Чтение онлайн

– Мистер Эггертон, вы подтверждаете, что в зале Арки вас было шестеро? – спросил помощник Гослинга.

– Да, ваша честь, нас было шестеро, - согласился Эггертон.

– Перечислите, пожалуйста, поименно всех присутствовавших, - продолжил адвокат.

– Лорд Блэк, лорд Лонгботтом, Аластор Грюм, Роберт Примроуз, Томас Глабб и я.

– Благодарю вас, мистер Эггертон. Мой следующий вопрос: вы видели падение лорда Блэка в Арку?

Молчание длилось почти минуту. Никто Эггертона не торопил, но все видели, как борется в нем желание ответить с невозможностью это сделать.

– Я не могу ответить на этот вопрос, - сказал наконец Эггертон, и вытер со лба пот.

– Очевидный конфликт между действием Веритасерума и Непреложным обетом, - прокомментировал мэтр Гослинг.

В принципе, все были с ним согласны, но допрос продолжался, и вскоре стало очевидно, что Нив Эггертон не может ответить практически ни на один вопрос, касающийся падения в Арку. Ни как это произошло. Ни то, кто толкнул Сириуса. Ни то, был ли, вообще, совершен кем-либо толчок с помощью или без помощи магии. Создавалось впечатление, - и это было отражено в протоколе, - что аврора Эггертона обвешали Непреложными, как елку гирляндами. Однако, на то и следствие, чтобы констатировать этот факт, и, когда таких фактов в ходе допроса других участников инцидента набралось слишком много, стало понятно, что присяжные, которыми в этом случае будут члены Визенгамота, назовут Грюма – виновным, а Лонгботтома и Эггертона – соучастником. И тогда тень ляжет на, якобы, распущенный Орден Феникса и на самого Великого Светлого, чего Дамблдор, естественно, допустить не мог. И поэтому на третий день следствия Сириуса пригласили в кабинет Министра, в котором, — вот так неожиданность, - присутствовал Председатель Визенгамота Альбус Дамблдор.

– Сириус, мальчик мой… - начал было профессор, но Сириус его сразу же остановил.

– Профессор! – укоризненно посмотрел он на старика. – Если вам есть, что сказать, говорите прямо.

– Ты должен забрать свое обвинение.

– С чего бы? – поднял бровь Сириус.

– Признание виновными таких людей, как Аластор и Фрэнк, больно ударит по всему делу света, - ответил старик.

Подразумевалось, что Сириус не сможет отвергнуть такой сильный аргумент.

– Полагаете, что мне все еще есть дело до вашего Дела? – Сириус понимал, что так или иначе, но придется пойти навстречу Дамблдору и Фаджу, который пока ничего не говорил, но кивал очень значительно. Однако пойти навстречу не означает сделать это бесплатно.

– Ты перешел на темную сторону? – блеснул стеклами очков профессор.

– У меня своя сторона, - усмехнулся Сириус, - и, как говорил великий поэт, «чума на оба ваших дома»[3].

— Вот даже как, - кивнул какой-то своей мысли старый волшебник. – И что, нам совсем никак не договориться?

– Ну, почему же, - пожал плечами Сириус.

Список требований был готов, осталось его только озвучить.

– Цена вопроса? – очень по-магловски спросил оживший вдруг министр.

– Прежде всего, амнистия для Беллатрикс Лестрейндж. Далее, вы навсегда забываете, что мою супругу когда-либо звали иначе, чем Лилиан Блэк, а моего сына - Ригель Блэк-Поттер, и еще одно. Или вы вычеркиваете Ригеля из списка учеников Хогвартса, или, начиная с 1991 и до 1998 года Защиту от Темных Искусств в Хогвартсе преподают только три человека: Беллатрикс, Лилиан или Сириус Блэк. Кто будет свободен, тот и преподает!

Что ж, главное было сказано. Оставалось лишь уточнить детали, потому что в нынешней ситуации ни Дамблдор, ни Фардж не могли себе позволить посадить в Азкабан специального агента Грюма и старшего аврора лорда Лонгботтома, а им грозили большие сроки. Это в 1981 можно было подтасовать факты и закрыть в тюрьме человека, который ради идеи отказался от семьи. Сейчас Сириус не сомневался, если бы Лили и Гарри погибли, его бы сделали крайним. Виновный им по любому был нужен, а тут одним выстрелом двух зайцев. Да еще и по лёгкому. И виновника трагедии публике предложить, и род Блэков окончательно уничтожить. Но он тогда сработал на опережение, и у них ничего не вышло, да еще и договариваться пришлось. Оттого и упал в Арку. Но это тогда, сейчас им его уже так просто не убить. Слишком много людей знает, что тогда произошло, и даже если его вдруг прибьют недобитки Волан-де-Морта, виноватыми все равно назовут Дамблдора и компанию. Однако и сдать своих Дамблдор тоже не может. Слишком громкие имена, слишком большой резонанс и слишком сильный удар по репутации. Поэтому соглашение было заключено. Был составлен и подписан министром и председателем Визенгамота договор, а чтобы он не остался пустой бумажкой, - пергаментом, если быть точным в деталях, - были принесены взаимные непреложные обеты. И дело было сделано. Они все четверо могли теперь не прятаться, а жить, как и следует представителям древнейшего и благороднейшего семейства Блэк…

