Чтение онлайн

Персона может быть выражена через высокие фигурки нарядных красавиц, манекенов в красивой одежде и без головы, статных военных, детей в школьной форме и т. д. Женские и мужские аксессуары, такие как брошки, кольца, бутылочки духов и одеколона, погоны; предметы, обозначающие социальный статус (портфель, шикарная машина или дом), могут отражать комплекс Персоны. Плоские деревянные фигурки людей с нарисованными лицами и костюмами подчеркивают значение социальной роли для клиента. Недостаточность Персоны можно предположить по персонажам в слишком открытой одежде или без нее. Маска является характерным элементом Персоны. В зависимости от места расположения и вида маски – металлическая, венецианская, белая, выглядит большой, половинчатая – можно сделать предположения о вариантах отношений Эго и Персоны.

Изображение своего лица на подносе похоже на отражение в зеркале. Оно может показать чувства клиента, отразить его представление о себе, а иногда и то, каким клиент хочет казаться окружающим людям. Оно может свидетельствовать о поиске нового образа, работе с комплексами Эго и Персоны на глубинном уровне (рис. 1.33).

Несовместимое с Персоной или Эго-идентичностью, непризнанное и подавленное, будь то черты личности или поведения, образуют Тень. Важная веха на пути индивидуации – интеграция теневого материала, и появление Тени в композиции означает начало осознавания. Человек вступает в свой «подземный» мир, и картины становятся хаотичными. «Доброе должно отступить, и тогда появляется то, что обречено стать лучшим, но поначалу нарекается злым» (Юнг К. Г., 1996, с. 219). Сначала может показаться лишь краешек Тени в виде маленьких черных и серых фигурок, прячущихся за деревьями, но когда она встает в полный рост, то враждебное и пугающее наполняет картину сильной энергией. Мерзкое и угрожающее, отвратительное и грязное, постыдное, насмехающееся и дразнящее знаменуют присутствие Тени: черные пауки, змеи и крысы, вздыбленные мустанги и разъяренные быки привносят динамику, серые тени пугают, акула открывает пасть, черт дразнит, виляя хвостом, цепи сковали героя, он в страхе, робкая дева прячет глаза, стыдясь своей наготы, а красная бестия вызывающе бьет кнутом – и весь мир оказывается у ее ног. Тень архаична, ее не коснулась рука цивилизации, поэтому картины полны инстинктивной жизненной силы (рис. 1.34, 1.35). Тень может быть и другой – нежной и хрупкой, если подобные проявления пресекались в детстве как неподобающие для делового и практичного, смелого и сильного человека. Неугодный гадкий утенок, несуразный человечек, веселый бродяга и мечтательница в голубом могут содержать характеристики Тени. Обычно Тень персонифицируется фигурками того же пола, что и клиент, но с другим цветом кожи или волос. Для брюнетов теневыми будут фигурки блондинов, и наоборот.

Взаимодействие Эго и Тени часто выражается двумя сходными фигурками людей или животных черного и белого цвета. На подносе они могут отворачиваться друг от друга или вступать в контакт, враждовать или создавать союз. Белый и черный лебеди, плавающие по синему пространству, вызывают ассоциацию с «Лебединым озером», они нередко используются для выражения темы отношений комплексов Эго и Тени, особенно теми людьми, кто хорошо знаком с этой легендой или балетом П. И. Чайковского.

Когда проблема Тени начинает затрагивать человека, то бессознательное находит пути для выражения теневого материала, и они бесконечно многообразны. В момент обнаружения своей Тени люди становятся уязвимыми, и на этом этапе терапии особенно важно обеспечить клиенту достаточно защищенное пространство. Дальнейшая работа по интеграции Тени связана с принятием моральной ответственности за свои черты и поиском приемлемых путей для их выражения в повседневной жизни. Хотя в дальнейшем клиенту предстоит увидеть и другие свои теневые проявления, Эго уже способно определить, какие из них полезны, в каких случаях и когда.

«Если вы знаете врага и самого себя, вам не следует опасаться за результат сотни битв, если вы не знаете ни себя, ни своего врага, то потерпите поражение в каждом сражении» (Sun Tzu, 1944, p. 24).

