Чтение онлайн

Я остаюсь одна со своими мыслями.

И внезапным приступом вины, которой не понимаю. Генри плевать, так почему я должна чувствовать себя виноватой?

Может, дело не в нём. Может, дело во мне — в том, что я становлюсь девушкой, которым никогда не собиралась быть. Которая занимается случайным сексом. Которая подглядывает и подслушивает.

Кто я теперь?

Я натягиваю футболку Майкла и убеждаю себя, что всё в порядке. Что Майкл — хороший парень, который понравился бы маме. И если уж я должна была переспать с кем-то сегодня — то только с ним.

В этом нет ничего особенного.

В туалете смывается вода, и мгновение спустя дверь снова распахивается, открывая мне великолепный вид на подтянутый живот Майкла.

— Оставь свет! — кричит Джеймс. Я слышу, как его босые ноги шлепают по деревянному полу

— Да ты что, мужик!

— А что?

Через секунду я вижу Джеймса — точнее, его голый торс и покачивающийся вялый член. Я закрываю глаза. Три члена за день. Три!

— Кто с тобой? — тихим шёпотом спрашивает Джеймс.

— Спокойной ночи.

— Черт! Скажи!

— Спокойной ночи, Лоррейн! Всегда рад.

— Спокойной ночи, — раздаётся приглушённый голос, и у меня отвисает челюсть. Лоррейн? Моя соседка, Лоррейн?!

Майкл задергивает занавеску, ложится рядом, снова обнимает меня и целует в шею. Он явно хочет, чтобы я осталась. И, честно говоря, мне не хочется оставаться одной.

— Теперь тебе лучше?

Я улыбаюсь и киваю.

И закрываю глаза, когда тяжесть снова наваливается мне на грудь.

***

Я просыпаюсь, лежа на Майкле, моя голова покоится у него на груди.

— …этот долбаный мужик был так пьян, что обоссался. И меня заодно! —жалуется кто-то. — Он даже не мог вспомнить своего имени. Нам пришлось отнести его в номер. Он чертовски вонял мочой. Так что да, дерьмовая ночь. Ненавижу охранять эти мероприятия.

—Я тебя не виню, — бормочет другой голос, и я сразу узнаю австралийский акцент. Это Энди, координатор Рошаны.

Черт побери. Между Тилли, убирающей её комнату, и Энди, соседом Майкла и её координатором, я чувствую, что всегда в двух шагах от новостей о том, чем она занималась с Генри.

— А с тобой что случилось? Она заперла тебя на все выходные?

— Блин, да я даже не знаю, с чего начать. У неё, кажется, раздвоение личности.

— Ага. Джерри говорил, она — первосортная стерва. Вчера три раза возвращала варёное яйцо, или типа того.

Энди стонет.

— Я с пятницы спал не больше пяти часов. Она заставила меня сидеть в той маленькой комнате и слушать, как она трахалась всю ночь.

— С кем?

Энди фыркает.

— С кем бы ты думал?

— Ну конечно. Такая телка сразу целится на самого главного.

Самый главный — это Генри Вульф.

Я вздрагиваю, жестокая реальность снова вскрывает рану. Я чувствую тошноту. Но не только. Где-то глубоко закипает гнев. Как он смел отрицать это?! Заставлять меня чувствовать себя виноватой, что не доверяю ему!

— Ну, хотя бы ты мог подрочить в своей каморке, а не в этом гребаном месте.

Энди смеётся.

— Да, это плюс. И все же, ей следовало отпустить меня.

Где-то расстёгивается молния.

— Может, она надеялась, что ты присоединишься. Она выглядит так, что примет сразу два члена.

— Это точно. Вчера она притащила домой эту горячую блондинку и босса, и… эй… — голос Энди понижается. — Аспен наконец кого-то подцепил?

Аспен. Проходит минута, прежде чем я понимаю, что он имеет в виду Майкла, который зимой работает в Wolf в Аспене.

Энди, должно быть, увидел мою одежду.

Занавеска в изножье кровати раздвигается, и в нашем пространстве появляется его симпатичное лицо. Слава богу, я хоть прикрыта одеялом ниже пояса.

— Отвали, — сонно бурчит Майкл. Я даже не заметила, что он проснулся.

Энди игнорирует его, ухмыляясь мне.

— О, привет.

Я чувствую, как мои щеки вспыхивают.

— Привет.

Отлично. Теперь Энди знает, что я осталась на ночь. Как скоро это разнесётся?

Он поднимается по лестнице и падает на свою кровать.

— Если я кому-нибудь понадоблюсь, я буду спать до вторника.

— Ага. Я в душ. Весь в этой долбанной моче, — ворчит другой. Дверь открывается и закрывается и в хижине снова воцаряется тишина.

— Эй, — пальцы Майкла скользят по моему подбородку и поднимают лицо, он целует меня в губы. — Сегодня тебе лучше?

Я слабо улыбаюсь.

Нет, не лучше. Всё это кажется неправильным. Быть здесь, в его постели. В его объятиях. Мне не стоило спать с ним. Я использовала его. По-настоящему использовала, а он этого не заслуживает. Он хороший парень, и, кажется, я ему нравлюсь.

Его пальцы скользят по моей щеке, убирая пряди.

— О чём думаешь?

О Генри.

О том, что сегодня в час дня я должна быть в его коттедже. Что мне сказать ему? Он требовал ответа — остаюсь я или уезжаю. Я ещё не решила. Знаю только, что больше не могу работать на него.

Почему он так поступает со мной? Разве для него не лучше, если меня не будет рядом? Может, он просто не хочет увольнять меня открыто. Если я сама уеду — это будет выглядеть пристойнее, чем если он выгонит меня и начнет искать новую ассистентку.

О, возможно, он хочет меня успокоить. Сейчас я представляю для него опасность, такая эмоциональная и обиженная. У него и так проблемы с Кирой. Последнее, что ему нужно — это я, рассказывающая всем, что он трахнул и меня тоже.

Меня осеняет идея.

Может, мне стоит напомнить ему об этом.

Я выскальзываю из объятий Майкла.

— Мне пора на работу.

Мой разум расслабляется под струями горячей воды, пока я взвешиваю варианты.

Я сошла с ума, если рассматриваю возможность остаться? Мне больно. И я зла. Наверное, так же себя чувствовала Кира, когда «они решили, что ей лучше уйти». Это то, что сказал Генри. Он и ей выдвинул ультиматум?