8.2 Февраль 1985

Замок Castillo Negro не был замком в полном смысле этого слова. Скорее это был укрепленный манор. Замок должен что-то защищать. Излучину реки, горный перевал, перекресток дорог или важный брод. Но Черный замок был всего лишь резиденцией волшебников. Блэки построили его в XVI веке в качестве эдакого летнего домика. Погода в Англии и Шотландии по большей части скверная. И это не только про зиму или осень. Весной и летом, порой, ничуть не лучше. А в Каталонии голубое прозрачное небо, яркое солнце и теплое море. А еще красивая музыка, зажигательные танцы, берущие за душу песни и невероятно вкусные фрукты. Однако зима есть зима. Она даже в Барселоне некомфортное время года. И хотя это был редкий для каталонского февраля ясный день, на берегу моря было ветрено и прохладно. Местные говорили, холодно, но для Сириуса, прожившего много лет на севере Вестероса, девять градусов по Цельсию казались теплым днем. Наверное, поэтому он устроился в шезлонге на одной из башен замка и закутавшись в шерстяной плед наслаждался теплым солнышком. Опять же Средиземное море. Оно было прекрасно в своем разнообразии красок от светло-голубого до кобальтового синего.

– Ты еще не замерз?

Разумеется, он ее услышал, но раз она хотела подкрасться к нему незаметно, то почему бы не сделать женщине приятное? И Сириус «не замечал» Лили до тех пор, пока она не заговорила.

– С чего бы? – оглянулся он на нее. – Не хочу тебя пугать, Лилс, но для вестероского Севера – это теплый день. Не лето, конечно. Летом у нас температура воздуха, я думаю, в среднем около 20°C. В южных районах рожь сеют, капусту и морковь выращивают, теперь вот собираюсь внедрить картофель[4]. Как раз для нашего климата и зимней бескормицы.

– Кто бы подумал, что Сириус Великолепный превратится в твердого хозяйственника! – усмехнулась Лили, устраиваясь у него на коленях.

Ну, что сказать. Он, и в самом деле, превратился с годами в рачительного хозяина. И ему было о чем подумать. Планов было много. Возможностей, если использовать магию и ресурсы Земли, было еще больше. Но, с другой стороны, у них с Лили был сейчас настоящий медовый месяц, и они оба, не сговариваясь, не желали тратить ни одного лишнего мгновения на всякую ерунду. И все-таки, все-таки, все-таки…

– А кто это там летает? – указал он рукой.

Там на западе, в небе над морем летали какие-то ну очень крупные птицы.

– Там драконий заповедник, - как о чем-то само собой разумеющемся ответила женщина.

– Кто там живет? – заинтересовался Сириус.

– Там разводят венгерских хвосторог, - плотнее прижалась к нему Лили.

Драконов он изучал, кажется, на шестом или даже седьмом курсе, и многое успело забыться, но вот про этого дракона он отчего-то помнил. Венгерский Хвосторог – огромный зверь, до 18 метров длины, черный с желтыми вертикальными зрачками, сильный и свирепый. В общем, чудовище, являющееся ультимативным хищником. Четыре лапы с ужасающей длины и остроты когтями, огромная пасть, оснащенная не менее острыми и длинными клыками, смертоносный хвост, удар которого способен убить на месте слона или носорога, и струя пламени, которое хвосторог бросает на 15 метров. Но главное даже не это. Все драконы являются полуразумными существами, но в разной степени. Одни умнее, другие глупее, и венгерский хвосторог, по-видимому, самый среди них умный. Сейчас Сириус даже вспомнил рассуждения какого-то драконолога, читанные им еще в Хогвартсе. По мнению этого специалиста хвосторог обладает разумом, сопоставимым с интеллектом четырехлетнего ребенка. У него даже есть своеобразное самосознание хищника, но договориться с ним крайне сложно, поскольку в отличие от других пород он игнорирует человеческую речь, так что общаться с ним, если, вообще, это возможно, могут только легилименты[5], и чем сильнее легилимент, тем эффективнее его связь с драконом. Проблема в том, что легилиментов мало, а те, что есть, совершенно не интересуются драконами. Однако Сириус был не только легилиментом, он был варгом, и такой способ общения был ему вполне естественен и даже привычен. Это птиц варги обычно брали под полный контроль, но вот с крупными собаками, лошадьми, медведями, мамонтами и лютоволками варги именно общались, хотя в ряде случаев могли и управлять этими сильными умными животными.

– Как думаешь, - спросил он прижавшуюся к нему Лили, - какой максимальный створ портала мы сможем создать? Хотя бы теоретически.

– Лошадь проходит, - напомнила Лили, дыша ему куда-то под подбородок, - двух коров и быка мы тоже переправляли. А кого ты хочешь переправить?

– Дракона.

– С ума сошел?! – вскинулась женщина.

– Напротив, - возразил Сириус. – Поумнел.

– Лилс, - чмокнул он ее в макушку. – Дракон в Вестеросе – это супероружие. У них там тоже были когда-то драконы, но другие. Виверны такие, знаешь ли, огромные. С крыльями и огнедышащие. Если перевезти на Север пять-шесть молодых хвосторог, они там отлично приживутся. Еды полно, особенно в морях. Киты, дельфины, касатки, моржи и тюлени… Есть и крупная рыба. Тунцы под два метра длиной, осетры… В лесах олени, лоси, волки и медведи, кабаны и косули…

– Ты сумасшедший!

– Я не сумасшедший, я визионер! – хмыкнул Сириус. – Представляешь, я верхом на венгерской хвостороге…

– Какие размеры у молодого дракона? – Лили перешла на деловой тон, и это было хорошо.

– Договориться, наверное, можно уже с двухлеткой-трехлеткой… У них мозгов и жизненного опыта должно быть достаточно.

– А размер?

– Четыре-пять метров в длину, до двух с половиной метров в холке. Со сложенными крыльями длина до шести метров и рост под три метра.