Чтение онлайн

Роберт Деверо, граф Эссекс (Robert Devereux, 2nd Earl of Essex) 1566—1601 граф Эссекс не всегда был фаворитом королевы. У него была своя семья, и за годы службы при дворе он участвовал в нескольких военных и морских экспедициях. В которых графе Эссекс сражался в Нидерландах в 1586 году против испанцев, где преуспел в битве при Зутфене. Именно, в этом сражении сэр Филип Сидни на поле битвы был тяжело ранен в бедро, но через неделю после ранения умер от заражения гангреной. Тем не менее, ближе к завершению дальней экспедиции с разным успехом граф Эссекс, наконец, отличился в качестве главнокомандующего при взятии Кадиса в 1596 году. И тогда он возвратился в Англию национальным героем, но год спустя попал в неприятности с королевой за неподчинение её приказам во время плавания на острова, военно-морской экспедиции против Испании, которую возглавляли Эссекс и Уолтер Рэйли.

В 1598 году Саутгемптон был вовлечен в потасовку при дворе с Амброзом Уиллоби (Ambrose Willoughby), одним из телохранителей королевы, который приказал ему покинуть зал заседаний, где он играл в карточную игру «primero» после того, как королева удалилась потчевать. Есть предположение, что в основе ссоры лежали слова Уиллоби, которые вызвали разногласия между Саутгемптоном и его любовницей Элизабет Вернон, одной из фрейлин королевы. Королева запретила Саутгемптону появляться при дворе, хотя вскоре ему было позволено вернуться. Тем не менее, в начале февраля Роуланд Уайт сообщил, что: «My Lord of Southampton is much troubled at her Majesties straungest Usage of hym», «Мой милорд Саутгемптон очень обеспокоен тем, что её Величество слишком строго использует гимн». Столкнувшись со своими финансовыми трудностями и немилостью королевы, Саутгемптон решил некоторое время пожить за границей и воспользовался возможностью сопровождать сэра Роберта Сесила в посольстве к Генриху IV Французскому. 6 февраля Саутгемптону была выдана лицензия на двухлетний выезд за границу, и к марту они с Сесилом уже были в Анже, где 7 марта Саутгемптон был представлен французскому королю. Когда в апреле Роберт Сесил вернулся в Англию после своей неудачной миссии, Саутгемптон остался при французском дворе, планируя отправиться в Италию вместе с сэром Чарльзом Дэнверсом и сэром Генри Дэнверсом, которым он помог бежать из Англии в 1594 году после убийства Генри Лонга. В этот момент королева решила помиловать братьев Дэнверс, и они вернулись в Англию 30 августа 1598 года, когда Саутгемптон также тайно вернулся и женился на своей беременной любовнице Элизабет Вернон. Он почти сразу же отбыл на континент, но к 3 сентября королева узнала об этом браке и отправила Элизабет Вернон, одну из своих главных фрейлин, в тюрьму Флит за то, что она вышла замуж без королевского разрешения. Королева приказала Саутгемптону немедленно возвращаться в Англию, но он оставался в Париже ещё два месяца, проигрывая крупные суммы в азартные игры. К началу ноября он вернулся в Англию, также поступил на службу во флот, где пробыл месяц, за это время Элизабет Вернон родила дочь Пенелопу. В 1599 году, во время Девятилетней войны (1595—1603), Саутгемптон отправился в Ирландию вместе с Эссексом, который назначил его генералом кавалерии, но королева настояла на том, чтобы это назначение было отменено. Саутгемптон остался при графе, но не в качестве офицера, а военного советника. Однако, Саутгемптон проявил активность во время кампании и добился поражение ирландских повстанцев, когда его кавалерия отбила атаку при Арклоу в графстве Уиклоу). (Overview Wikipedia).

Впрочем, давайте вернёмся к семантическому анализу сонета 57, пытаясь понять чувства автора при написании строк, наполненных христианским смирением, поникнув перед своей судьбой.

Первое четверостишие представляет собой два односложных предложения, причём начальные строки 1-2 представляют собой риторический вопрос от первого лица прошедшего времени, обращённый к юноше, адресату сонета.

Строки 2-3 первого четверостишия представлены многосложным предложением, состоящим из двух односложных, каждое из которых вместилось в одну строку. Стоит отметить, что повествующий на протяжении всего сонета обращается к молодому человеку на «вы», что подтверждает отсутствие любой иронии по отношению к адресату в рассматриваемом сонете, являющимся неотъемлемой частью частной переписки между двумя придворными аристократами.

«Being your slave, what should I do but tend,

Upon the hours and times of your desire?

I have no precious time at all to spend;

Nor services to do, till you require» (57, 1-4).

«Будучи вашим рабом, что Я был должен, кроме как склониться,

По часам и времени суток, зависящий от ваших желаний?

Я не обладаю бесценным временем, дабы на всё тратить (зря);

Ни оказывать услуг до тех пор, пока вы не потребуете (тотчас)» (57, 1-4).

