Чтение онлайн

Как эт и лепес т ки, н е разлетится…

Колючий взгляд нефилима дрогнул. Он ослабил свою мертвую хватку, заставив Еву осыпаться на пол, и снова собрать свое тело воедино. Священник даже поменялся в лице, стал менее суровым и грозным. Было видно, что Богиня для него не просто друг или знакомая, а нечто большее, чрезвычайно ценное.

— Откуда ты ее знаешь? — Спросил он уже более спокойно.

— Неважно. Главное, что именно она прислала меня к тебе. — просипела Ева.

Женщина достала из внутреннего кармана плаща ту самую чудом уцелевшую после удара священника шпильку, которую передала Богиня, и протянула ее мужчине.

— Она просила отдать это тебе, нефилим, — спокойно проговорила женщина, с опаской поглядывая на незнакомца.

— Август, — сухо ответил мужчина. Мое имя — Август. В первый раз вижу мертвечину, которая самостоятельно входит в храм, да еще и с благими намерениями.

— Ева, — не менее сухо обозначила женщина, — у меня тоже есть имя, отец Август.

Обменявшись «любезностями», оба снова стали сверлить друг друга взглядом, да так, что, казалось, еще чуть, и между ними пробежит молния от напряжения. Про себя Ева отметила, что нефилим выглядел довольно жутко, особенно, когда вместо него произносил слова сидящий на плече сыч. Не было сомнений, что заколдованная птица — дело рук Богини. Кто еще мог предоставить такое интересное приспособление для трансляции в словесной форме своих мыслей, как не она? Многие бы немые отдали все за таких птиц, но пока она была только у одного везунчика.

— Расскажи мне подробнее о вашей встрече с демонами. Без утайки. — Уже более спокойно поинтересовался мужчина, вырывая из блокнота лист.

Он протянул его женщине. Ева взяла бумагу, незаметно скосила взгляд, и обнаружила, что нефилим — не просто святой отец, но еще и талантливый поэт. Несколько строчек стихотворения под названием «Лепестки» она успела прочитать, пытаясь вспомнить, у кого еще встречала похожий слог, пока мужчина не откашлялся, намекая на то, что он все еще не ушел и ждет пояснений.

Женщина рассказала ему в мельчайших подробностях все, что случилась тогда, когда они повстречали Левиафана, посчитав, что чем большей информацией владеет нефилим, тем легче ему будет определиться с помощью. Да и к тому же подмога от святого создания будет далеко не лишней в дальнейших стычках со змеем, а в том, что они будут, лич была уверена. Мужчина внимательно слушал, уточняя некоторые детали, однако, когда речь зашла о Шизе и отравлении, он задумался. Мужчина еще до этого слышал, что змей укусил создание ночи. Это значительно усложняло его работу. Август, несомненно, знал, как никто другой, о разных обрядах экзорцизма, и даже проводил их время от времени, но только на людях. А тут ему предлагают очистить вампира. Нефилим был слабо уверен в том, что справится, поэтому твердо отрезал.

— Я не смогу помочь созданию ночи.

Ева вздохнула, уже ожидая от него подобный ответ. Уж больно суровый попался ей собеседник. Да и к тому же она видела колебания на его лице. Изгонять нечисть из нежити святыми знаками — безумная затея, которая с большой вероятностью обернется с уничтожением и того и другого. Что ж, придется воспользоваться избитой тактикой демонов. Лич не жаловала ее, но для достижения цели все способы хороши.

— А что, если я тебе окажу ответную услугу? Не менее значимую для тебя, — заискивающе начала она.

— И что же ты мне можешь предложить, лич? — Поднял бровь мужчина.

— Жизнь твоей возлюбленной, — коротко ответила Ева.

Мужчина удивленно посмотрел на женщину, не решаясь ей ответить что- либо. Было видно, на сколько он ошарашен. Август открыл рот, набирая воздух, но тут же услышал следующую порцию монолога от женщины.

— Я прекрасно видела то, как вы с Богиней реагируете друг на друга. И ежу понятно, что вы испытываете. Только вот одна неувязочка, ты — нефилим, а она — языческий идол, тяжело, наверное, вам. Да и к тому же, ты должен знать, что я, как лич, прекрасно вижу, сколько еще осталось жить тому или иному существу. Существование Мудролики без подпитки людской верой на исходе.

— Ты врешь, — судорожно ответил священник, сжав руки в кулаки.

— Нет, и ты это прекрасно знаешь. В отличие от демонов, мертвые не лгут. Мне нет резона сейчас расстраивать тебя и разбивать нежное сердце. Я хочу помочь.

— И как? — Осторожно спросил нефелим.

— Ты выводишь весь яд из организма вампирши, а я отдаю Богине один свой филактерий. Кусочек души, который может вырасти в собственную. Конечно, когда Мудролика её обретет, то станет смертным человеком, но зато жизнь намного продлится и не будет зависеть от остальных, — лич оказалась совсем близко к нему, словно бес, пытающийся склонить на грех.

— Вампирша может умереть от святого ритуала очищения, — проговорил мужчина.

— Я понимаю, но не попробуешь — не узнаешь. Не зря же в тебя поверила Богиня. В любом случае: удача или фиаско — филактерий твой. Риск оправдывают средства.

Ева отошла дальше, предоставляя нефилиму возможность подумать и решить. Предложение было слишком соблазнительное, чтобы от него отказываться. Не каждый день лич предлагает свой филактерий в обмен на жизнь какой-то кровопийцы. Постойте! Август еще раз пристально посмотрел на женщину, пронзая её взглядом, будто тысячью иголок. Чем-то ему эта ситуация не нравилась.

— А почему ты так хочешь, чтобы вампирша жила? — поинтересовался он.

— А это тебе знать не обязательно, — отрезала лич, — жду твоего ответа, святой.

Мужчина судорожно втянул воздух в легкие, взвешивая внутренне все «за» и «против» от его положительного решения, пытаясь примирить извечных врагов: логику и чувства. И все же сделал тяжелый выбор, надеясь на то, что он оказался правильным.

— Приноси вампиршу завтра сюда в полночь. Я все подготовлю, — произнес вердикт он, поддавшись эмоциям, — но, если обманешь меня, то сам лично буду убивать тебя столько раз, сколько потребуется для твоего полного упокоения.

Ева кивнула и протянула костяную ладонь, чтобы скрепить согласие.

— Клянусь Смертью, я исполню своё обещание.

Мужчина нехотя пожал её руку и вернулся к своим делам. Ева покинула церковь, радостная от того, что смогла убедить этого упрямого нефилима. Когда женщина переступила порог храма, то моментально почувствовала облегчение, будто бы с неё убрали тяжелый камень. Пожалуй, больше в такие места она самостоятельно ходить не будет. Лич обернулась на темное здание церкви и превратила большую часть лепестков в прах, будто бы решив отомстить ей за столько пагубное влияние на себя.