Чтение онлайн

Но больше они точно не вернутся — Шериф приказал Мэдди принести из пикапа канистру с бензином и хорошенько облить их тела. Потом достал свою серебряную зажигалку с вензелем ДХ, нажал большим пальцем на колесико и бросил её прямо к телам. Пламя быстро поднималось.

На его фоне Шериф крикнул на всю улицу, раскинув руки в стороны как проповедник:

— Я хочу, чтобы каждая тварь в этом городе увидела, что её будет ждать в будущем!

Затем он открыл перед Мэдисон дверцу как настоящий джентльмен, обошел машину и сел за руль, все еще улыбаясь. Развернул автомобиль и поехал в центр Хайдвилда, оставляя за собой только шлейф из пыли и огромный костер. Вскоре пройдет тропический дождь и оставит на этом месте только обугленные останки.

Когда Шериф запер тяжелую дверь участка изнутри, Мэдисон спросила с нескрываемым любопытством:

— Ну и где мы теперь будем спать? В этой казарме ничего нет для комфортной жизни.

— Мэм, можете вообще забыть нахрен выражение «комфортная жизнь». Оно больше вам не понадобится. А вообще, для будущего археолога ты слишком изнеженна.

— Последний раз прошу называть меня Мэдди, а не мэм.

Шериф проигнорировал ее последнюю реплику. Он показал пальцем на её место:

— Ты будешь спать на диване, а я в морге. Вот и решили проблему.

— Чего?

— Ты хочешь наоборот?

Девушка послушно прошла и легла на диван, прямо в обуви. На стене рядом с диваном висел календарь. Мэдди посветила фонариком на обведенную красным маркером дату — Летнее Солнцестояние.

«Завтра будет самый длинный день в году» — подумала она. — «Что же он нам готовит?»

— Уже шесть утра, надо срочно выезжать. Ты же понимаешь, до округа Вермилион долгая дорога.

Мэдди проснулась от громкого баритона над своим ухом. Обнаружила себя развалившейся на диване, заботливо укрытая пледом. Находясь на границе сна и реальности, она могла только невнятно бормотать:

— Опять дорога…

Она приоткрыла один глаз. Шериф Хайд стоял совсем рядом, свежий как черный кофе, чашку с которым он ей протягивал, обнажая свои сильные руки. Он сегодня в летней униформе с коротким рукавом, и впервые надел портативную рацию. Наверное, чтобы выглядеть как стандартный сельский коп. И знать о всех преступлениях в радиусе десяти километров.

Радиоприемник находится на ремне, прикрепленный к петле на поясе. Тангента для упрощения переговоров была закреплена на его левом плече, к ней вел черный закрученный провод, как у старых телефонов. Мэдди загляделась на эту странную конструкцию.

— Вы что, совсем не умеете отдыхать?

— Бессмысленный процесс. Я тут навёл справки пока ты спала. Маринетт раньше встречалась с каджуном Реджинальдом Бордо, известный больше по кличке Реджи Покрышка, потому что он долгое время работал в автомастерской. После того как отсидел своё в тюрьме.

— Не ожидала что такая элегантная женщина будет встречаться с Покрышкой.

— Он наша единственная зацепка на данный момент. Недавно заделался неоязычником, их община находится неподалеку от болота нашей исчезнувшей. Сегодня они устраивают праздник в честь дня Летнего Солнцестояния. Как тебе такое совпадение?

Мэдди приоткрыла рот, чтобы сказать, что она в совпадения больше не верит, но передумала. Ей вообще было стыдно смотреть в его чёрные глаза после вчерашнего, не то что говорить. Взгляд то и дело опускался с глаз на губы.

«Кто сказал, что знания — это сила? Наоборот, неведение — это блаженство. Хотела бы я не знать, что он чертовски хорошо умеет целоваться.»

Шериф потрепал её по плечу, приводя в чувство. После чего строго сообщил, что даёт ей всего три минуты на душ, как это делают в армии.

— Мэм, вам хватит три минуты на сборы?

— А у меня есть выбор?

— Нет.

— Ну, тогда я буду готова через три минуты.

Девушка сонно кивнула, зевнула и принялась собираться. Когда она быстро ополоснулась и вышла из душевой кабинки, на табуретке уже ожидала униформа цвета хаки, аккуратно сложенная как рождественский подарок. Ничего лишнего, просто брюки и рубашка с коротким рукавом, но как вишенка на торте лежали очки-авиаторы. Девушка оделась и вышла в летнюю жару с мокрой головой.

В машине коп приказал ей открыть бардачок и изучить все материалы с особой скрупулёзностью. Там лежало несколько фото и личное дело Реджинальда Бордо.

Это был рыжий тридцатилетний парень с розовой обгоревшей кожей и веснушками повсюду. На фотографии с табличкой, сделанной при аресте, Реджи украшала кривозубая улыбка.

Он носил стрижку маллет и имел дурную привычку ходить летом без футболки. Вероятно думал, что демонстрирует тем самым протест против общества, ведь на его теле множество тюремных татуировок с изображением солярных символов и всякими гордыми птицами.

На его счету было убийство по неосторожности, отягощённое преступлением на почве ненависти и угон автомобиля.

Через четыре часа утомительной езды, Дэвид и Мэдисон оказались на месте. На въезде в общину Ноденс их встретил обширный трейлерный парк и расположенный рядом с ним палаточный лагерь, вдалеке на горизонте виднелись белые домишки из фанеры. В одном из этих домов с тонкими стенами проживало семейство Бордо.

Потомки аристократов, опустившиеся до уровня маргиналов и уголовников. Такие семьи были тут среднестатистическими.

Шериф постучался в хлипкую дверь со стеклянным окошком, закрытым занавеской в цветочек. Дверь скрипнула, она была не заперта. Полицейский вошел, громко заявляя о своем присутствии:

— Здесь кто-нибудь есть?

Дэвид и Мэдди вошли в темную комнатушку, называемую прихожей. К ним вышел старик Бордо со своей женой, которую он поддерживал под локоть, как настоящий джентльмен. Он вежливо поприветствовал вошедших.

— Мистер и миссис Бордо, верно? — старики синхронно кивнули — Мы бы хотели пообщаться с вашим старшим сыном.

Отец и матушка Реджинальда выглядели так, что краше в гроб кладут. Два скелета, обтянутые кожей. Впавшие щёки, загорелая морщинистая кожа и абсолютно белые волосы добавляли особого шарма. Им уже было по семьдесят с чем-то лет. Половину от этого возраста парочка дружно ширялась героином, так что неудивительно что они так плохо сохранились.

Пожилая леди стояла с таким пустым полудетским взглядом, какой бывает у людей с запущенной деменцией. Наверно поэтому на все вопросы полицейского отвечал муж, поддерживая жену под локоть, пока та молча косилась на него.