В строках 1-2, повествующий поэт задаёт юноше риторический вопрос: «Being your slave, what should I do but tend, upon the hours and times of your desire?», «Будучи вашим рабом, что Я был должен, кроме как склониться, по часам и времени суток, зависящий от ваших желаний?».

— Является ли, столь претенциозный тон Шекспира аллегорией или выдумкой поэта, обвиняющего юношу в тирании, заданным риторическим вопросом сонета 57? Ни в коем случае нет.

Несомненно, этот риторический вопрос был задан для того, чтобы следом выставить контрдовод последующих строк, которые содержат основную причину предыдущего «period of estrangement», «периода отчуждённости». Между тем, как в предыдущем сонете 56, повествующий описал стратегию и перспективы их дружбы при помощи образа «двоих, заключивших договор вновь», который может служить доказательством истинного чувства ответственности перед лицом обязательств приверженности дружбе.

«I have no precious time at all to spend;

Nor services to do, till you require» (57, 3-4).

«Я не обладаю бесценным временем, дабы на всё тратить (зря);

Ни оказывать услуг до тех пор, пока вы не потребуете (тотчас)» (57, 3-4).

Вполне понятно, что повествующий поэт в строках 3-4 от первого лица в литературно-риторической форме выставил основные контрдоводы, основанные на причинах претензий к юноше: «I have no precious time at all to spend; nor services to do, till you require», «Я не обладаю бесценным временем, дабы на всё тратить (зря); ни оказывать услуг до тех пор, пока вы не потребуете (тотчас)».

Конечная цезура строки 3 была заполнена мной наречием в скобках «зря», которое установило рифму строки, хорошо вписавшись в шекспировскую «открытую» или «королевскую» строку.

Слово глагол в конце строки 3: «to spend», «тратить», вполне можно истолковать, как «wastes», «транжирить впустую», так как похожий образ нашёл своё место в строке 13 сонета 100.

Второе четверостишие представляет собой одно многосложное предложение, состоящее из двух односложных, каждое из которых вмещается в две поэтические строки; где мелодичность, поэтический ритм и красота строфы вызывает восхищение у любого более или менее искушённого в поэзии читателя.

«Nor dare I chide the world-without-end hour,

Whilst I (my sovereign) watch the clock for you,

Nor think the bitterness of absence sour,

When you have bid your servant once adieu» (57, 5-8).

«Ни смею Я бранить бесконечные часы (томлений муки),

Покуда Я (мой суверен) посматривал на часы ради вас,

Ни смея помышлять об чувстве горечи разлуки,

Когда вы попрощаетесь однажды со своим слугой (дай знать)» (57, 5-8).

В строках 5-6, повествующий бард продолжил тему бесконечных ожиданий, когда он принимал участие в бурно проводимом и затяжном досуге юноши: «Nor dare I chide the world-without-end hour, whilst I (my sovereign) watch the clock for you», «Ни смею Я бранить бесконечные часы (томлений муки), покуда Я (мой суверен) посматривал на часы ради вас».

Конечная цезура строки 5 была заполнена мной оборотом в скобках «томлений муки», который разрешил проблему рифмы строки, придав ей вид законченной мысли. Примечательно, что строка 6 сонета 57 имела примечание в скобках «my sovereign», «мой суверен», расположенном в рабочего пространстве сонета, согласно оригинальному тексту Quarto 1609 года. Тем не менее, это было прямое обращение поэта к адресату сонета, которое связано подобным приёмом, являющимся примечанием в скобках начала строки 14: «Though you do any thing», «Хотя, вы делали что угодно», согласно оригинальному тексту Quarto 1609 года.

Впрочем, давайте попытаемся понять, столь необычный «композит обращений», между тем при рассмотрении могло показаться на первый взгляд, что обращение в скобках «my sovereign», «мой суверен» строки 6, появилось как следствие применения литературного приёма «гипербола».

Хотя в таком случае любой автор, включая Шекспира никогда не заключит бы подобное обращение в скобки, написав его без скобок. По-видимому, автор пытался намёком донести до адресата нечто «глубоко личное», что нельзя было написать прямым текстом из-за опасности незамедлительного получения фатального результата. Для ясного понимания подстрочника, заложенного в данное обращение строки 6 «my sovereign», «мой суверен», заключённого в скобки. В любом случае, была очевидной необходимость чёткой и понятной формулировка, рассматриваемого оборота со словом «суверен», чтобы окончательно понять, заложенный автором смысл в это слово.

* Формулировка — ж. 1. процесс действия по несов. гл. формулировать от чего. Результат такого действия; краткое и точное словесное выражение мысли. 2. Сформулированное положение, идея, образ. 3. Чётко сформулированные выводы. Современный толковый словарь русского языка Ефремовой.

(Примечание от автора эссе: «суверен» — это носитель верховной власти в монархическом государстве, независимый от власти другого государства. Слово «суверен», можно истолковать, как «монарх», «государь», «правитель» или «властелин», но в том случае, когда носителем верховной власти в государстве может быть не только один человек, а несколько, к примеру, несколько членов династии, объединённых по родственному признаку).