Шериф Мертвого города
Шрифт:
— Дэвид!
Он вышел из дома Маринетт, держа в одной руке свою драгоценную шляпу, а в другой руке кепку Мэдисон. Внутри ничего не изменилось, даже разбитое стекло осталось на полу. Только хозяйка бесследно исчезла вместе с их оружием. И загадочным артефактом в форме глиняного ребенка. Шериф хотел было пошутить над этой ситуацией, но заметил испуг в глазах своей спутницы и спросил:
— Что случилось?
— Я видела что-то большое в воде!
Она показала пальцем, развернула голову, но в том месте уже никого не было. Шериф нахлобучил шляпу и пожал плечами:
— Обычное дело. В таких болотах живут огромные водяные змеи. А вот блуждающие огоньки в таком количестве я еще не встречал.
Когда они плыли обратно к машине, его лицо подсвечивалось снизу зеленым светом и выглядело особенно жутким. Тина прилипла и повисла на веслах. Мэдди сидела напротив в своей кепочке, обхватив колени дрожащими руками. Она боялась, что в любой момент из воды выскачет раскрытая пасть аллигатора.
Один особенно дружелюбный огонек подлетел близко к их лодке и устремился к Шерифу. Тот перестал грести и спокойно подкурил от него сигарету. Бедный огонек тут же схлопнулся. Никакие это не призраки, а всего лишь подожжённые пузырьки болотного газа.
Он заметил разочарование в глазах напротив.
— А ты что думала? Мертвые души?
— Давайте не будем останавливаться в середине болота с чёртовыми рептилиями.
Шериф улыбнулся, сжимая сигарету в зубах, и снова взял в руки вёсла…
Они вернулись в город уже поздно ночью. Фары осветили табличку «Добро пожаловать в Хайдвилд». Надпись ниже «Население 9000 человек» была перечеркнута красным баллончиком.
Хайд почувствовал неладное и сбросил скорость, выискивая движущиеся фигуры на улице.
Проезжая мимо казино, двери и окна которого когда-то собственноручно заколотил досками, он увидел, что сегодня доски сняли. Кто посмел?
Из заведения вывалилось трое накаченных мексиканцев в окровавленных рубашках. В этом районе города было совсем мало фонарей, но вывеска казино горела всеми цветами радуги. Поэтому Шериф разглядел их: Эрнесто, Диего и Хулио Кортез. Ублюдки были навеселе. Должно быть выпили всю кровь из какого-то пьяницы, разделив его на троих.
Братья Кортез заметили вдалеке пикап с флагом конфедератов по бокам.
— Оу, Бетси детка, подвези нас в центр!
В салоне было темно, и мексиканцы еще не видели кто за рулем, а если бы увидели, то моментально бы убежали в лес. Но они покачиваясь шагали в сторону автомобиля.
— Только не в мою смену, суки…
— Мы попались! — воскликнула Мэдди шепотом.
— Не говори глупостей. Это они попались мне, наконец-то.
Глаза Шерифа блестели в темноте от перевозбуждения. Он приложил указательный палец к губам, нажал кнопку и открыл окно с пассажирской стороны. Мэдди старалась кричать и шептать одновременно:
— Сумасшедший, что ты делаешь? Газуй!
— Заткнись.
Он закрыл ей рот своей большой ладонью. Быстро расстегнул ремни у себя и у пассажирки, внимательно следя за приближающимися фигурами. Затем наклонился и прошептал ей прямо в лицо:
— Прижмись ко мне. Они примут нас за любовников, которые приехали сюда, чтобы заняться сама знаешь чем. И сиди тихо. Не дергайся.
Шериф обнял её, притянул к себе. Он помнил: в её носке лежал заряженный револьвер. В левом или в правом?
— Я собираюсь тебя поцеловать. И ты целуй меня, чтобы все выглядело естественно.
Трое веселых лугару медленно приближались и до машины доносилось пение по-испански.
— Господи, да они же пьяны, — прошептала Мэдисон. — Надеюсь, что они тебя не узнают. Быстро, целуй меня.
Она прижалась губами к его губам, и они, казалось, слились в одно целое, чересчур увлекшись друг другом. Шериф положил одну руку на ее голое бедро и сжал его от нетерпения. Мэдди заставила себя замереть и молчать, но из груди предательски вырвался протяжный стон. Прямо в его губы со вкусом табака.
Братья Диего, Хулио и Эрнесто заметили, что в застывшем темном пикапе сидят люди. Чуть позже стало ясно, что это парочка, слившаяся в страстном поцелуе. Конечно же, все расхохотались. Один из них отпустил сальную шутку по-испански, двое издали непристойные звуки. Диего присвистнул и сказал:
— Бетси, я вижу ты уже нашла себе развлечение на эту короткую ночь! Не хочешь с нами поделиться?
Шериф крепко прижимал Мэдди к себе. Со стороны создавалось впечатление, что они слишком заняты друг другом и не замечают ничего вокруг. От кровопийц их отделяли какие-то жалкие ярды.
— Обними меня за шею и подними правую ногу, — прошептал Дэвид, не отрываясь от губ девушки, когда тройка ублюдков уже поравнялась с ними.
Мэдисон чувствовала сильное возбуждение и уже была готова сделать всё что он прикажет. Её напугал внезапный голос в голове:
«Быстрее, убей их всех и давай займемся этим прямо в машине!»
Дэвид улыбнулся ей в губы, как будто прочитал эти мысли. Рука опустилась с бедра на колено, затем скользнула вниз по голени. Он ловким движением достает револьвер из ковбойского сапога и, когда мексиканцы подходят к пикапу, чтобы спросить, что здесь делает Бетси Хайд с черноволосым любовником, последний высовывает ствол из окна и говорит:
— Увидимся в аду, Пендехо (мекс.) — тупой, глупец, лобковый волос)!
И все еще улыбаясь, стреляет в них три раза: по одной пуле на каждую глупую головёшку.
В ночной темноте из револьвера и правда вырывается ослепительный свет. То, что братья увидели перед смертью, было подобно свету в конце тоннеля. Последним к праотцам последовал Хулио. За секунду до, на его лице замер немой вопрос, полностью соответствующий его имени.
Шериф взглянул на Мэдисон и резко отпрянул от нее. От прежней страсти не осталось и следа.
— Нам повезло, что все в мире любят влюбленных, — усмехнулся Дэвид. — А теперь пора довести дело до конца. Вылезай.
Девушка чувствовала себя крайне неловко. Волосы растрепались, губы покраснели. Она тяжело вздохнула и без единого слова принялась за дело: нужно оттащить трупы от машины в сторону казино, положить их недалеко от входа как подарок для их сородичей.
— Ты берешь его за ноги, — распорядился Шериф. — А я возьму под плечи.
Весело пожили Тройняшки Кортез. Родились вместе и сдохли одновременно, и это уже во второй раз.