Чтение онлайн

· Интеграция в это государство — по существу на равных правах с этническими русскими[64], — соседних национальных обществ, включая общества, чьи правящие режимы до своего вступления в состав государства российского, были агрессивны по отношению к Руси, либо находились под властью иноземных режимов, проводивших политику на уничтожение самобытности их национальных культур. Это повысило безопасность жизни людей на территориях, прежде находившихся за пределами государства Русской многонациональной региональной цивилизации, за счёт ликвидации взаимно истребительных войн в пределах этого государства.

С точки зрения как труженика, так и воина — защитника справедливости (а не разбойника-грабителя) и то, и другое — благо для всех народов, оказавшихся в этом государстве.

Теперь обратимся к истории становления государственности СССР — государственности первой фазы нынешнего полного цикла развития смуты.

 Как уже было отмечено ранее, события 1917 г. и их исторические последствия невозможно идеализировать в смысле «исключительно хорошо», либо в смысле «ис­клю­чительно плохо» без того, чтобы не впасть в идиотизм. Это были многоплановые события, в которых одни и те же люди и со стороны белых, и со стороны красных (а подчас побывав на обеих сторонах и не по одному разу), успели проявить себя по-разному. При этом одним из аспектов событий тех лет было стремление воплотить в жизнь Христову заповедь: «Вы знаете, что князья народов господ­ствуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть б'oльшим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом…» Исторически реально:

· Для одних декларация стремления к этому идеалу, хоть и выраженному в других формулировках, действительно была пропагандистским прикрытием политики установления марксистско-интерна­цист­ской фашистской по её сути рабовладельческой корпоративно-клановой диктатуры на территории ликвидируемой ими в ходе глобализации Российской империи[65].

· Но для других — изрядной части простого люда многонациональной Русской цивилизации и убеждённых большевиков, включая Сталина[66], стремление осуществить этот идеал — стало смыслом жизни каждого из них. И этому идеалу они служили честно в меру своего понимания, отдавая ему десятилетия трудов и жертвуя своими жизнями в подвигах.

И вопреки усилиям первых — марксистов-интернацистов фашистов-глобалистов — христианско-большевистский идеал во многом был реализован к началу 1940-х гг. Доступ к высшему образованию и возможности личностного развития были открыты всем, чей личностный потенциал развития позволял освоить знания и навыки, развивать их, и кто был достаточно целеустремлён, чтобы преодолеть не столько политические барьеры (которые поддерживал клановый сословно-кастовый строй империи Романовых), сколько бытовые[67]. Образование открыло доступ к делу творческого служения благу народов страны и человечества миллионам, включая и представителей тех национальных культур, которые до 1917 г. были далеки от цивилизации и застряли — кто в глубоком феодализме и рабовладении средневековья, а кто — и в родоплеменном строе.

Если это не фактическая ориентация политики государства на служение общенародному благу, то что это?

Да, этому сопутствовали искренние ошибки и злоумышленные извращения политики строительства социализма и коммунизма. Но они не могут перечеркнуть и уничтожить глобальной историко-политической значимости происшедшего в Русской многонациональной цивилизации в период 1917 — 1953 гг.

Благодаря именно этой политике СССР стал к началу 1950-х гг. «Сверхдержавой № 2», с открытыми возможностями стать в перспективе единственной сверхдержавой, при условии следования в политике (внутренней, внешней, глобальной) заповеди Христа, отвергаемой церквями имени его: «Вы знаете, что князья народов господ­ствуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть б'oльшим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом…»

Однако этого не произошло, поскольку советское общество по-прежнему несло в себе алгоритмику смуты, которая породила кризис СССР и вызвала переход ко второй фазе полного цикла развития смуты как процесса.

К рассмотрению того, что принесло уничтожение государственности СССР народам Русской многонациональной цивилизации, мы обратимся после того, как посмотрим, что делала государственность, возникшая в прошлом полном цикле развития смуты в начале второй его фазы — в 1613 г., до своего краха в 1917 г.

Во внешней политике по инерции катились те процессы интеграции в состав государства Русской многонациональной цивилизации сопредельных народов, которые начались в период царствования Ивана Грозного, правления и царствования Бориса Годунова. При этом характерно то, что они успешно развивались в направлении Востока, где России могли противостоять только технико-технологически и организационно менее развитые культуры, нежели культура России.

В тех же направлениях, где этим процессам противостоял Запад прямо (объединение всех славян + этнически иных православных в одном государстве)[68], или из-за кулис (многовековая борьба непосредственно с Турцией)[69], династия Романовых и возглавляемое ею государство потерпело полный крах: в конце концов Российская империя как государство рухнула в борьбе именно против Запада, как региональной цивилизации.

Если говорить о причинах её краха, то они состоят в неспособности династии Романовых организовать опережающий по отношению к Западу общекультурный, научно-технический и организационный прогресс Русской многонациональной цивилизации в границах империи. Научно-технический и организационный прогресс в России в период их правления (если не считать российских самородков — исследователей и изобретателей, ни одного из которых режим не поддержал) — это импорт и перенятие достижений Запада в готовом к употреблению виде с запаздыванием от нескольких лет до полувека и более.

Освоение достижений Запада большей частью осуществлялось на основе привлечения иностранцев на службу в Россию, а не за счёт обучения (в том числе и за рубежом) «подданных» империи и создания государством возможностей для проявления и развития их творческого потенциала внутри страны.

От эпохи Романовых остались дворцы, парки, храмы, памятники, построенные большей частью иностранцами и безвестными крепостными. Изначальное назначение всего этого, ставшего нашим наследством, — за редкими исключениями, относящимися большей частью к другим видам искусства (литературе, музыке, театру) — создавать трудом простонародья повседневный комфорт “элите” и ублажать её гипертро­фиро­ван­ное самомнение[70].

Если говорить об успехах Петра I и Екатерины II в области внешней политики, то их политика — исключение из общего характера правления династии Романовы. Их политика в противоборстве с Западом и в деле защиты России от его агрессии достигла успеха только за счёт игнорирования сложившейся ко времени их правления великосветской “элиты” России и вовлечения в дело новых людей, на момент начала ими карьеры, к высшему свету не принадлежавших[71], а также и привлечения иностранцев на русскую службу[72]. Т.е. они достигали успеха, когда строили свою кадровую политику в стиле более или менее общенародного, а не “элитарного” государства.

И в сопоставлении с их успехами во внешней политике, политика всех остальных Романовых в Западном направлении не привела ни к каким достижениям цивилизационного, общенародного характера, сопоставимым с достижениям на Востоке. Да и то, усилиями Петра I и Екатерины II с большим трудом удалось вернуть в границы России только издревле Русские земли. Народы же, которые к тому времени были порабощёны культурой Запада, так и остались в составе региональной цивилизации Запада; а те из них, кто оказался в результате некоторых успехов политики Романовых на Западном направлении в границах их империи, при крахе империи предпочли вернуться в лоно Западной региональной цивилизации.