Чтение онлайн

– Можно, но осторожно, - хмыкнул в ответ Сириус.
– Я, вообще-то, Великий лорд, мне иногда приходится работать …

8.4

Интерлюдия IV : 295 год от З.Э.

Новый мир был попросту великолепен. Возможно, и даже скорее всего, на их Старушке Земле тоже можно найти подобные места, во всяком случае, не хуже, а, скорее всего, даже лучше. Однако Лили нигде, кроме нескольких локаций в Англии и Шотландии, никогда толком не бывала. Даже замок в Испании и шале в Италии – это, по большому счету, всего лишь дом и сад, ну еще кусок пляжа и редкие походы в магические кварталы Лондона, Эдинбурга и Барселоны. И все, собственно. Правда, был еще кромлех в лесу Дин, но там ей было не до красот природы. Там она работала. А здесь, в Вестеросе, где она покамест была всего лишь в гостях, она сразу же оказалась в настоящем девственном лесу, в окружении деревьев-исполинов, кустарников-ягодников и густых зарослей орешника, в которых кипела своя потаенная жизнь. То есть, она находилась сейчас посреди настоящей, без дураков, дикой природы со всеми ее прелестями в виде красот и дурманящих ароматов и гадостями, представленными каким-то мелким гнусом, который она, впрочем, легко от себя отогнала с помощью Repellens Maximus[11]. Уж на что магический лес Дин чудное место, но с Волчьим лесом, как называют эти места северяне, не сравнить. И что характерно, судя по некоторым признакам, - вой в ночи и полуобглоданная туша оленя, увиденная Лили близ тропы, - здесь действительно обитали волки, и было их не так, чтобы мало. Впрочем, по-настоящему потрясли ее волки Старков, Сириуса и его сестры Лианны, которую в целях конспирации следовало называть Петрой. Лютоволки были попросту огромны и могли внушить незнакомому с ними человеку, - например, ей самой, - настоящий первобытный ужас. Питомец самого лорда Старка по прозвищу Серый Ветер был с Лили почти одного роста, и это в холке, а ведь была еще голова с огромной пастью, снаряженной едва ли не десятидюймовыми[12] клыками. Однако при всем их внушающем ужас облике волки оказались в достаточной мере разумными и хорошо воспитанными. Понимали человеческую речь на уровне трех-четырехлетнего малыша и знали, как себя вести в той или иной ситуации и как реагировать на знакомых и незнакомых людей. Про Лили, например, волкам было сразу сказано, что она своя, после чего оба зверя, сопоставимые по размерам, с кем-нибудь вроде йоркширской каретной лошади[13], обнюхали ее, помахали хвостами в знак приветствия и разом потеряли к ней всякий интерес. Ушли с тропы и после этого носились где-то в лесу, притащив, однако, на бивак, разбитый с наступлением темноты, свой презент – приличных размеров подсвинка, которого с лихвой хватило и им, и людям. И всей разницы, что волки ели сырое мясо, а люди жареное.

Путешествие на лошадях по лесным тропам, вообще, оказалось хоть и утомительным, но весьма познавательным. Необычные породы деревьев, - чардрево, например, или железноствол, - маленькие речки и ручейки, через которые переправлялись вброд, лужайки, заросшие северными цветами и травами, лютоволки, бивак в первозданном лесу, но, главное, Лили увидела наконец Сириуса в качестве настоящего северного лорда. Перейдя в Вестерос, он как-то разом изменился. Не внешне, - тут, как говорится, ни прибавить, ни убавить, - но внутренне на все сто процентов. Совершенно другой человек. Иная посадка головы. Тяжелый взгляд серых глаз, и, разумеется, поведение. Властность в каждом движении и в каждом слове, и спокойная, сдерживаемая сила, живущая в этом могучем, - и чего уж там, - красивом мужском теле. Впрочем, нельзя сбрасывать со счетов и то, что «короля играет свита», и Лили было достаточно взглянуть на то, как ведут себя с ним его гвардейцы и слуги, чтобы понять – перед ней уже не повзрослевший аврор Сириус Блэк, а лорд-протектор Севера Эддард Старк. И, надо отметить, такой Сириус ей понравился еще больше. Даже намокла слегка, только представив, как он будет валять ее на звериных шкурах. Почему именно на шкурах, а не на привезенных из Англии льняных или шелковых простынях, это уже совсем другой вопрос, но «картинка» получилась зачетная.

