Чтение онлайн

– Много народу будет? – спросила Лили после очередного приступа нежности и страсти.

Они сидели в огромной ванне, вырубленной в незапамятные времена из цельного куска кроваво-красного гранита, и отмокали в горячей воде, которая поступала сюда прямо из источника. Черт его знает, каким образом сочетались в Вестеросе общая техническая отсталость и отдельные шедевры прикладной механики. Система подачи воды почти на пятнадцать метров вверх была придумана и реализована едва ли не тысячи лет назад. Во всяком случае, согласно легенде, замок был построен на горячих ключах тем же Браном Строителем, который возвел ледяную Стену, и случилось это 8000 лет назад. Разумеется, легенды могут преувеличивать, и древнюю твердыню Старков построили тысячу или две тысячи лет назад. Но все равно, это случилось очень давно, а система насосов продолжает исправно качать в замок горячую воду для обогрева личных покоев лорда и его стеклянных садов, ну и для ванной комнаты, примыкающей к хозяйской спальне, хватает и воды, и тепла.

– Много ли народу соберется? – лениво переспросил Сириус. – Большой чертог вмещает пятьсот человек, но это по минимуму. Если потесниться, поместится где-то шестьсот. Вот как раз где-то между пятью и шестью сотнями, я думаю.

– Много! – удивилась Лили.

– Так лорд Винтерфелла не каждый день женится, - усмехнулся Сириус. – По такому случаю все приедут, и некоторые даже целыми семьями. Те же Карстарки или Мандерли, считай, человек по десять-двенадцать от каждой семьи. Тут же как, - он мягко подтянул к себе женщину и посадил к себе на колени так, чтобы было удобно ласкать ее груди, живот и то, что ниже живота, - свадьба – это ведь не только праздник. Это отличный повод себя показать и на других посмотреть. У людей дети подрастают, многим пора уже задумываться о помолвках…

Судя по всему, ей нравилось то, что он делал. Во всяком случае, Лилс откинулась на его грудь и, почувствовав руку Сириуса внизу живота, тут же раздвинула бедра, приглашая его двигаться дальше.

– А твои как? – Она все еще могла говорить, но ее голос стал на октаву ниже, и в нем зазвучала хрипотца, характерная для Лили в моменты, когда физиология брала верх над психологией.

– Мои…

«А что мои?»

– Мои мелкие еще, - сказал он, играя с ее клитором, - торопиться некуда. Хотя один уже просватан даже в его нежном возрасте.

– А Джон?

– Давай отложим этот разговор? – предложил Сириус и, не спрашивая, что и как, помог ей развернуться к себе лицом.

Удивительное дело, они понимали друг друга не то, что с полуслова, вообще, без слов. Такая вот магия любви. И сейчас все происходило именно так, как должно было быть. Она захотела развернуться, и он ее понял, потому что и сам хотел видеть ее лицо, когда она впустит его в себя. И Лилс уловила его желание войти, положила руки ему на плечи, приподнялась над ним и каким-то немыслимым образом с первого раза направила вздыбленный член Сириуса именно туда, куда надо. И все, что происходило между ними после этого, являлось естественным продолжением этих первых «шагов». Одно вытекало из другого, она исполняла его желания, он – ее. Движения женщины естественным образом вытекали из того, что делал мужчина, а он дополнял своими действиями ее страсть. И все это продолжалось упоительно долго, но на этот раз она его не обогнала, то ли притормозив, то ли вписавшись в ритм, и поэтому кончили они одновременно. Мощно и, что называется, в едином порыве.

– Так вот про Джона, - вспомнил Сириус минут через десять после того, как излился в свою жену. – Джон – это особый случай. Если иметь в виду, что по древним законам он уже король, невеста должна соответствовать. Но сейчас никто из глав Великих Домов не выдаст свою дочь за мелкого лорда с далекого Севера. Мезальянс. Но и ему жениться на ком-нибудь сильно ниже его по положению не резон.

– А если любовь? – спросила Лилс, уютно устроившаяся у него под боком.

– Короли не влюбляются, - тяжело вздохнул Сириус. – Право выйти за него замуж и, значит, стать королевой, стоит целой армии или многих миллионов золотом.

