Чтение онлайн

Я тряхнула головой. То, что Чун стала личной ученицей бессмертного мастера, — однозначно прекрасная новость. Своим упорством и талантом Чун это заслужила!

— Мне придётся уйти, — помрачнела Чун.

— Куда?

— Личные ученики живут с мастером.

— Значит, ты переезжаешь во дворец бессмертного мастера Шебао Чжун, — мысль о расставании с трудом укладывалась в голове: это тяжело, даже если не навсегда. — Я подумаю над более надёжным способом связи. Ты же помнишь, как можно написать письмо?

Чун кивнула.

В начале активной переписки с Фань Ялин я показала Чун и Чжан Вэю технику создания и доставки писем-журавликов.

Погрустить о переменах в жизни как следует не удалось. Учитель так загонял нас с Суй Янхао во второй половине дня, что все прочие мысли выветрились из головы.

На следующий день, пропустив зарядку, на уроках Чун появилась в новенькой форме личной ученицы с дополнительным морозным узором, вышитым серебряной нитью по вороту. Её волосы были убраны в строгий пучок, очень похожий на тот, который носила Шебао Чжун. Чун словно повзрослела за один день. Или же это я по-новому увидела подругу и переоценила все её достижения?

Стоило покинуть дворец знаний, как Чун, сославшись на своего учителя, сбежала. И на обед мы с Чжан Вэем отправились вдвоём.

— Мне стоит поторопиться, чтобы впечатлить мастера Дуаньму Сянсюна, — пристроившись рядом, как ни в чём не бывало сказал Лю Мэнцзы. — Учеников на пике много, и в личные ученики возьмут не всех. Осталось всего полтора года в ордене Вушоу, чтобы завоевать чьё-то расположение.

Чжан Вэй замер и на миг отстал от нас.

— А как ты хочешь стать личным учеником? — удивилась я. — Фань Ялин написала, что тех, за чьё обучение родители заплатили, в личные ученики не берут, поэтому она после обучения на пике Зимородка возвращается домой к отцу.

— Значит, её отец не готов платить за дальнейшее обучение. Только и всего, — пожал плечами Лю Мэнцзы.

Чжан Вэй поморщился от темы разговора, но смолчал и не стал уходить.

— Как же тогда У Ксин? У неё богатая семья, которая может себе позволить дальнейшее обучение и вряд ли против того, чтобы их дочь училась дальше. Да и семья Гао… — спросила я.

Что У Ксин, что Гао Юн делали всё возможное, чтобы продолжить своё обучение боевым искусствам.

— Там ситуация другая. Это всё же военные семьи. Скорее всего, какой-то личный запрет императора, — в задумчивости дотронулся до подбородка Лю Мэнцзы.

— И в чём тогда смысл? Та же У Ксин может ввести бессмертного мастера в семью через замужество.

— Во-первых, бессмертного мастера ещё попробуй найди и уговори вернуться к мирской жизни. Во-вторых, в случае У Ксин ввести в семью бессмертного мастера слишком рискованно. Она же женщина, если она сама не станет бессмертной — это верная смерть или мучения до конца жизни.

— Что ты имеешь в виду?

— Ох, Сяо Цзин, чем ты мастеров слушаешь? Ты же женщина и для собственной безопасности должна помнить о таком, — неподдельно возмутился Лю Мэнцзы, переставая изображать из себя достойного молодого господина, который из вежливости подошёл перекинуться парой слов с соучениками. — Если женщина хочет стать бессмертной, то до формирования золотого ядра она ни в коем случае не должна допускать беременности. В противном случае бессмертия ей никогда не достичь.

— Это я помню. Учитель говорил, что всё оттого, что женщинам из-за их особенностей вообще труднее сформировать золотое ядро, — нетерпеливо перебила я.

— Кроме того, нужно внимательно выбирать партнёра. Потому что, если зачать от мужчины с уже сформированным золотым ядром, смерть матери практически гарантирована. Такие неравные браки ведут к несчастью. Либо мужчина потеряет жену, либо они будут мучиться бездетными. Возвращаясь к нашей теме, мужчине проще ввести в дом женщину-бессмертного мастера через женитьбу. Это безопасно и также является причиной того, отчего женщин-бессмертных мастеров меньше.

— Но ведь благодаря парному совершенствованию можно сравнять совершенствование в супружеской паре?

— Можно. Но когда рядом любимый человек, соблазн становится слишком велик. Думаешь, как нынешний глава ордена потерял жену?

— Что?! — я остановилась и схватила Лю Мэнцзы за рукав. — Но говорят, она погибла в облаве на озёрного монстра.

— Сплетничать нехорошо, — недовольно буркнул запылавший ушами Чжан Вэй и поторопился оставить нас одних.

— Точно известно, что мать Шебао Лицзюня так и не получила ранг мастера. В эти дела, разумеется, лучше не лезть. Но умные люди способны делать выводы на основе фактов, — осторожно выдернул свой рукав из моей хватки Лю Мэнцзы.

— Но это же значит…

— Что нужно быть осмотрительной и заниматься собственным совершенствованием, а не засматриваться на бессмертных мастеров, — мерзко хохотнул он.

Я тяжело вздохнула и отцепилась, внутренне соглашаясь. Мне точно рано думать о спутнике на тропе совершенствования. Впрочем, в моём случае всё ещё сложнее, но об этом рано волноваться.

— У меня есть просьба. Выслушаешь? — внезапно посерьёзнел Лю Мэнцзы, и я кивнула заинтригованная. — Ты хорошо ладишь с Фань Ялин с пика Зимородка и сама сказала, что вы переписываетесь. Помоги мне с ней связаться.

— Зачем тебе?

— Мне нужны некоторые травы как раз для того, чтобы впечатлить мастера Дуаньму Сянсюна.

— А… Это Фань Ялин сделать сможет. Просто напиши ей, и она всё тебе расскажет. Только ей придётся потратить немало ци, так что подумай, чем будешь расплачиваться.

— Уже всё продумал, за кого ты меня принимаешь, сестра Сяо Цзин? Лучше расскажи, как вы переписываетесь.

— Это нужно показывать. Давай завтра во дворце знаний перед уроками?

— Там будет полно народа, — поморщился Лю Мэнцзы.

— Ну вот и хорошо, не придётся несколько раз объяснять одно и то же. Всем покажу один раз, и переписывайтесь хоть со всеми пиками ордена Вушоу разом.

Теперь я не тренировалась с У Ксин и Чжан Вэем. Большую часть времени друзья были предоставлены сами себе. С ними мы пересекались только на зарядке и уроках. Так что для меня стало неожиданностью то, что однажды Чжан Вэй, как и Чун, не пришёл на утреннюю тренировку, а на уроках появился в форме личного ученика.

На обеде я подсела к одинаково бесстрастным У Ксин и Шую.

— Вы знаете, к какому мастеру пошёл учиться Чжан Вэй? — прямо спросила девушек.

— К мастеру гуаньдао Янь Юнфэю, — просто ответила У Ксин.

— Даже ничего не сказал о своих планах, — посетовала я.

— Дела говорят лучше слов.

Я невольно хмыкнула, вспомнив округлившиеся глаза Лю Мэнцзы, который впервые увидел своего соперника в форме личного ученика. Лю Мэнцзы много говорил о своих планах, а Чжан Вэй опередил его, не сказав и слова о своих намерениях.