Ну, да бог с ним, или лучше сказать, боги? Здесь на Севере, как она поняла из рассказов Сириуса, правят Старые Боги. Новые Боги или Семеро актуальны по ту сторону Перешейка. Но она, разумеется, о другом. Вечером второго дня добрались наконец до большой стоянки, где Лили познакомилась с сестрой Эддарда. Она была, разумеется, в курсе, что Лианна посвящена не во все секреты брата. Женщина думает, что это на ее брата Эддарда Старка «упала» память Сириуса, но Лили ее разубеждать, разумеется, не станет. Им и так хорошо. А женщина, к слову сказать, ей понравилась. Красивая и, что совершенно невероятно для Вестероса, хорошо сохранившаяся шатенка с темно-серыми почти что перламутровыми глазами. Интересный, чисто Старковский тип лица, приятная улыбка и походка опытного бойца. Но не тяжелого пехотинца или рыцаря, а легкого копьеносца или мечника. По легенде, которую сверстал Сириус для своей жены, оставшись сиротой Лилиан Бренн нанялась конфиденткой к одной немолодой даме из Дорна. Кто такая и откуда она была родом, Лилиан точно сказать не может, но от нее набралась чисто дорнийских словечек и выражений, не говоря уже о южном говоре Общего языка. Так что теперь ей предстояло получить все это от Лианны с помощью древнего китайского артефакта.

Ну, что сказать? Получила. Но этот артефакт работал как-то иначе, чем «Набор Лентяя». Тот из нее все соки выжал. Можно сказать, едва в гроб не загнал, правда, дело свое сделал на «ять»: научил драться руками и ногами, кинжалом и ножом, и даже облегченным мечом-шпагой[14]. Уровень, конечно, средний, - все-таки артефакт предназначался для лентяев, а не для мастеров, - и моторные навыки, как бы трудно их ни было усвоить – это не вся история. Вот перестройка сердечно-сосудистой и мышечной системы под «новые знания и умения» - это песня. Тело болело так, что хоть вой, и никакие обезболивающие не помогали, но зато сейчас, - после года интенсивных тренировок, - она могла справиться с обычным противником-маглом даже без палочки. Так что кинжал на поясе и шпага в багаже были у Лили не для красоты. Но сейчас речь о другом. Бутанский артефакт действовал иначе. Ни боли, ни головокружения, ничего. Просто одели с Лианной парные браслеты, Сириус произнес заклинание-активатор, и они с его сестрой сразу же вырубились. В себя пришли только через пять часов, но чувствовали себя при этом нормально. Даже усталости и той не ощущалось, а между тем, сейчас Лили могла свободно говорить, читать и писать на нескольких языках. Правда, акцент на общем языке у нее будет или северный или дорнийский, но тут уж ничего не поделаешь. И все прочее тоже усвоилось. Сейчас она знала многое из того, что не уроженцу Вестероса так сходу и не увидеть, а, увидев, не понять. И местную одежду, к слову, стало проще носить, и в седле седеть тоже, хотя, видит бог, Лили и так была вполне приличной наездницей. С тех пор, как поселилась с Блэками, как минимум, два-три раза в неделю выезжала на конную прогулку. По настоянию Вальбурги научилась сидеть в женском седле, но все-таки предпочитала, как и Беллатрикс, ездить верхом по-мужски. Однако здесь, в Вестеросе, и седла несколько иные и манера управлять канем не совсем такая, как в Англии. И таких мелочей наверняка были сотни. Просто езда верхом и одежда были самыми очевидными.

