Чтение онлайн

— Зачем я здесь? — Спрашивает она. — Что, чёрт возьми, происходит?

Священник не выглядит шокированным её руганью, я уверен, он слышал и похуже. Он останавливается в нескольких рядах от меня и хмуро смотрит на меня.

— Ей нужно укрытие?

— Нам нужна церемония. И нам нужно сделать это быстро. — Я тяну девушку за руку, но она упирается, упирается каблуками и снова смотрит на меня широко раскрытыми испуганными глазами.

— Церемония? Какого чёрта? О чём ты говоришь?

Отец Мартинес смотрит на меня, и между его бровями залегает тревожная морщинка.

— Дамиан, если девушка не хочет… всё это очень необычно, и я думаю…

— Мы платим вам не за то, чтобы вы думали, отец, — резко говорю я. — Мы платим вам за то, чтобы вы помогали. Вы получите щедрое пожертвование на нужды бедных, больных и всех, на кого вы захотите потратить эти деньги, как только я разберусь с этим и вернусь к Константину. Но у меня нет времени на...

Я тяну девушку за собой, веду её по проходу к тому месту, где стоит священник, намереваясь пройти мимо него к алтарю, чтобы он мог последовать за нами. Но она вырывается из моих рук, как пойманное животное, и, развернувшись, сильно бьёт меня по колену, отталкивая ровно настолько, чтобы наконец освободиться.

Она бросается к двери так, словно от этого зависит её жизнь. Вот только её жизнь зависит от того, что произойдёт здесь сегодня вечером, а она, похоже, ещё не осознала этого.

Я догоняю её в три быстрых шага, снова обнимаю за талию и поднимаю с пола.

Отпусти меня! — Кричит она, вырываясь из моих рук. — Отпусти меня прямо сейчас!

Я несу её к скамье в дальнем конце церкви и опускаю на неё, преграждая ей путь к двери своим телом. Она тяжело дышит, её грудь быстро поднимается и опускается, по лицу текут слёзы.

— Что, чёрт возьми, происходит? — Вопрошает она, и её голос эхом отдаётся в пустой церкви. — Зачем ты привёл меня сюда? Чего ты от меня хочешь?

Я восхищаюсь её выдержкой. Несмотря на то, что она брыкалась, кричала, убегала и несколько раз пыталась причинить мне вред, она не сдалась. Многие женщины сейчас были бы в отчаянии и рыдали бы... чёрт, некоторые мужчины тоже были бы в отчаянии. Но не эта женщина. Она вызывающе смотрит на меня полными слёз глазами, явно готовая кусаться, пинаться и царапаться, лишь бы выбраться отсюда.

Она - дикая кошка. Маленькая бунтарка. И что-то глубоко внутри меня пробуждается при виде неё, тёмный, извращённый жар, который позволяет мне воображать всё, что я мог бы с ней сделать, все способы, которыми я мог бы прижать её к себе и взять, и как её ногти и зубы впиваются в мою кожу, когда я...

Я сжимаю челюсти, чувствуя, как дёргается мой член, и подавляю бушующее во мне желание. Сейчас не то место и не то время, и эта женщина точно не та, кого я хочу. Я понятия не имею, сколько ей лет, но выглядит она молодо. Скорее всего, совершеннолетняя, но для меня слишком молода.

И она понятия не имеет, в какой опасности находится.

— Ты хочешь умереть? — Вопрос звучит резко, отрывисто, и девушка замирает на месте. Клянусь, даже слёзы на её щеках перестают литься, когда она ошеломлённо смотрит на меня.

— Что? — Выдавливает она из себя сдавленным шёпотом.

Я смотрю на неё сверху вниз.

— Это простой вопрос. Ты хочешь умереть?

— Я... — Она быстро моргает. — Это глупый вопрос. Конечно, нет.

— Хорошо. Тогда ты выйдешь за меня замуж. — Я протягиваю руку, чтобы поднять её со скамьи, но она отдёргивает руку и отодвигается от меня. Она качает головой, сначала медленно, потом быстрее.

— Прости, что ты только что сказал?

— Ты меня слышала. — Я снова протягиваю руку, но она отодвигается ещё дальше, вынуждая меня пройти за ней по скамье. Я сжимаю челюсти и раздражённо скрежещу зубами. — У меня нет на это времени...

Она смеётся так, что это граничит с истерикой.

— Ты сумасшедший. Ты действительно сумасшедший, если думаешь, что я выйду за тебя замуж.

Я догоняю её, сокращаю расстояние между нами и наклоняюсь, заключая её в ловушку между своими руками, упирающимися в спинку скамьи. Мои колени упираются в её ноги, не давая ей сбежать.

— Ты выйдешь за меня замуж или умрёшь. Ты хочешь, чтобы тебя убили на хрен? Отлично. Беги. Ты умрёшь ещё до наступления рассвета. — Я отступаю, давая ей пространство. — Мне всё ещё нужно кое-где быть сегодня вечером. Это не должно было занять всю чёртову ночь.

У неё перехватывает дыхание, и она смотрит на меня так, словно я сошёл с ума.

— Я... я не понимаю...

— Я пытаюсь защитить тебя, — рычу я. — Но у меня нет на это времени. Если ты хочешь умереть, будь моим грёбаным гостем.

Она облизывает губы, и мой взгляд предательски возвращается к её рту. Её нижняя губа полнее верхней, хотя верхняя соблазнительно изогнута, и я провожу по своей кончиком языка.

Моя челюсть сжимается, когда горячая волна желания пробегает по моему позвоночнику. Девушка всё ещё сидит на скамье, тяжело дыша, но не похоже, чтобы она собиралась сбежать в любой момент.

— Ты пытаешься меня защитить, — повторяет она дрожащим голосом. — Женившись на мне? Я даже не знаю, кто ты. То есть я видела тебя пару раз, но… — Она снова облизывает губы. — Ты даже не знаешь, как меня зовут.

— Я планировал спросить перед церемонией бракосочетания, — выдавливаю я из себя. — Да, нет? Или твои похороны?

Она быстро моргает.

— Я... — Она качает головой и внезапно поднимается со скамьи. На долю секунды наши тела оказываются очень близко, почти соприкасаясь, прежде чем она делает быстрый шаг в сторону и поворачивается ко мне лицом, скрестив руки на груди. — Тебе придётся дать мне более подробные объяснения, Дамиан. — Она вздёргивает подбородок, и на её лице появляется вызывающее выражение. — Что, чёрт возьми, происходит? Меня забрали с работы, велели сесть в фургон и отвезли на тот склад с теми людьми… — Её голос дрожит, и на долю секунды мне кажется, что она снова заплачет, но она делает глубокий вдох и сдерживается. — Мне нужно, чтобы ты сказал мне…

— Те мужчины, которые забрали тебя из клуба сегодня вечером, не собирались отпускать тебя домой, — перебиваю я её. — Они собирались оставить тебя и других девушек… там. Использовать вас, пока их зрителям не надоест, пока они не перестанут зарабатывать на вас деньги и не захотят свежего мяса. — Мой голос звучит резко, и я вижу, как расширяются её глаза, бледнеет лицо, но я продолжаю. Очевидно, что ей нужно понять всю серьёзность ситуации и то, насколько она в опасности. — А потом они бы продали вас тому, кто больше заплатит. Когда бы с тобой покончили, ты бы исчезла, и никто бы никогда не нашёл твоё тело.