Чтение онлайн

1854

АРЛЕКИН

Меня всю ночь промучил сплин...

Передо мной, к стене прибитый

И, видно, няней позабытый,

Висел бумажный арлекин.

Едва хочу я позабыться —

Вдруг арлекин зашевелится,

Начнет приплясывать, моргать

И точно хочет что сказать.

Я ободрил его. Он начал:

«У вас мне просто нет житья.

Здесь для детей забава я,

А то ли я в Европе значил?

Там все уж знают и твердят,

Что нынче век арлекинад.

Мы маскируемся, хлопочем,

Кутим, жуируем, морочим

И, свет волнуя и губя,

Тишком смеемся про себя.

Но ты меня не понимаешь...

Не мудрено! Ты знаешь свет

Из книг французских да газет;

И, верно, всё воображаешь,

Что арлекин — остряк и шут,

Философ жизни, умный плут,

Друг Бахуса и всякой снеди —

Есть вымысл площадных комедий.

Так было прежде, в старину.

Тогда нас в строгости держали,

Тогда мы роль свою играли

Исправно... Даже не одну

Услугу людям оказали...

Скажу не обинуясь: мир

Вперед мы двигали чудесно,

Когда какой-нибудь безвестный

Нам роли сочинял Шекспир.

Таких Шекспиров было много

Во всех родах. Их здравый ум

Всем и всему судья был строгой.

Их смех был плод глубоких дум...

На площади за ширмой пестрой

Мы зло язвили шуткой острой,

И к нам езжала даже знать,

Чтоб каламбур у нас занять, —

Инкогнито!.. Мы беспристрастно

Тартюфов ставили на смех;

Критиковали даже тех,

Кого критиковать опасно:

Известный взяточник и вор

Боялся нас как привиденья;

В делах правленья самый двор

Нас принимал в соображенье.

А шарлатанов-докторов,

Сластолюбивых старичков

И легких модников аббатов,

Скупцов и плутов-адвокатов,

Старух — охотниц до интриг —

Держал в острастке наш язык.

Так в нашем смехе и злословье

Нашли орудье короли,

Чтоб сор мести с лица земли;

И нас любили все сословья:

В них силы наша болтовня

Возобновляла, как лекарство,

Тем в равновесии храня

Все элементы государства.

Пленясь критическим умом

И нашей речи бойкой солью,

Нас свет иной, важнейшей ролью

Решился наградить потом.

«Вы гнать умеете пороки, —

Сказал, — подайте же вы нам

Высокой мудрости уроки!

Как дети вверимся мы вам.

Всей государственной машине

Вы чудный сделали разбор, —

Так перестройте ж нас вы ныне,

Да новый мир пойдет с сих пор!»

В нас ум всегда был смел и скор.

Вмиг план готов, и ухватились

За труд с уверенностью мы.

Мы к той поре уж поучились

И наши бойкие умы

Уж в философию пустились;

Пьеро надел уже парик,

И точно — царь был в царстве книг!

И мы пошли ломать. Трещало

Всё, что построили века...

Грядущее издалека

Нам средь руин зарей сияло...

Но вдруг средь наших сладких снов,

Средь наших пламенных теорий —

Мы слышим черни ярый рев:

Как будто вдруг из берегов,

Бушуя, выступило море!..

Мы в ужасе глядим кругом,

И что ж? Как демоны в потемках,

Одни стоим мы на обломках:

Добро упало вместе с злом!

Все наши пышные идеи

Толпа буквально поняла

И уж кровавые трофеи,

Вопя, по улицам влекла...

Но это всё тебе известно;

Ты знаешь, как одни из нас,

Противу черни ополчась,

Погибли праведно и честно;

Но ты не знаешь одного —

Что многим голову вскружило

Господство, власть и торжество,

А с тем и деньги... Да, мой милой!

Кто раз уж сладко ел и пил,

Тот аппетит уж наострил!

Мы взять попробовали силой —

Да не смогли. «Ну так постой, —