Чтение онлайн

Я смеюсь.

– Думаешь, они меня вылечат?

Эйнсли качает головой.

– Не думаю, что в мире достаточно романов, чтобы тебя вылечить.

– Ты даже не представляешь, какой я теперь, – напоминаю я ей. – Четыре года могут изменить человека. Заставить его понять ошибки, которые он совершил, и поверить в любовь.

Ее карие глаза слегка расширяются.

– Ты? Поверил в любовь. О, пожалуйста, расскажите мне о женщине, которая привела тебя к этому вновь обретенному пробуждению. Она молода? Пожилая? Может быть, она работает в службе пожарной безопасности? Учительница? Или... может быть, она вымышленная.

Она прекрасно знает, что никого нет. Каспиан или любой другой житель этого города сказал бы ей, когда она приехала.

– Я не говорил, что у меня кто-то есть, просто я уже не тот парень, которого ты знала тогда.

Я научился отключаться, отключать свои желания, забывать, что единственная женщина, которую я хочу, не предназначена для меня – до тех пор, пока Эйнсли не вернулась в мою жизнь.

– Тогда я задам другой вопрос. Расскажи мне о себе, – она наклоняется, все ее внимание сосредоточено на мне.

Я сужаю глаза, потому что не думаю, что это Эйнсли хочет узнать все о последних четырех годах. Я уверен, что Эйнсли хочет получить информацию о своей чертовой истории.

Тем не менее, я подыграю.

– Давай посмотрим, я – Дева, люблю приключения и острые ощущения, но также мне нравятся вечера, когда можно посмотреть фильм и почувствовать, как порхают бабочки, от того, что парень заполучил девушку.

Она закатывает глаза.

– Во-первых, ты не Дева. Ты Весы. Во-вторых, заткнись.

Я смеюсь.

– Ты спросила.

– О тебе, а не о какой-то дурацкой биографии, которую ты подделал. Мы должны заполнить четыре года пробелов.

– Сначала расскажи мне о себе, – говорю я, откидываясь в кресле.

– Что ты хочешь знать?

– Все, что угодно.

Все.

Эйнсли вздохнула.

– Давайте посмотрим, я закончила Нью-Йоркский университет и была лучшей в группе. У меня были грандиозные планы, что я найду работу в Нью-Йорке, буду писать истории, которые люди будут ставить в рамки – люди, кроме моего отца, – уточняет она. – Но это были лишь мечты молодой девушки. Вместо оплачиваемой работы я получила стажировку на Манхэттене, но не смогла ее пройти из-за... счетов. Адмирал сказал, что дни моей свободы закончились и он не собирается платить за то, чтобы я наслаждалась жизнью без стресса.

Мы оба смеемся над этим.

– Он такой предсказуемый.

– Точно! Клянусь, если бы Каспиан или я согласились надеть форму, это чертовски облегчило бы ему жизнь. Он бы знал, что с нами делать, если бы мы были моряками. В любом случае, никакие уговоры и хлопанье ресницами не позволили мне остаться на этой работе. Я нашла работу в городе, которая оказалась... чертовски замечательной, или, по крайней мере, мне так показалось. Мой босс милый, но мне постоянно приходится писать о моде и модных прическах, – она делает прищуренное лицо при последней фразе.

– И это не то, чего ты хочешь?

Она качает головой.

– Я хочу писать о политической жизни. Я хочу рассказывать истории, которые имеют значение и могут изменить чье-то мнение, потому что я смогла представить альтернативную точку зрения или потому что факты были изложены четко и ясно. В большинстве случаев я читаю статьи и не имею ни малейшего представления о том, что в них на самом деле, потому что это материал с изложением мнения.

– Так что же тебя останавливает? – спрашиваю я.

–Мне должны поручить писать истории.

От поражения в ее голосе мне хочется дать понять ее боссу, что он чертов идиот. Неужели он не видит, насколько она гениальна? Эйнсли должна была поджечь мир и создать из пепла нечто прекрасное.

Она – сила, которую невозможно сдержать.

– Тогда получи эти истории.

– Да, вот так просто, – вздохнув, говорит она.

– Я серьезно, Эйнсли. Ты не из тех, кто сидит и ждет. Ты всегда рвалась вперед и добивалась того, чего хотела. Это одна из тех вещей, которые мне в тебе нравятся.

– И снова эмоций. Кто ты?

– Хотелось бы знать.

Эйнсли наклоняется.

– Именно поэтому я здесь. Чтобы раскрыть все твои слои.

– Ты многого не знаешь. Кроме того, у меня нет слоев.

– А я думаю, что есть. Ты отличный отец, который любит свою дочь всем сердцем. Ты пожарный, готовый пожертвовать своей жизнью ради любого, кто в ней нуждается. Ты – бывший элитный спортсмен, который ушел из спорта и никогда не оглядывался назад. И самое главное – ты капитан команды по фрисби. Очень много слоев, которые нужно снять.

– Ты предлагаешь мне раздеться? Потому что я сниму рубашку прямо здесь, – я встаю, а она хватает меня за руку и тянет вниз.

– Леклан! – ее щеки становятся ярко-красными. – Ты же знаешь, я не об этом говорила.

– Правда? Я думал, ты хочешь меня.

– Хочу. То есть, не хочу! Не так. Боже мой. У нас был совершенно нормальный разговор, а потом все пошло кувырком.

Я ухмыляюсь.

– Забавно заставлять тебя краснеть. Мне нравится.

Я бы хотел увидеть, как она краснеет из-за другого повода. Не то чтобы, между нами, что-то могло быть. Она в Нью-Йорке, а я в Эмбер-Фоллс. Это никогда не сработает, и я не настолько глуп, чтобы думать, что есть способ справиться с этим.

Я переехал сюда, чтобы пустить корни, которых у меня никогда не было. Первые одиннадцать лет своей жизни я переезжал каждые три года. Я не знал, что такое дом. Мой отец поднимался по карьерной лестнице в военно-морском флоте, а значит, и мы следовали за ним. Это было тяжело. У меня никогда не было чувства дома, пока мы наконец не переехали в Норфолк. Как только отец оказался там, мы купили дом по соседству с Маккинли.

Моя жизнь изменилась, потому что папа решил закончить там свою карьеру. Это означало, что я провел семь лет в одном месте. У меня появились друзья и самый лучший из них, с которым мне не пришлось прощаться.

Всю свою жизнь я наблюдал, как люди уходят.

Мой отец – когда уезжал в командировку. Мои друзья, когда им приходилось переезжать. Моя мать, когда она решила отказаться от жизни. Мать Роуз, когда она ушла.

Я никогда не поступлю так со своей дочерью.

Никогда.

Она для меня на первом месте. Она всегда будет моим выбором. Я выбираю ее, потому что знаю, каково это – никогда не быть выбранным. Я обеспечил ей стабильность, и я не собираюсь переезжать в другой город. Также я никогда не попрошу Эйнсли отказаться от своего мира ради меня.