Чтение онлайн

И видит далекий берег, на какой он желал бы ступить,

Желая, чтоб его нога была на равных условиях с его взором,

И упрекает море, что отделяет его от всего остального.

Говоря, что он сделает всё возможное, чтоб добиться своего:

Так как Я желаю короны, будучи так далеко;

И поэтому Я браню способы, что удерживают меня от этого;

И поэтому Я говорю, — что Я устраню первопричины,

Обольщающие меня вместе с невозможностями.

Уильям Шекспир «Генрих VI, третья часть» Акт III, сцена II, 134—145.

(Литературный перевод Свами Ранинанда 03.10.2025).

(Примечание от автора эссе: при рассмотрении сонета 56, есть основание привести для сравнения фрагмент из пьесы Уильяма Шекспира «Генрих VI. Часть Три» Акт III, Сцена II («The Third part of King Henry the Sixth»), где Ричард, герцог Глостерский (будущий король Ричард III), где он использует в своём монологе необычайно похожую аллегорию, дабы выразить в контексте монолога высокий уровень его амбиций в неудержимом желании стать обладателем королевского престола. Тогда герцог Глостерский сравнил себя с человеком, смотрящим со скалы на далекий берег, мечтая своим взором ступить на него. Невзирая на то, что его разделяло море. Примерно так же, как его отделяет от престола вереница влиятельных персон, претендующих на него. В одной из мизансцен главный герой исторической пьесы Хроники, Ричард герцог Глостерский погружён в глубокие мечты стать королем. Когда в своём монологе в риторической форме иносказательной аллегории, он рассуждает об противоречивых чувствах человека в лице самого себя, стоящего на выступе мыса на берегу моря и смотрящего на далекие берега, погружённый в раздумья об собственных амбиций по овладению престолом Англии, который, на первый взгляд может показаться абсолютно недостижимым).

В отношении мысли о третьем четверостишии. Cf.! S. 52; таким образом, было представлено в последнем двустишии в безошибочно узнаваемом образе. Такой переход от первых двух четверостиший к третьему — являлся только образной инверсией: сначала поэт говорит, что прерванная любовь должна быть такой же обновляющейся, как аппетит, который необходимо удовлетворять изо дня в день; затем, что даже прерывание питания имеет способность усиливать любовь и то, что ситуация будет куда «более благословеннее» по его возвращении, чем если бы не было никакого «interim», «промежуточного периода».— Ed.).

В строке 10, обсуждая оборот «contracted new», «заключить новый контракт» критик Тайлер (Tyler) комментировал, следующим образом: «Эти слова важны, поскольку в соответствии с положением, согласно которому, когда был написан этот сонет, тогда как дружба Sh. с мистером «Mr. W. H.» была всё же обновлена. В строке 11, рассуждая об обороте речи «banks», «морские мели» Генри Чарльз Бичинг (Henry Charles Beeching) предложил для сопоставления фрагмент пьесы: Cf.! M.V., V, I, II:

«Stood Dido with a willow in her hand

Upon the wild sea-banks, and waft her love

To come again to Carthage...»

«Стояла Дидона с ивовой ветвью в её руке

На диких морских мелях и навеивала свою любовь

Дабы возвратиться в Карфаген опять...»

В строке 13 относительно оборота речи «full of care», «заботами полна» критик Шмидт (Schmidt) дал определение: «Скорбь».

Критик Герман Исаак (Hermann Isaac) (рассматривая его, как любовный сонет) апеллируя следующими аргументами: «Достаточно... вспомнить тон, который прямо указывает на S. 7...Можно потребовать от тех, кто думает иначе, доказательств того, что доказательства дружбы Sh. сочетались с такой грубой нежностью, которую демонстрируют оба сонета и что могло оправдать сравнение друзей с двумя, как будто только что обрученными». (Archiv, 62: 12—13). («Shakespeare, William. Sonnets, from the quarto of 1609, with variorum readings and commentary». Ed. Raymond MacDonald Alden. Boston: Houghton Mifflin, 1916).

Если повествование сонета 56 при помощи образов раскрывало возобновление дружбы поэта и юноши после «period of estrangement», «периода отчуждённости», то содержание сонета 57, включая сонет 58, в мельчайших деталях раскрывало основную причину возникновения этого «period of estrangement», «периода отчуждённости».

________________

________________

Being your slave, what should I do but tend,

Upon the hours and times of your desire?

I have no precious time at all to spend;

Nor services to do, till you require.

Nor dare I chide the world-without-end hour,

Whilst I (my sovereign) watch the clock for you,

Nor think the bitterness of absence sour,

When you have bid your servant once adieu.

Nor dare I question with my jealous thought,

Where you may be, or your affairs suppose,

But, like a sad slave, stay and think of nought

Save, where you are how happy you make those.

So true a fool is love that in your Will,

(Though you do any thing) he thinks no ill.

— William Shakespeare Sonnet 57

_____________________________

2025 © Литературный перевод Свами Ранинанда, Уильям Шекспир Сонет 57

* * *

Будучи вашим рабом, что Я был должен, кроме как склониться,

По часам и времени суток, зависящий от ваших желаний?

Я не обладаю бесценным временем, дабы на всё тратить (зря);

Ни оказывать услуг до тех пор, пока вы не потребуете (тотчас).

Ни смею Я бранить бесконечные часы (томлений муки),

Покуда Я (мой суверен) посматривал на часы ради вас,

Ни смея помышлять об чувстве горечи разлуки,

Когда вы попрощаетесь однажды со своим слугой (дай знать).

Ни смею Я излишне моей ревнивой мыслью — вопрошать,

Где бы вы не были, либо ваших предполагаемых делах (причём),

Но подобно печальному рабу останусь и не буду думать ни о чём

Помня, где вы находитесь насколько счастливыми их делаете вы.

Итак, истинно, дурак шут — любовь, что в вашем Волеизъявлении,

(Хотя, вы делали что угодно) он не помышлял — зла (увы).

* * *

Copyright © 2025 Komarov A. S. All rights reserved

Swami Runinanda Jerusalem 22.09.2025

__________________________________

(Примечание от автора эссе: обратившись непосредственно к читателю, исследующему сонеты, как неотъемлемую часть творческого наследия Уильяма Шекспира, рекомендую обратить особое внимание на стилистику и знаки препинания сонетов первого издания Quarto 1609 года, и также факсимильного издания 1898 года под редакцией Сидни Ли. Ввиду того, что они являлись главными объектами исследования данного эссе, включая предыдущие ранее написанные, в контексте которых внимание было заострено исключительно на стилистке слов-символов, выделенных с заглавной буквы, либо курсивом и знаках препинания, а также ремарках, включающих авторские примечания в скобки на рабочем пространстве текста сонетов оригинала.