– Спасибо, Петра! – поблагодарила она сестру Сириуса. – Вы мне, можно сказать, глаза открыли.

– Главное, что вы теперь и говорите, и ведете себя так, как принято в Семи Королевствах, а если что-то все-таки будет выглядеть странно, так вы ведь выросли в Браавосе, ведь так?

Сейчас Лианна понравилась Лили еще больше. Не только красивая и умная женщина, а человек знающий себе цену. И брата любит, а потому и ее приняла, как свою. Вопрос этот, к слову, они с Сириусом обсуждали заранее. Лили не имела ничего против того, чтобы Лианна с детьми продолжала жить в Винтерфелле. Почему нет? Большая семья лучше маленькой, а Лианна, кто бы что ни говорил, лучше знает, как вести средневековое хозяйство такого размера. Однако и сестра Сириуса, еще до его «поездки» к жене, обещала, что конфликтов с невесткой не будет и даже предложила, что переедет из семейного крыла в Первую Твердыню или еще куда-нибудь, просто «чтобы не слишком часто попадаться на глаза». Однако, Сириус на это не согласился. В семейном крыле, рассчитанном, как и следует, на большую семью, имелось целых двадцать комнат, и, если сам он занимал по умолчанию четырехкомнатные покои лорда Винтерфелла, то ничто не мешает Лианне и ее сыновьям продолжать жить в своих трехкомнатных апартаментах. И кстати о них.

Лили знала, что старшему сыну Лианны Джону недавно исполнилось тринадцать лет, но выглядел он, как оказалось, лет на четырнадцать-пятнадцать, что не являлось для этого Мира и этой эпохи чем-то особенным. В Вестеросе, как она успела заметить, все выглядят старше своих лет, и это понятно. Жизнь у средневековых людей обычно трудная и короткая, и такой юноша из знатной семьи, как Джон, в свои тринадцать уже носит меч и может командовать отрядом всадников. Может жениться на какой-нибудь едва расцветшей двенадцатилетней девушке, так что, если девочка не умрет родами, то к восемнадцати годам парень будет отцом, как минимум, двух-трех детей. А его ровесница жена будет считаться зрелой матроной, да и выглядеть будет в большинстве случаев соответственно. У простых же людей все это выглядит еще ужаснее. Взрослеют быстро, стареют еще быстрее и умирают, порой, едва достигнув тридцати. Такие вот средневековые перегибы. Хотя правды ради, северяне и смотрятся здоровее и живут дольше.

К счастью, Джон жениться пока не собирался, зато вовсю помогал своему то ли отцу, как считали некоторые из домочадцев, то ли просто благодетелю, как это декларировалось на официальном уровне, выезжая, например, во главе отряда вооруженных всадников на патрулирование окрестностей, которое могло продлиться, учитывая расстояния, и сутки и седьмицу. Или даже уходил в рейд против забредшей с юга разбойничьей ватаги или отряда одичалых, прорвавшихся на Север из-за Стены. В остальное время он помогал Сириусу разбираться с бумагами и прочими делами, которыми занят лорд, а также продолжал свои тренировки с мечом, копьем и секирой или читал книги из обширной библиотеки Винтерфелла.

