Поднес к губам.

– Сергей? – Надя. – Ты что делаешь?

– Пью.

Глоток.

Эссенция скользнула по горлу. Тепло разлилось по пищеводу, мягкое, обволакивающее. Глоток горячего бульона в мороз. Секунда. Две.

Потом внутренности взорвались.

Кишечник, печень – всё горело. Я согнулся пополам, уперся руками в землю. Пальцы вцепились в траву, выдрали комья земли. Дыхание – частое, поверхностное, рваное. Пот хлынул разом – пропитал футболку, воротник, волосы. Голова кружилась, перед глазами плыли круги – красные, желтые, белые.

Мана бурлила. Переполняла тело, давила, искала выход. Каждый капилляр вибрировал, каждый нерв звенел.

Я постарался успокоиться и хотя бы немного направить процесс.

Послал излишки в руки, в порезы на ладонях. Резонанс – огонь. Пламя вспыхнуло – ярче, злее, чем раньше. Погасло. Сигилл – на земле перед коленями, «разрыв», острые линии. Вспыхнул белым, погас. Снова огонь. Снова сигилл. Мана выплескивалась с каждой активацией, и боль отступала – не уходила, но переставала рвать.

Огонь. Сигилл. Огонь. Сигилл. Трава вокруг дымилась, земля почернела от выгоревших знаков.

Минут через двадцать выпрямился.

Мокрый. С ног до головы – пот, кровь, грязь. Руки тряслись, но мелко, терпимо. Голова болела тупо, ровно, без пульсации. Мана улеглась – ровный поток, без рывков.

Отходняк явно был мягче, чем в прошлый раз. Не идеально, но достаточно, чтобы продолжить тренировку.

Вытер лицо рукавом. Поднял глаза – Надя сидела в трех метрах и смотрела так, будто увидела, как человек воскрес.