Чтение онлайн

— Нет! В этот раз ты первый, — шепчет девушка.

— Я не смогу. Я весь вечер пялился на твою задницу в этих обтягивающих джинсах. Я не выдержу. Но я быстро, обещаю. А к тому времени, как ты кончишь, я уже снова буду готов. Ну пожалуйста, — уговаривает Джеймс.

Видимо, он её убедил, потому что мгновение спустя тихо произносит:

— Да, чёрт возьми. До конца, детка.

Мышцы Майкла напрягаются, но в остальном он остаётся неподвижным и молчаливым, пока мы слушаем, как какая-то девушка делает его соседу минет.

Теперь я совершенно проснулась, и меня вдруг охватывает дикий смех — реальность этой ночи просто не укладывается в голове.

— Ш-ш-ш, — шепчет Майкл мне на ухо, но в его тоне слышится веселье. Ему тоже хочется рассмеяться.

— Как часто они этим занимаются?

— Пару раз в неделю. В этом и проблема такого жилья. Ну серьёзно, никакого уединения — люди либо месяцами воздерживаются, либо просто перестают заморачиваться. Как думаешь, какой вариант выбирает большинство?

Не думаю, что Кэти и Рэйчел вообще когда-либо нуждались в приватности.

Стоны и шепот Джеймса становятся громче и чаще, а сердце Майкла бьётся всё быстрее у меня за спиной. Его дыхание тоже участилось, и он слегка отодвинул от меня нижнюю часть своего тела.

Он возбудился, слушая, как его другу делают минет. Что ж, не могу его винить. Когда я подглядывала за Кэти и Рэйчел, это тоже на меня повлияло.

Наконец, Джеймс стонет, предупреждая:

— Я сейчас кончу.

За этим следует серия низких, животных звуков, от которых у меня между ног начинает покалывать. Моё дыхание тоже срывается, тело непроизвольно напрягается.

Кровать громко скрипит, когда они меняются местами.

И девушка тихо ахает.

Я закрываю глаза и нащупываю в темноте руку Майкла. Он берет ее, переплетает свои пальцы с моими и сжимает крепче, когда она стонет.

Я помню, каково это — чувствовать лицо Генри там. Первый взмах его языка по клитору, жгучее прикосновение щетины к коже. Это была смесь возбуждения, волнения и тревоги.

Всё то время, что Майкл потратил на массаж, кажется теперь бессмысленным — напряжение снова наполняет моё тело, осознание, что я больше никогда не почувствую прикосновений Генри, невыносимо.

Мысль о том, что сегодня его лицо между чужих ног, мучительна. Я сдерживаю рыдания, сосредоточившись на тяжёлом дыхании девушки, представляю их сплетённые голые тела, представляю, каково это — лежать на спине и чувствовать это прямо сейчас.

Если бы этот привлекательный, добрый парень, о котором я бы наверняка мечтала, если бы мне не встретился Генри Вульф, если бы он, крепко обнимающий меня сейчас, опустил лицо между моих ног…

Моя грудь быстро поднимается и опускается от поверхностного дыхания, а между ног нарастает глубокая, пульсирующая боль. Я не могу унять боль в сердце, но хотя бы эту могу.

И почему бы нет?

Генри всё равно плевать.

Где-то в глубине сознания кричит внутренний голос, приказывающий остановиться, подумать, вспомнить о своих принципах и о том, что я уже потеряла. Но я заглушаю его — ни этот голос, ни мои ценности не помогут унять душевную боль.

Собравшись с духом, я крепче сжимаю руку Майкла и веду её к груди, затем под одеяло, вниз по изгибам тела. Его костяшки пальцев скользят по соску, когда я тяну его руку ещё ниже, к резинке его боксёров, которые так велики, что почти сползли.

Я колеблюсь, но всего секунду — пока не напоминаю себе, что не хочу думать о Генри и о том, что он сейчас делает.

Майкл замирает за моей спиной, и мгновение мне кажется, что он откажет.

Но затем он прижимается ко мне, и я чувствую его твёрдую длину у себя на спине.

Я закрываю глаза и задерживаю дыхание, опуская его руку ещё ниже, стягивая боксёры и освобождая его пальцы, чтобы он коснулся моей гладкой кожи.

Его прерывистый вздох обжигает щёку, но он не колеблется — проводит длинным пальцем между моих влажных складочек, медленно и нежно. Рука, на которой лежит моя голова, сгибается, притягивая меня ближе. Снова и снова он скользит пальцем по клитору, не проникая внутрь.

От этого я намокаю еще сильнее.

Я уже не слышу девушку рядом — мои губы плотно сжаты, чтобы сдержать стоны, пока Майкл безжалостно дразнит меня. Я разрываюсь между тем, чтобы лежать неподвижно, и желанием перевернуться на спину, чтобы предоставить ему лучший доступ.

Наконец, в одно из таких медленных поглаживаний, его палец не скользит мимо, а проникает внутрь. Мышцы живота сжимаются от вторжения.

— Это из-за меня? Или из-за них? — шепчет он, прижавшись губами к моему уху.

—И то, и другое, — отвечаю я честно, без стыда.

Похоже, ответ его устраивает. Он стягивает с меня боксёры, опуская их до колен. Я легко сбрасываю их совсем. Его рука на внутренней стороне бедра приподнимает мою ногу, закидывает на свою, притягивая меня ближе, раскрывая для себя. И затем его рука снова оказывается у меня между ног, два пальца проникают глубоко внутрь, так глубоко, как только возможно. Большим пальцем он находит клитор и начинает водить по нему с тем же мастерством, с каким разминал узлы на моей спине.

Я закрываю глаза и растворяюсь в его пальцах и губах, которые теперь скользят влажными поцелуями по шее, заставляя меня дрожать.

Рядом девушка издаёт низкий, гортанный стон, за которым следует вскрик.

Значит, сегодня я уже слышала, как кончают две девушки.

Я стану третьей.

Скрип кровати и шуршание фольги говорят мне, что соседи переходят к третьему акту. Но теперь, когда я сама в нескольких минутах от того, чтобы кончить, меня это не сильно беспокоит.

— О да… — глухо стонет Джеймс, и я понимаю, что он только что вошёл в неё. Мои мышцы сжимаются вокруг пальцев Майкла.

Начинается ритмичный скрип матраса и шлепки кожи. Майкл прижимается к моей спине, его твёрдость давит в меня. Он почти задыхается, его тёплое дыхание касается кожи короткими порывами.

Меня охватывает чувство вины. Все здесь вот-вот кончат, кроме него.

Так что я протягиваю руку и осторожно проскальзываю под его спортивные штаны, под боксеры и обхватываю его толщину. Он большой. Не такой, как Генри, но всё равно впечатляет. И чертовски твёрдый.

— Эбби… — шепчет он на ухо, пока я двигаю рукой. Угол наклона и тот факт, что на нем штаны, делают это неудобным.