Чтение онлайн

– Очень интересно, - сказал Элем.

– Правда интересно? Я разносила вечернюю почту и подумала о нем, а они как начнут наговаривать!

– И что они сказали?

– Что он великий.

– Так и сказали?

– Более великий, чем все короли и цари не только из тридевятых государств, но даже из тридесятых. В общем, четыре строфы, шестнадцать строк, восемь мужских рифм и восемь женских.

Дурнушка положила перед Элемом листок, вырванный из тетрадки.

– Хвалебная песнь про Гуна.

– Что же вы стоите!
– воскликнул Элем.
– Садитесь, прошу вас! Как поживаете, как ваше здоровье? Хвалебная песнь про Гуна с мужскими и женскими рифмами, ха-ха! Эх и утру я нос министерству склок! Хвалебная песнь про Гуна - вот чего нам не хватало в хозяйстве!

Поздравляю, мадемуазель, вы сделали блистательную карьеру. Ваша заслуга будет награждена. От имени правительства выражаю вам благодарность. И вот вам лента. Вы ее будете носить через плечо. Напишем на ней вот так: "Наша лучшая поэтесса. Сочинила хвалебную песнь про Гуна". Чтоб все знали, кто вы такая. Что это на вас?

– Почта. Я почтальон.

– Снимите. Бросьте.

– Надо же разнести письма.

– Бросьте. Какие письма? Кому они нужны? Вы наша лучшая поэтесса. Будете купаться в лучах славы. Сюда, в угол.

Дурнушка кинула сумку в угол.

– Курьер! Выкиньте это. В мусорное ведро.

Курьер унес сумку.

– Лучшие композиторы, - сказал Элем, надевая на дурнушку ленту с надписью, - положат ваше творение на музыку. Ваше прекрасное стихотворение. До свиданья, до свиданья. Мерси, мерси. Желаю новых творческих успехов вашим голосам. Если им вздумается на досуге обмолвиться парой слов о вашем покорном слуге, буду польщен.

Расшаркиваясь, Элем проводил дурнушку до дверей кабинета.

Дальше она пошла одна с лентой через плечо.

В конторе на своих местах сидели конторщики. При виде дурнушки они перестали писать и обмакивать перья, и послышался шепот:

– Она сочинила хвалебную песнь про Гуна.

– Что сочинила?

– Хвалебную песнь про Гуна.

– Вон та дурнушка.

– Смотрите на дурнушку, которая сочинила хвалебную песнь про Гуна!

– Да!
– отвечала она, кивая им.
– И лучшие композиторы положат ее на музыку.

Она вышла из ратуши. На улице прохожие. Отовсюду слышалось:

– Смотрите на дурнушку, которая сочинила хвалебную песнь про Гуна!

– Я лучшая поэтесса в городе, - дружески сообщала дурнушка тем, кто не сразу ее приметил.
– Видите, на мне написано. Я сделала блистательную карьеру.

На улицах окна и ворота. И отовсюду:

– Вон дурнушка, которая сочинила хвалебную песнь про Гуна!

– Это слава!
– воскликнула дурнушка.
– Я купаюсь в ее лучах!

И вдруг крикнул кто-то:

– Бей дурнушку, которая сочинила хвалебную песнь про Гуна!

Камень полетел из подворотни слева и ударил дурнушку в левую щеку.

И из подворотни справа полетел камень и ударил дурнушку в правую щеку.

Схватилась дурнушка за лицо, остановилась посреди улицы, закричала:

– Как вы смеете! Я лучшая поэтесса в городе!

И сверху посыпались камни, из окон, с крыш. По голове, по плечам. Рванулась дурнушка, побежала что было сил. Бежит, спотыкается о булыжники мостовой. А камни справа, слева, вдогонку!

– Бей дурнушку, которая сочинила хвалебную песнь про Гуна!

– Да вы это что?
– гаркнул Анс, шедший навстречу.
– Совсем свихнулись?!

Ему стали объяснять из окон, из ворот, кое-кто - свесив головы с крыш:

– Она сочинила хвалебную песнь про Гуна!

– Что?
– спросил Анс - Про Гуна? Значит, застращали, заставили. Я ее знаю, она не такая.

– Бей и его!
– закричали.
– Он за нее заступается! Бей обоих!

Гуще грянул град камней. Дурнушка упала.

– Идиоты!
– ругался Анс, расставив покрепче ноги, чтобы самому не рухнуть под ударами.
– Нашли на ком беду вымещать, на девчонке! Ну, доберусь до вас - намну бока!

– Свои береги!
– грозились сверху.
– А дурнушке, которая сочинила хвалебную песнь про Гуна, житья не будет, так и знай!

– Эх!
– сказал Анс. Наклонился, поднял дурнушку и понес.

– Голоса мои, бессовестные!
– плакала дурнушка.
– Как же вы меня подвели!

– Нечего на голоса все валить, - сказал Анс.
– Сама-то хороша. Заставили? Сдрейфила?

– Ах, - плакала дурнушка, - лучше бы я не делала блистательной карьеры! Лучше бы осталась почтальоном, как была!

– А кто тебе мешает оставаться почтальоном?

– Курьер все письма выбросил в мусорное ведро. Ах, лучше б меня отдали обратно к мачехе в трактир, чем такой позор!

– Молчи уж, - сказал Анс.

Он вышел со своей ношей за город. Высокая горка была перед ним, он стал подниматься по витой тропинке. Тем временем наступил серый-серый вечер: трава серая, море серое, открывшееся с горки; небо, как пепел, серое, в нем одна переливалась крупная звезда.

Там, на горке, была обсерватория с телескопом. Астроном, иностранец, смотрел в телескоп на звезду, когда вошел Анс с дурнушкой на руках.

– Господин астроном, - сказал он, опуская дурнушку на койку в углу, эту девушку надо спрятать на время, а я должен покинуть город; на вас, думается мне, можно положиться в смысле порядочности. Потому что если не полагаться на человека вашей специальности, то на кого же тогда?

Астроном оторвался от телескопа.

– Почему вы должны покинуть город?

– Потому что я не хочу служить времени, идущему назад.

– Что с девушкой?

– Ее побили камнями.

– Черт знает что, - сказал астроном.
– Когда я приехал, у вас было не без странностей, но пристойно, многое даже трогательно. Дождусь затмения и ну вас, на другой же день меня здесь не будет. Хорошо, я ее спрячу. От кого надо прятать?

– От всех.

– Хорошо. Если кто-нибудь придет, я спрячу ее в телескоп.

– Надо перевязать ей раны, - сказал Анс.

И они принялись перевязывать раны дурнушке, и лучистая звезда смотрела на них в окно.