Чтение онлайн

тельница приключений, прихорашивалась перед малень¬

ким зеркальцем, висящим на оконной ручке.

— А где твой поклонник, Танечка, Иван Матвее¬

вич? — спросила она, скрывая под детской наивностью

лукавство. — Почему он перестал дежурить у наших две¬

рей? Без него как-то пусто в коридоре стало.

Таня выдвинула из-под кровати чемодан и, присев

возле него, выбирала блузку.

— Не знаю, — ответила она, сдержанно улыбаясь.

— Как так! А говорила... — Маруся повернулась и

протянула, хитро прищурясь: — Ох, и скрытная ты!.. Но

от меня ничего не скроешь — я людей насквозь вижу.

А тебя в особенности: ты ведь теперь не ходишь, а на

крыльях летаешь... Ну и правильно! Зачем он тебе ну¬

жен, Иван Матвеевич! — Она понимающе подмигнула.—

А парень этот, наверно, ласковый, добрый... Как его

зовут?

— Антон.

— Смотри, держи его крепче, а то отобью!

Маруся подбоченилась, горделиво вскинула подборо¬

док. Стук в дверь заставил ее встрепенуться, она испу¬

ганно округлила глаза, всполошенно зашептала:

— Это ко мне, Танечка, родненькая, скажи, что я

давно ушла: не хочу я его видеть... — И птицей выпорх¬

нула в окно, прошуршала ветвями — только ее и видели.

На повторившийся стук вышла Таня, скромно сказа¬

ла человеку в темных роговых очках, что Маруси нет,

заперла комнату, положила ключ в сумочку и прошла

через вестибюль на лестницу.

Небо было бледное, солнце как будто увязло в белой

мгле, лучи его гасли, не достигая земли, и от этого море

было матовое, без блеска. Оно дремотно шелестело, не¬

утомимо расстилая по песку кружева пены, источало вла¬

гу, охлаждая насыщенный зноем воздух. Высокие горы,

аккуратно расставленные по горизонту, напоминали ка¬

кие-то огромные стеклянные сосуды, до краев налитые

фиолетовыми чернилами, — они таинственно и притяга¬

тельно светились.

Таня ощущала приятную истому, невесомость, и ей

Казалось, что она растворяется в этом густом пряном воз¬

духе.

Антон ждал ее в дальнем конце аллеи, над обрывом.

Он стоял возле деревянной скамейки в белых брюках и

голубой шелковой безрукавке; загорелое лицо его, теряя

юношескую округлость, становилось более твердым, ре¬

шительным, на нем выделялась полоска зубов, а глаза,

как бы вобравшие в себя цвет южного неба и морской

воды, были сине-зелеными.

— Получил от Володи письмо, — обрадованно сооб¬

щил он, усаживая ее на скамейку. — Послушай, что он

пишет:

— «Антон, дружище, здравствуй на тысячу лет! Полу¬

чил твою телеграмму и спешу обнять тебя от всей души.

Небось, паришь сейчас на крыльях. Таню береги, не оби¬

жай, — другой такой тебе не сыскать в целом свете...»

Антон покосился на Таню и усмехнулся, довольный:

— Как расписывает, подлец! Как поэт, честное сло¬

во!..

Таня слегка зарумянилась, попросила, польщенная:

— Читай дальше...

— «Всем ты теперь одарен — и силой, и здоровьем, и

правильным комсомольским чутьем, и любовью, и буду¬

щим. Набирайся побольше энергии. У нас все идет по-

старому, многие разъехались отдыхать, между прочим, и

наш друг комсомольский, старик Полутенин, тоже ука-

ягил в ваши края, греться на солнышке. А меня Алексей

,;Кузьмич не пускает... В цеху теперь жара, покрепче ва-

гшего юга. Вместо тебя на молоте командует Илья Сара¬

фанов, а Гришоня попрежнему пристает к нему со свои¬

ми загадками. Видеть их вместе — это забава, комедия

чистейшей воды. Кланяйся Тане Олениной — представ¬

ляю ее вид, когда ты, словно с горы, скатился к ее но¬

гам... Ну, пока, дружище! Да, главное-то, ради чего пи¬

шу, и забыл: думай, Антошка, готовься — вернешься, бу;-

дем рекомендовать тебя в партию...»

— Хорошо,—промолвила Таня задумчиво, когда Ан¬

тон кончил читать и вчетверо сложил исписанный ли¬

сток. — Хороший он, Володька, всегда в нем бьется ка¬

кая-нибудь беспокойная мысль, всегда что-то изобретает.

Побольше бы таких, легче бы жить стало, — поймут, по¬

сочувствуют, помогут... Жалко, что не все такие...

— Без Володи Безводова я был бы ничто, — согла¬

сился Антон. — Не вмешайся он в мою судьбу, не сидел

бы я сейчас здесь с тобой, честное слово.

— Сидел бы с Люсей, — бросила она колко. Таня ча¬

стенько донимала его такими замечаниями. Антон резко

повернулся, обратил на нее взгляд, в котором она проч¬

ла и обиду и мольбу. Таня доверчиво прислонилась пле-

'Чом к его плечу и сказала виновато: — Ну, не буду, не

буду... — Помолчав, прибавила: — Выходит, ты должен

слушаться во всем своего друга — плохое не посоветует.

Раздвинув кусты, она посмотрела в море: там на краю

его. где оно сливается с небом, вывалился из облака

крупный огненный шар, постоял секунду на черте и мед¬

ленно, как бы подмываемый снизу струями, стал таять,

уменьшаться, и вода, насыщенная его живыми знойными

красками, пламенно засветилась, порозовела. Солнце

скрылось совсем, а на море долго еще расплывались крас¬

ные разводы. А со стороны гор, неуловимые глазу, уже

.стлались над пустынной равниной тени сумерек.

— Пойдем к воде, — предложила Таня.

Спустившись вниз, держась за руки, они побрели

.вдоль воды, тихо, любовно шепчущей что-то. Молчали,

прислушиваясь к всплескам одиноких купающихся, к уча¬

щенным глухим ударам движка, к шопоту влюбленных.

На камне, четко вырисовываясь на фоне потухающего