– Но он же взрослеет… - напомнила ему Лили.

– Поэтому я поставил на него несколько печатей… Сама понимаешь, бастарды нам не нужны, как, впрочем, и дурные болезни. А так пусть себе развлекается…

– Он знает?

– Знает, - хмыкнул Сириус, - но не злоупотребляет. Где-то так.

– А вообще, какие планы? – в голосе истома, но настоящей усталости или сонливости все еще не наблюдается.

«Крепкая женщина…»

– Планы, - сказал Сириус вслух. – Если иметь в виду Железный трон, то сейчас момент, чтобы предъявлять на него права, самый неподходящий. В Вестеросе установился стабильный мир. Никто ни с кем не воюет. Недовольные молчат в тряпочку, и случись Джону вступить в борьбу за трон, сейчас его никто не поддержит. Даже мои собственные знаменосцы будут против, потому что войны никто не хочет. Нет веской причины, чтобы браться за оружие, хотя недовольство имеет место быть. Однако, ты же знаешь, Лилс, как у нас говорят, худой мир лучше доброй драки. Другое дело, что мир этот, если смотреть на вещи трезво, иллюзорен и недолговечен. Все завязано на фигуру Роберта, но не все это понимают. Людям, знаешь ли, свойственно принимать желаемое за действительное, но то, что было естественно при Таргариенах, отнюдь не очевидно при Баратеонах. Случись королю умереть, и все сразу же рухнет. Ланнистеры полагаются на принцип преемственности власти, но забывают, как их ненавидят в Просторе, Дорне и здесь на Севере. Долина тоже неочевидный союзник. То есть, пока жив Джон Аррен – поддержка принцу-наследнику обеспечена, но лорд Орлиного Гнезда – старик, его наследник юн и слаб здоровьем, а знаменосцы смотрят кто куда. Речные Земли стремительно приближаются к смене поколений, но Эдмар не Хостер. Глуп, нерадив и подвержен сторонним влияниям. Так что, если против кронпринца выступит один из братьев короля, у него сразу же найдется много сторонников. Причем не где-нибудь, а в самом сердце королевства: в Штормовом Пределе и Королевских Землях. Королева и ее отец слишком резко дернули одеяло на себя, не озаботившись заручиться поддержкой коронных земель, где все еще полно лоялистов Таргариенов и тех, кто поддерживает Баратеонов, но не поддерживает Ланнистеров. А принц, хоть и носит фамилию Баратеон, выглядит, как я слышал, типичным Ланнистером и окружен этой его проблемной родней сразу со всех сторон.

– Тебе надо было не в авроры идти, а в Хогвартс – преподавать. – Лили оторвалась от Сириуса, села и потянулась. – Организм намекает, что секс лучше политики, но голова подсказывает, что тебя следует дослушать. Так что, говори, Сири, и не отвлекайся на мои прелести.

– Продолжай! – кивнула, встретившись с ним взглядом. – Я серьезно. Мне нужно это знать.

– Что ж, продолжать, так продолжать, - согласился Сириус, покидая постель. – Вина, мадам?

– Коньяк у тебя еще остался? – Лили притянула к себе с помощью Акцио[15] подбитый мехом шлафрок[16], и тоже встала с кровати.

— Значит, коньяк, - усмехнулся Сириус, который не стал заморачиваться с халатом. Ему и так было хорошо, а наготы своей, тем более, в присутствии Лилс, он не стеснялся.

– Разливай и продолжай, - поторопила его Лили, вдевая ноги в меховые «тапочки».

– По моим прикидкам, все рухнет лет через пять-шесть, - он достал из поставца графин с коньяком и разлил его в браавосские бокалы граненого стекла. – Вот тогда можно будет попробовать заявить свои права, но это когда еще будет и будет ли, вообще! В любом случае, нам, как Северу, следует готовиться к большой войне, а будет ли это война в поддержку Джона или что-нибудь другое, знают только наши Древние Боги, но вслух не говорят. Чиез[17]!

Они выпили, и Сириус в очередной раз подумал, что такого напитка им здесь сделать пока не удалось. Нет соответствующей культуры. А жаль!

