Чтение онлайн

Мы въехали на холм, миновали сосновую рощу и снова спустились в долину.

– Куда дальше? – уточнил водитель.

– На три камня. Доедем?

– Конечно!

Три камня – это совсем рядом с учебкой. Значит, я догадалась верно.

В том месте на берегу большого озера, которое и называется Остошь, стоят три камня-останца, огромные и выглядящие совершенно фантастично среди светлого соснового леса. Самое красивое место на берегу озера. Одно из моих любимых мест…

Когда мотор остановился, я долго не могла заставит себя покинуть салон. Просто сидела и смотрела через переднее стекло, как по прозрачной воде бегут мелкие волны, и все это просвечивает вечернее медовое солнце.

Ректор даже успел выйти, открыть дверцу с моей стороны, и протянуть мне руку.

Водитель отсалютовал нам, усмехнулся в усы и уехал, а Дакар сказал:

– Здесь недалеко есть источник. Я думаю, не стоит откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня? Ящерка, ты не против?

Сегодня. Не завтра, не через неделю, сегодня.

С того самого момента, как обсидиановый кинжал оказался у меня в руке, я могла думать только о том, когда. Когда я… верней Дакар. Когда он попробует снять проклятье.

А если не получится?

Я даже повторила этот вопрос вслух – так зябко было все время держать его в голове.

– Значит, попробуем еще раз, завтра. На самом деле, просто так, наощупь, снять проклятье с первой попытки удается редко даже опытным мастерам. Но я сделаю, что смогу. Верона, ты мне доверяешь? Хоть немного.

Как же часто в качестве ответа на его вопросы мне хочется пожать плечами.

Доверяю ли я? Безусловно, иначе не отправилась бы с ним в эту поездку. Но доверяю ли я ему слепо и безоговорочно, как раньше доверяла друзьям и родным?

Нет. Так безоглядно я уже давно никому не доверяю. Даже тетушке Примуле не доверяла, хотя она-то как раз считала иначе.

– Что нужно делать? – вместо ответа спросила я.

– Возможно, понадобится твоя кровь. Капля. Может и нет, посмотрим.

– Ладно.

– Пойдем. Здесь недалеко.

Источник прятался среди замшелых камней почти на вершине холма, под которым расположились останцы. Пришлось пробираться через колючие кусты, но за ними обнаружились остатки каменной тропы и идти стало легче.

Водица тонкой струйкой стекала по каменному желобу в крохотное озерцо – как раз одному человеку ноги помочить, – и исчезала в камнях. Я ее почувствовала. Когда рядом магический источник, всегда волоски на коже встают дыбом. Ну и вообще, ощущения такие. Электрические.

Сильный источник… и как будто знакомый. Хотя я про это место никогда не слышала. Даже не догадывалась, что на Остоши такое может быть.

Ректор спросил:

– Знакомилась когда-нибудь с чужой водой?

– Да, конечно.

Обряды, связанные с «привыканием» к разным источникам, в старых семьях проводятся постоянно. Об этом вслух не принято говорить, но семейные источники слабеют. Магия как будто уходит из них. Ученые говорят – вырождается.

Но не добавляют, что вырождается она в мертвую воду.

Хотя, думаю, именно это они и подразумевают.

Впрочем, этому источнику до вырождения или ослабевания было далеко.

– Знакомься, тогда. – велел Дакар. – Я подожду. Пока подготовлю нож.

Мама говорила: «Просто погрузи ладони в воду. И жди. Настанет момент, и вода покажется тебе теплой. Ее запах изменится, да и вкус тоже, но не пей – ты знакомишься, а не просишь!».

Я всегда так и делала. А брат – всегда сразу пил. Ему так проще.

Вода под руками нагрелась очень быстро и даже приобрела синеватый оттенок: похоже, источником давно не пользовались, он накопил очень много магии.

Я шепнула: «Здравствуй!».

Это не обязательно, источник – не человек, он не услышит и не поймет. Но мне так приятней.

– Все! – окликнула я ректора. – Я готова…

Оказалось, Дакар уже очистил от мелкого мусора и шишек ровную площадку с два шага размером.

– Иди сюда, – сказал мне. – Встань вот… в серединку. Лучше босиком.

– Хорошо. Мне снять платок?

– А? Нет, не надо. Будет отвлекать.

Хвоя и камушки оказались неожиданно колючими. Я встала, куда велели, и поджала пальцы ног.

Дакар ладонями принес воды из источника, тонкой струйкой налил вокруг меня – получилась кривая такая окружность. Достал тот самый кинжал. Через лоскут, как артефакт чужой магии. Опустил в родник. С моего места ничего особенного видно не было. Верней, было видно, что ничего особенного не происходит. Когда он вернулся, я уже основательно замерзла.

– Дай мне руку, любую. Придется, все-таки, тебя уколоть.

Я хмыкнула и протянула левую руку. Мало ли, вдруг надо будет колдовать. А кровь – это в том числе и соль. Соль забирает и рассеивает магию.

Моя ладонь по сравнению с рукой Дакара мне самой показалась маленькой бледной и слабой. А вот его пальцы были теплыми и чересчур осторожными. Словно ректор боялся мне как-то навредить.

Растер мне замерзшие пальцы, чтобы кровь прилила. Велел терпеть – так велят маленьким детям перед тем, как скормить горькое лекарство или снять повязку с разбитого колена. В детстве я часто разбивалась. И с дерева. И с того самого велосипеда.

А укол я почти не почувствовала: отвлеклась на действия ректора. Вот вроде, ничего не происходит. Просто он растер мне пальцы. Добыть капельку крови.

А у меня почему-то во рту пересохло и жар прилил к щекам. Хорошо, что уже сумерки и вообще, Дакару не до меня. И он не смотрит на мое лицо, и не догадывается, какое он на меня внезапно произвел впечатление.

Я на себя разозлилась и заставила отвести взгляд от черного лезвия, по которому стекала капля моей крови, и взглянуть за плечо Дакара. Сквозь сосновые стволы догорал закат. Удивительно теплый для конца сентября. Ярко-алое солнце, пурпурные облака, шоколадные стволы и изумрудные кроны…

И озеро. Озеро поблескивало отраженным светом.

– Забери себе свое! – резко приказал Дакар кинжалу и тут началась та самая высокая магия, о которой на младших курсах только рассказывают, ибо это опасно.

От камней, от неровной водяной линии вокруг меня взвилось искристое синее пламя, не горячее, но очень яркое. Стало трудно дышать.

От земли вверх по ногам повеяло таким холодом, что я даже вскрикнула – но удержалась на ногах. Дакар за этим сиянием просто-таки исчез, хотя я знала, что он там. И что он в целом контролирует происходящее.