Интеграция Тени приносит новые возможности и чувство полноты жизни, личную основательность. Как отмечал Юнг, живой форме для придания ей объемности необходима глубокая тень, без нее человек оставался бы плоским в своей безупречности и невинности.

При дальнейшем нисхождении процесса в более глубокие слои психики композиции приобретают характер умиротворенности, становятся более лаконичными, в них появляются камни и сокровища, раковины и морские животные. Иногда картины по исполнению напоминают притчу: глядя на них, можно долго сидеть в задумчивости (рис. 1.36, 1.37).

Проявление Самости вызывает ощущение очарования, кажется, что картина необыкновенной красоты, она завораживает. Неспешное аккуратное создание мандалы из песка и воды, а затем, может быть, раскладывание цветных шариков и камешков говорит о нахождении человеком своего внутреннего центра (рис. 1.38).

Самость может выразиться через гармонию формы и цвета, радиальную симметрию картин. Например, по центру на открытом в виде круга или звезды голубом дне располагаются один, два или несколько предметов. Один синий или прозрачный шар, хрустальный многогранник, глобус отражают Самость как целостность. Образ единства противоположностей отражается в объединении двух фигурок, различных по своим характеристикам, качеству материала, форме, цвету: символ инь-ян, пирамида и шар, синий и красный предметы, король и королева и др. Религиозные образы подчеркивают нуминозность Самости: Будда, Христос, церковь (рис. 1.39), ребенок или яйцо знаменуют зарождение новых потенциалов. Бабочка – яркий символ внутренних изменений (рис. 1.40).

Рассказывая о такой композиции, клиенты описывают особенные свойства предметов – цветок с необычными лепестками, храм с четырьмя входами, простое и одновременно ценное, мистический союз – и отмечают целостность сцены: четыре части света, четыре времени года, двенадцать рыцарей Круглого стола.

После появления Самости Эго теряет свою главенствующую позицию, вот почему на этом этапе процесса необходимо обеспечивать достаточно безопасные условия терапии до тех пор, пока не окрепнет Эго, соотнесенное с Самостью. Когда Эго становится более активным, возрастает степень осознавания материала песочных композиций.

Хотя противоположные сексуальные компоненты в образах животных и людей появляются в картинах на первых стадиях, собственно глубокая работа по осознаванию Анимы и Анимуса начинается лишь тогда, когда Эго усилилось.

На этой стадии для композиции специально выбираются мужские и женские фигуры. Они отражают то, как бессознательное воспринимает и переживает фигуру противоположного пола сейчас. Для женщины Анимус – это внутренний неосознанный образ мужчины, каким он должен быть и чего от него можно ожидать. В композициях фигурки мужчин соответствуют этим представлениям. Молодые и старые, красивые и грозные, помогающие и ставящие препоны, дружелюбные и обманчивые… В образе противоположного пола сочетаются личный, культурный и архетипический уровни. Политический деятель, рыцарь, мудрец, воин будут отражать глубинное восприятие мужского начала. Осознание этих образов позволяет женщине понять, как она устанавливает взаимоотношения с мужчинами, что лежит в основе ее выбора и с чем связаны трудности во взаимоотношениях с партнером (рис. 1.41). Изначальный образ влияет настолько сильно, что он кажется соответствующим реальности: «все мужчины таковы». Когда проекция осознается и фигура Анимуса обнаруживается в себе, то появляются новое восприятие образа, иные чувства и отношение к нему, развиваются собственные непризнанные качества.

Аналогично Анима является фигурой противоположного пола во внутреннем мире мужчины. В композициях она воплощается в женских образах: скромные и вызывающие, зависимые и активные, добрые и опасные девушки и женщины. Воздушная фея, прекрасная принцесса, Барби, стремительная амазонка, гейша, русалка, колдунья, ведьма и другие персонажи сказок, легенд и мифов – это проявления в образе культурного и архетипического уровней. Понимание природы своей Анимы позволяет мужчине увидеть, чего он ищет и чего боится в отношениях с женщинами, ценить в себе творческое начало.