Соль и призраки
Шрифт:
Девушка повернулась к ним и кивнула в знак приветствия.
— Девочка.
— И как зовут кроху?
— Джулия. Назвала в честь прабабушки, — улыбнулась Фрэн и с умилением
посмотрела на младенца. Аннабель подошла к ней и положила руку ей на плечо.
Со стороны жест казался очень тёплым и заботливым. У Бернарда ещё не было
времени поинтересоваться, но он и так уже понял, что Аннабель и Фрэн хорошо
относились друг к другу, словно родственники.
— Джул*, значит, — кивнул Юэн. — Как летний месяц, в котором она родилась.
Бернард усмехнулся. Юэн не был бы собой, если бы сходу не выдумал короткий
вариант имени.
— Можете подписаться здесь? — спросила одна из медсестёр, обращаясь к
Фрэн.
— Да, — девушка опустила взгляд на ребёнка.
— Давай подержу, — шагнув вперёд и вытянув руки, вызвался Юэн. Аннабель
даже не успела среагировать первой. Бернард был, впрочем, не удивлён. — Я
умею обращаться с детьми.
Фрэн почему-то сначала коротко посмотрела на Бернарда и после отдала
Джулию Юэну. Тот с радостью принял свёрток, уверенным движением
обхватывая его. Девушка подписалась, где было необходимо, и, сказав, что что-то
забыла в палате, ушла. Аннабель внезапно разговорилась со знакомой
медсестрой, видимо, с бывшей коллегой.
— Дети тебя любят, — прошептал Бернард, наблюдая за тем, с какой искренней
любознательностью малышка смотрела на Юэна. Ей было всего пару дней от
роду, но она каким-то образом уже вызволила ручку и потянулась вверх, шевеля
крохотными пальчиками.
— Им почему-то нравятся мои волосы, — усмехнулся Юэн, склоняясь к ребёнку
и давая пощупать свои пряди.
— Мне они тоже нравятся, — тихо-тихо произнёс Бернард.
— И ты можешь их потрогать в любое время.
— Спасибо.
Очарованная аурой Юэна малышка растопыренными пальчиками хваталась за
его пряди и аккуратно тянула на себя. Потом она опустила ручку и улыбнулась.
— Смотри, Джул, и запоминай, это Берни. Это он привёз тебя с твоей матерью в
больницу. Так что «спасибо» надо будет говорить ему, когда научишься.
— Она, конечно же, всё поняла.
— Ты недооцениваешь детей. Они всегда всё понимают. Может, не словами, но
на подсознательном уровне точно.
Бернарду вспомнилась старая фотография, на которой Юэн держал свою сестру, такую же маленькую.
— Добро пожаловать в наш мир, малышка, — сказал Юэн, смотря на ребёнка. —
Здесь тебя ждут преимущественно боль, страдания, непонимание. Негатив, разочарования, постоянные тревоги и необходимость протирать пыль раз в
неделю. Но есть и хорошие вещи, вроде акций на пиццу. А если повезёт, ты
встретишь такого же несчастного человека и будешь бегать с ним по ночам
купаться голышом в озере.
— Самое лучшее напутствие, которое я когда-либо слышал, — усмехнулся
Бернард. — Правда, я не так уж много их слышал, но всё равно.
Вернулась Фрэн с толстовкой Бернарда в руках.
— Спасибо за кофту, — сказала она. — Я верну, когда постираю её.
— Как угодно, — пожал плечами Бернард.
Юэн передал Джул обратно её матери.
— Придерживай её вот так, выше, — посоветовал он, — чтобы голова не
запрокидывалась. И чаще проверяй, прикрыта ли макушка. У новорождённых на
темечке кость очень тонкая. Малышка может простудиться.
— О-о, хорошо, спасибо за советы, — со смятением проговорила Фрэн и
натянула ткань свёртка девчонке на лоб.
Бернард мысленно усмехнулся факту, что Юэн раздаёт советы в этой сфере. Но
объективно говоря, он действительно был опытнее Фрэн. Спасибо Джинджер.
На обратном пути, в машине, все старались разговаривать тише, раз уж совсем
молчать не получалось. Фрэн убаюкивала Джулию, однако та засыпать не хотела.
Малышка помалкивала, будто ей на самом деле было интересно слушать
разговоры взрослых. Впрочем, наверное, так и было. Для неё всё сейчас казалось
интересным и завораживающим.
— Бернард, прости, я могу быть не точной, но сколько тебе лет? —
поинтересовалась вдруг Аннабель, когда остальные темы разговоров оказались
исчерпаны.
— Весной исполнилось двадцать четыре.
— У тебя ведь ещё нет детей? Прости, мы столько лет с тобой не виделись, что я
о многом могу не знать. Эллен обычно кратко о тебе упоминает.
— Детей нет, — подтвердил Бернард.
— А ты состоишь с кем-то в отношениях?
Бернард помедлил с ответом с секунду.
— Да.
Так или иначе они медленно подбирались к тому, что Аннабель должна была
узнать о них с Юэном. Вот только Бернард не хотел говорить о таком в машине и
при посторонних людях. Но судьба почему-то, как назло, всегда подкидывает
самое неподходящее время и место.
— Вы не задумывались ещё насчёт семьи? — невозмутимо спросила Аннабель.
Конечно, для неё такие вопросы не были странными или неожиданными. Общие
и дежурные фразы. И, стоило признать, вполне логичные для родственников, которые много лет не виделись.
Бернард глубоко вздохнул и покосился на Юэна, который покосился на него в
ответ.
— Я… — замялся Бернард, переводя взгляд на дорогу. — Не то чтобы не думали, просто… — он снова посмотрел на Юэна. Тот улыбался.
— Знаете, — пришёл на помощь Юэн, — все эти разговоры об отношениях —
очень тонкий лёд, по которому ходить опасно. Лучше о таком разговаривать в
домашней обстановке с вкусным пирогом.
— Да, действительно, извиняюсь, — прокашлялась Аннабель.
— Давайте послушаем музыку, — предложил Юэн и потянулся к радио. —
Негромко. Малышке надо прививать вкус к хорошей музыке с детства.
***
Юэн побежал первым, и его бледные в лунном свете ягодицы скрылись в чёрной