Чтение онлайн

Я вздыхаю.

– Это то, что ты постоянно говоришь. Ты также знаешь, что ты мне не нужен для этой истории, верно? Я могу легко позвонить твоему отцу и поговорить с ним. Он сыграл огромную роль в твоем обучении в колледже.

Леклан фыркнул.

– Да, он думал, что сможет добиться своего.

Меня бесит, что даже спустя четыре года Леклан и его отец так и не нашли пути решения своих прошлых проблем. Когда умерла его мать, Леклан винил его. Если бы отец заботился о ней, был рядом, не позволил ей развалиться на части, когда он ушел, то она была бы рядом.

– Ты должен поговорить с ним, Леклан, – мягко призываю я.

Он поворачивает ко мне голову.

– Нет.

Я жду секунду, пытаясь придумать, что сказать. Отец Леклана и мой отец – близкие друзья. Я слышала разговоры, которые не должна была слышать, но я знаю, как сильно его отец переживает из-за нее. Как сильно он по ней скучает и как сильно винит себя, не считая гнева Леклана.

– Я знаю, что ты сердишься, и я понимаю это, правда, понимаю, но я думаю, он пытался. Я думаю, он любил твою мать и хотел, чтобы она поправилась, но... – я останавливаюсь, когда вижу, как он сжимает руль. Я не могу этого исправить. Я не должна даже пытаться. – Прости меня. Я не должна была ничего говорить.

Его пальцы чуть разжались.

– Я был там, Эйнсли. Я жил в этом доме и видел, как сильно он

старался.

– Ты прав. Моя точка зрения искажена.

Он испускает долгий вздох.

– Ты всегда хотела исправить мир, но некоторые вещи просто не поддаются восстановлению. Они слишком сломаны, и эти отношения были похоронены вместе с ней.

Я протягиваю руку и кладу ее на его руку.

– Она очень любила тебя. Я помню, как она говорила мне об этом, когда каждый год приносила торт на мой день рождения.

Изабель Уэст считала, что ее сын нечто неземное. В ее глазах этот мальчик не мог ошибаться, и я ее понимала, ведь в моей книге было то же самое.

Она была добрейшей женщиной, хотя очень сильно страдала от депрессии, а когда узнала, что у нее рак, решила сдаться. В итоге, когда она сделала этот выбор, она решила, что все кончено.

Я была в доме со своей семьей, когда Леклану сообщили об этом. Я слышала крики и абсолютную агонию, когда он бушевал из-за того, что его отец не сделал достаточно. У меня разрывалось сердце, когда я видела, как он распадается на части.

Леклан на мгновение берет мою руку в свою, прежде чем отпустить ее.

– Она любила печь для всех детей в округе, но особенно для тебя.

– Она была так хороша в этом, и я любила ее.

Его мама пекла самые вкусные торты. Они были странного вкуса, но чертовски хороши. Каждый год она пекла мне фисташково-шоколадный торт. Он был моим любимым, и даже когда она пыталась научить мою маму, получалось совсем не то. После этого миссис Уэст готовила торты для всех. Она делала все с нуля и придумывала сложные украшения, соответствующие году.

– Кроме того момента, когда дело дошло до поцелуя, – напоминает он мне.

Мои щеки вспыхивают, и я закрываю лицо.

– Уф, я пыталась забыть об этом!

– Тебе не следовало говорить ей, что ты целовалась с Джоном.

– Я говорила! Она меня поймала!

Кстати, о позоре.

Леклан тихонько смеется.

– Однажды она зашла ко мне.

Я вздохнула.

– Когда ты занимался этим?

Он кивает.

– Это была... лекция, которую я никогда не хотел бы повторять.

– Ну, учитывая, что у меня была двухчасовая лекция о том, чего на самом деле хотят мальчики, могу представить, что твоя была еще более глубокой.

– Так и было, а потом мой отец вернулся домой, и я получил второй раунд, который был больше о том, через что я заставил пройти свою мать.

Я смеюсь, пытаясь представить, как это было.

– Помню, когда Каспиан собирался на выпускной, мама с папой усадили его на час поговорить о презервативах. Мне кажется, он хотел умереть.

Его взгляд переключается на меня.

– Я был там рядом с ним!

– О! Точно, я помню это. Я никогда не забуду, как мама достала банан и сказала, что мне нельзя его есть, потому что это для Каспиана, чтобы он тренировался, – Боже, какие странные у меня были родители.

– А мне достался огурец. Длинный, – добавляет он с гордостью.

– О, они учили вас подбирать правильный размер?

Он пожимает плечами.

– При этом не говоря ни слова.

Я смеюсь.

– Я узнаю правду, – я хватаю телефон, а Леклан смотрит то на меня, то на дорогу, пока я набираю номер брата.

– Кому ты звонишь?

– Каспиану.

– Как дела, Лютик? – слишком радостно отвечает брат, прежде чем Леклан успевает схватить трубку.

– Эй, а мама научила тебя надевать презервативы в зависимости от размера овощей? Леклан говорит, что у него был огурец, а тебе достался фрукт поменьше?

– Какого хрена?

– Нет!

Они оба кричат одновременно.

– Я спрашиваю, потому что Леклан очень гордится своим огурцом.

– Какого хрена ты обсуждаешь размер своего члена с моей сестрой? – спрашивает Каспиан, и я с ухмылкой откидываюсь назад.

Леклан бросает на меня взгляд.

– Мы не обсуждали. Успокойся, придурок. Мы говорили о постыдном родительском дерьме.

Каспиан вздыхает.

– Выпускной?

– Ага, – глаза Леклана полны предупреждения. – И снова Ягодка создает проблемы.

Ну, теперь я действительно планирую это сделать. Я нажимаю кнопку отключения звука, и Леклан не замечает этого.

– Кас, я просто хотела, чтобы ты знал, что прошлой ночью Леклан прижал меня к себе, поцеловал, и немного потискал.

Леклан чуть не съезжает с обочины, хватаясь за мой телефон.

– Он выключен! – кричу я.

– Черт! Ты что, хочешь, чтобы меня убили?

Я качаю головой.

– Нет, но ты пытаешься убить нас обоих!

– Алло? Лек? Эйнсли? – говорит мой брат.

Я тяжело вздыхаю.

– Прости, я нажала на кнопку отключения звука. В общем, я просто хотела подразнить вас обоих. Люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю, и, пожалуйста, Лек, не говори о своем члене с Эйнсли.

Я закатываю глаза.