След Бешенного
Шрифт:
– Что будете пить?
– вежливо спросил Широши.
– Не возражал бы против хорошего глотка нашего доброго шотландского виски.
Чуть заметный знак бровью Широши, и дворецкий тут же исчез.
– Правильный выбор. По погоде. Январь в Лондоне всег-да отвратителен. Ваша фамилия, мистер Макалистер, свидетельствует о шотландских корнях. Насколько я помню, наши кланы когда-то кровно враждовали, но с тех пор столько воды утекло, - усмехнулся Широши.
Вошел дворецкий с подносом.
– Вам как, сэр?
– спросил он гостя.
– Со льдом, но без содовой, - ответил тот.
Дворецкий удовлетворенно кивнул. Видно, в этом парне текла настоящая шотландская кровь: ведь только бестолковый иноземец будет портить драгоценную влагу водой.
Широши молчал, глядя на огонь в камине.
– Мои шефы просили уточнить, все ли идет по плану? И есть ли уже точная дата операции?
– как можно учтивее спросил гость.
– Мои планы нарушаются крайне редко, - самодовольно изрек Широши, - так что успокойте своих шефов. А конкретная дата не имеет никакого значения. Требуется одно: швейцарский ордер должен как можно быстрее миновать все соответствующие инстанции американской бюрократической машины, и тогда фамилия человека, на которого выдан ордер, автоматически окажется в компьютерах всех пограничных постов США с пометкой о немедленном задержании его как личности, находящейся в международном розыске. Всю эту процедуру ваши начальники знают лучше меня. Не понимаю, чего они нервничают? Их задача теперь поторопить ленивую американскую бюрократию.
Счастливчик Джим взял в руки принесенный им кейс и попытался вручить его Широши. Тот демонстративно проигнорировал намерение своего гостя.
– Надеюсь, вам не было слишком тяжело его нести?
– с усмешкой спросил он.
– Нет, что вы сэр!
– поспешил ответить Джим.
– Очень хороший виски. Вы позволите еще стаканчик?
– Конечно, выпейте. Это настоящий молт. Производят его в пяти милях от моего замка по старинным рецептам и с соблюдением древней технологии.
Счастливчику Джиму тихонько бы допить свой виски и промолчать о втором поручении Координатора, но Джим был ревностный служака.
– По информации моих шефов, поступившей от некоего русского господина Александра Позина, у вас находится человек по прозвищу Бешеный, он же Савьелий Говороков.
– Счастливчик Джим с трудом выговорил имя и фамилию Савелия.
– Мои шефы хотели бы узнать, за какую сумму вы бы позволили им, - в последний момент он несколько смягчил пожелание своих шефов, - встретиться с этим человеком?
Широши не повернул головы к собеседнику и продолжал смотреть на огонь в камине.
– Передайте вашим начальникам, что я никогда не слышал об этих людях, дурацкие фамилии которых я не запомнил. И еще. Напомните, пожалуйста, им, что я сотрудничаю с ними вовсе не из-за денег!
Человек, хорошо знавший Широши, почувствовал бы в его ответе скрытую угрозу, но Джим видел Широши в первый и последний раз в своей не очень долгой жизни. Он поблагодарил хозяина за прекрасный напиток и откланялся.
Прощаясь, дворецкий настоятельно посоветовал Джиму съездить хотя бы в Эдинбург. Джим вернулся в гостиницу и послал сообщение на имя Координатора, которое завершалось фразой:
"...сэр Малколм Макфей ничего о Бешеном не знает".
Это было его последнее послание своим шефам. Поздним вечером того же дня, когда Джим вышел из дома своего родного дяди, расположенного в Хокни, на перекрестке его сбила несущаяся с бешеной скоростью машина. Бедняга Счастливчик Джим скончался на месте. Полиция нашла машину благодаря звонку случайного свидетеля происшествия, который, прогуливая своего пса, разглядел и запомнил номер. За рулем сидел наглотавшийся наркотиков выходец из Нигерии. Его осудили на длительный срок тюремного заключения с принудительным лечением от наркомании.