– Таков наш первый, но, увы, сомнительный вариант развития событий. Джона к нему, однако, следует готовить в любом случае. Иди знай, как ляжет карта через десять или двадцать лет.

– А другие варианты? – спросила Лили, заедая коньяк асшайским изюмом.

– Останется знаменосцем Старков… Надеюсь, что у нас родится сын наследник. Тогда, учитывая разницу в возрасте, Джон мог бы стать старшим другом, военачальником и советником. Феод у него хороший, развивается быстро. В верховьях Гонца нашли рассыпное олово. Месторождение небогатое, но для производства изделий из бронзы хватит с лихвой, а это неплохие доходы. Опять же картофель посадим. Репа и брюква растут, хрен, вроде бы, тоже. Должна и картошка прижиться. Ну и, наконец, есть вариант женить его на богатой наследнице. Ты же понимаешь, если у нас с тобой не будет мальчиков, наследницей останется Арья. Вот ее и выдадим замуж за Джона. Он станет Старком, и всех дел.

– То есть, на данный момент Джон – единственный молодой мужчина, на которого можно положиться, - задумчиво произнесла Лили, по-видимому, сделав свой вывод из того, что рассказал ей Сириус.

– Вроде того, - кивнул он, подтверждая ее выводы. – Бран еще маленький, и, к тому же, если ничего не случится, он уйдет в Дом Ланнистеров. Ну, или Баратеонов. Арья еще младше, и она девочка. Каким бы волком она ни выросла, армией командовать никто ей не позволит. Знаменосцы за ней не пойдут.

– А за Джоном пойдут?

– За ним пойдут, как за командующим, которого назначил я.

– Слушай, все забываю тебя спросить, - чуть улыбнулась Лилс. – Если это не секрет, каков военный потенциал Севера.

– Хороший вопрос, - поддержал Сириус ее любопытство. – Я над этим работаю все эти годы. И сейчас положение совсем неплохое. Во всяком случае, гораздо лучше, чем во времена моего отца и деда. Сейчас мы можем выставить около 5000 тяжеловооруженных ратников, 2000 конных и 3000 пеших. Это, в основном, сами лорды и члены их семей, а также дружинники лордов, мы называем их гвардейцами. Однако есть еще и резерв. Это боеспособные ветераны гвардии и старшие родственники, некоторые сыновья и внуки ветеранов, которые остаются на хозяйстве, но при этом хорошо вооружены и обучены, ну и некоторые мальчишки из состоятельных семей. В случае чего, даже одиннадцатилетние и двенадцатилетние пареньки типа нашего Джона могут встать под знамена. Наш резерв – это порядка пяти тысяч человек. Они не пойдут на войну, но будут защищать свой дом, в чем им помогут такие женщины, как Лианна. В крайнем случае, пару тысяч из них можно будет включить в основную армию. Но это все, грубо говоря, рыцари, однако армия — это не только тяжеловооруженные войны. Есть еще и ополчение. Фермеры, арендаторы, охотники и горожане, рыбаки, старатели и рудокопы, строители и извозчики, то есть простой народ. У некоторых есть кольчуги и броня из вареной кожи, у других – только стеганые фуфайки, из оружия щиты и копья, булавы и кистени, реже секиры и боевые топоры. В сельской местности еще встречаются самодельные боевые косы, а в городах приличные боевые молоты, но, если война, то лорды, - каждый на своей территории, - пытаются приодеть своих ополченцев и довооружить. По последней переписи у нас порядка двадцати пяти тысяч таких воинов. И опять же, всех вывести с Севера нельзя. Кто-то должен защищать западное и восточное побережье, перешеек и подпирать Стену. Впрочем, если полыхнет по-настоящему, мы сможем поднять по всему Северу еще тысяч пятнадцать, и это, не считая женщин, детей и стариков, которые встанут на охрану деревень, городов и замков. Ну, и главная наша сила. Последние десять лет по всему Северу идет обучение лучников. Наш английский опыт, большие тисовые луки[18]. Весьма эффективное оружие на дистанции до ста ярдов[19]. И у нас таких лучников уже около тысячи. Так что Север может многим показать, где раки зимуют, тем более что у нас сформированы инженерный и медицинский корпуса и правильный обоз.