Вообще, эта часть жизни местных мужчин и даже некоторых женщин стала для Лили настоящим открытием. Она никогда раньше даже представить себе не могла, как много времени проводят мужчины, включая детей и подростков, за тренировками с оружием. Однако так все и обстояло. Средневековые методы и средства ведения войны требовали от людей не только известных умений и навыков, но и большой физической силы. Поэтому на тренировочную площадку, - в разное время, но практически ежедневно, - выходили практически все: и стражники, охранявшие замок, и гвардейцы - члены личной дружины лорда-протектора, и многочисленные домочадцы, занимавшие в Винтерфелле разное положение и выполнявшие в замке и окрестностях очень разные задачи. Любой мужчина в потенциале являлся воином и, значит, должен был хотя бы сносно владеть каким-нибудь оружием. Ведь никто не знает, когда и откуда может прийти враг, а регулярной армии, - стражников и гвардейцев, - на Севере не так уж и много. Так что махал боевым молотом винтерфеллский кузнец, упражнялся с секирой конюший лорда, стрелял из длинного лука старик-псарь и фехтовал с мечом и щитом старковский «бухгалтер» - младший сын из мелкого дворянского рода во владениях Мандерли. Но никто из них не мог сравниться с ее Сириусом, командиром гвардейцев Джори, мастером над оружием сиром Касселем и Джоном Гринвудом. Парнишка, выглядевший, как зрелый юноша, виртуозно владел мечом и составлял Сириусу и другим сильным бойцам достойную конкуренцию. Красивый, высокий парень, так похожий на лорда Старка, что было немудрено принять его за очередного старковского бастарда. Впрочем, его мать леди Петру Дейн точно так же считали бастардом отца Сириуса лорда Рикарда. Бастарды, вообще, как поняла Лили, делились на признанных и непризнанных, узаконенных или нет, а еще на таких, у которых, вроде бы, есть законные отец и мать, вот только по поводу отцовства существуют некоторые, порой, весьма серьезные подозрения. Так и в этом случае. Доказать никто ничего не мог, но одни считали, что сходство между Джоном и Эддардом связано с тайным отцовством последнего, а другие думали, что «виноват» покойный батюшка Неда лорд Рикард. Впрочем, и у матери, и у сына имелись свои вполне законные фамилии и владения, и на официальном уровне никто никаких претензий к их происхождению предъявлять бы не стал, да и не смог бы, на самом деле.

8.5 295 год от З.Э.

Винтерфелл принял Лили, как свою и, что любопытно, принял сразу. Особенно всех порадовало, что она по происхождению не южанка, а коренная северянка. Бреннов здесь еще помнили и многие были рады, что их кровь смешается с кровью Старков. Ну, а сам Сириус был просто счастлив. После всех этих долгих лет «попадания в Вестерос» и неудачного во всех смыслах опыта семейной жизни, в Винтерфелле появилась женщина, которую он мог без сожаления и оговорок назвать своей женой. Лили была как раз такой женщиной, которая была нужна лорду Эддарду, а то, что она была красивой, умной и не ленивой являлось приятным дополнением ко всем прочим ее достоинствам.

Первая ночь на новом месте подарила ему массу новых впечатлений, что было более, чем странно, если учесть тот факт, что перед этим они провели три счастливых месяца в Блэк-хаусе на Гримо 12, в замке Темный Утес на берегу реки Северн и в Черном замке, находившемся западнее Барселоны. Но то ли успели соскучиться друг по другу, - все-таки три дня в пути, - то ли так на Лили подействовала особая атмосфера Твердыни Севера, но она не только хотела сама, буквально сгорая от охватившей ее страсти, но и умудрилась так завести его самого, что Сириус не мог успокоиться до поздних утренних часов. Пришлось пропустить утренние спарринги, да и перед слугами было неловко, но домочадцы так обрадовались тому, что у лорда Эддарда появилась наконец настоящая леди, что целый день после этого находились в приподнятом настроении и старались угодить и ей, и ему.

«Вот ведь странные люди, - покачал Сириус мысленно головой. – Что им за дело, кого и как я трахаю?»

Но, судя по всему, им было дело, и они знали, что вопрос не в физиологии, а в психологии, хотя и не знали этих слов. Так что, все, вроде бы, устроилось лучшим образом. Она была с ним, и Винтерфелл принял ее, как жену лорда и хозяйку замка, но, разумеется, все понимали, что где бы они ни поженились, перед ликом каких бы богов ни принесли брачные обеты, окончательное решение за Старыми Богами. И вот уже вороны летят в Сероводье и Барроухолл, в Торхенов удел и в Темнолесье, к Мандерли и Сервинам, к Карстаркам и Амберам, ко всем лордам Севера. Летят и несут приглашение на свадьбу своего сюзерена.