Никому не могло прийти в голову, что в полицию позвонил проезжавший мимо велосипедист, который и толкнул Счастливчика Джима под автомобиль африканца. И если бы погибший успел разглядеть этого велосипедиста, то с изумлением узнал бы в нем добродушного и внимательного дворецкого, с которым только сегодня познакомился...
Но вернемся в затрапезный американский мотель.
Количество пустых банок немного увеличилось... Пришло сообщение от Счастливчика Джима, жизнь которого мчалась к своему концу со страшной скоростью.
– Своенравный тип этот Широши, - раздраженно сказал Роджер.
– А ты наивно надеялся, что он доложит нам, как он расправился с Бешеным?
– не без иронии спросил Эндрю.
– Знаешь, нисколько не удивлюсь, если наше любопытство аукнется нам большой изжогой от этого Широши...
– Любишь ты каркать!
– нахмурил лоб Роджер.
– Давай лучше еще раз посмотрим его досье.
Эндрю послушно защелкал клавишами. Буквально через несколько секунд он монотонным голосом начал читать:
– Широши Такиро, год и место рождения неизвестны. Читать все его имена?
– Читай. Полезно освежить их в памяти.
– Феликс Артамонов, Абдель Раззак Касем, Лейб Гурвиц, Пауль Шмидт, Чезаре Ломбарди, Жак Гибе, Пабло де Каррион и, наконец, сэр Малколм Макфей... Он баронет или маркиз. Я в этом не разбираюсь.
– Эндрю откровенно гордился своим пролетарским происхождением.
– У сэра Малколма древний родовой замок в Шотландии и дом в районе Слоун-сквер, где у нас с тобой и на скромную квартирку средств не наберется.
– А наши британские коллеги разве не проверяли его по полной программе?
– Мы посылали им запрос, и они все очень тщательно проверили. Широши предъявил им какую-то древнюю грамоту, из которой следует, что кто-то из его предков был действительно усыновлен одним из здравствующих тогда Макфеев, а все остальные наследники давно умерли.
– Грамота подлинная?
– Эксперты Британского музея не только подтвердили подлинность грамоты, но и определили дату ее изготовления - четырнадцатый век!
Роджер присвистнул:
– Чертовщина какая-то! Конечно, независимые эксперты Британского музея люди солидные, тут ничего не скажешь, но наши коллеги-британцы известные лопухи. Ничего не могут сделать даже с этим жалким трусом и предателем Томлинсоном. Кстати, ты слышал, что русские выпускают его скандальную книгу, где он засветил добрую сотню своих бывших коллег?
– И чего этим русским спокойно не сидится? Территория большая, народу мало. Сидели бы тихо, землю пахали, скот разводили... Так нет. Охота быть великой державой. Пора им как следует дать по носу!
– Эндрю Уайт патологически ненавидел русских.
– Успеем! А пока давай разбираться с Широши. Читай дальше.
– По непроверенным данным Широши работал в цирке, сначала акробатом, а потом дрессировщиком диких животных... Был актером традиционного японского театра "Кабуки", играл в английских провинциальных труппах... Особенно удачно выступал в пьесах Уильяма Шекспира... Рецензенты хвалили его за исполнение ролей Ричарда Третьего и короля Лира... Параллельно с актерской карьерой открыл сеть дешевых японских ресторанов, которые и принесли ему первую серьезную прибыль... Удачно играл на бирже... Биржевые аналитики считают его в целом более удачливым игроком, нежели Джорджа Сороса... Основные интересы: строительство, недвижимость, торговля оружием, ресторанное и гостиничное дело... Владеет несколькими островами, яхтами, вертолетами, бесчисленным количеством домов... Про замок я уже говорил...