Чтение онлайн

С неповторимой вежливостью он попросил у своих гостей минуту снисходительного терпения, чтобы на мгновение удалиться, оставив их одних, и вскоре вернулся, сопровождаемый Марвином, словно выводя на сцену своего молчаливого помощника. Так он подкрепил свое предложение небольшой, но весьма красноречивой демонстрацией, дабы ни у кого не осталось ни малейших сомнений в серьезности его намерений.

– Он отрегулировал цветовые валики, – пояснил Хайнлайн. – Кроме того, был изменен сам производственный процесс – как в последовательности наложения красок, так и в их количестве. Это, разумеется, потребовало гораздо больше усилий, но вы сами видите результат.

Затопек и госпожа Глински медленно вертели в пальцах банкноты на середине стола при свете свечей, а Хайнлайн тем временем увлеченно рассуждал о вязкости краски, пигментных телах и связующих веществах.

– Благодаря использованию иной грунтовки, – заключил он с оттенком гордости, – мы достигаем гораздо большей глубины и точности.

Затопек поднес купюру к свету под углом, провел большим пальцем по голограмме и, одобрительно выпятив нижнюю губу, кивнул.

– Марвин предлагает пересмотреть сотрудничество с поставщиком бумаги, – продолжил Хайнлайн. – Структура хлопковых волокон слишком грубовата.

Госпожа Глински, сохраняя непроницаемое выражение лица, медленно вертела купюру в ухоженных пальцах. До сих пор она не проронила практически ни слова, и все же было ясно, что власть в этой комнате принадлежала именно ей, а не ее коренастому спутнику.

Хайнлайн указал на Марвина, который, словно робкий зверек, притаился за прилавком в полутени.

– Вы знаете его лишь поверхностно. Могу вас заверить: на него можно положиться безоговорочно. В его мастерстве вы только что имели возможность убедиться сами.

Марвин, заметно смущенный таким комплиментом, поежился под взглядом госпожи Глински.

– Речь идет не просто об исключительном специалисте, – добавил Хайнлайн, уловив ее недоверие, и в его голосе прозвучала легкая обида. – Но и о человеке, которому можно доверить… корпоративную тайну в полной безопасности.

Госпожа Глински внимательно оглядела Марвина с головы до пят, пока тот наконец не пробормотал что-то насчет контрдавящих цилиндров и тут же поспешно не убежал проверять настройки. В коридоре захлопнулась дверь подвала. Пока Марвин спешил по объединяющему ходу обратно к своей работе, Хайнлайн откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и выжидающе посмотрел на своих гостей.

– Это всё? – наконец спросила госпожа Глински.

– Разумеется, нет, – усмехнулся Хайнлайн.

– Ну?

Норберт, который мог предложить не просто замену, но продукт, несравненно более совершенный, теперь коснулся еще одного, не менее насущного вопроса: значения грамотного менеджмента. Адам Морлок, вне всякого сомнения, руководил делом твердой рукой и с большим успехом; после его ухода проблемы, казалось, стали очевидны для всех в этой комнате.

– Вы старались, – обратился Хайнлайн к Затопеку. – Но, как мне кажется… ну, вы по меньшей мере слегка перегружены, если позволите мне такое замечание. И уж тем более если вспомнить о вашем поспешном бегстве, которое поставило под угрозу не только продукт, но и все предприятие.

Госпожа Глински, судя по выражению лица, придерживалась того же мнения, а Затопек под ее едким взглядом вспыхнул краской до самых корней своих белокурых волос.

– Раз уж мы заговорили об этом, – продолжал Хайнлайн, все яснее понимая, что Затопек был не более чем простым исполнителем, – разумеется, это ваше законное право водить машину господина Морлока, ведь она оформлена на вас. Полагаю, он сам предпочел бы оставаться в тени. После того как автомобиль был изъят, власти, как мне известно, уже связывались с вами. Поскольку у вас есть дубликат ключей и вы являетесь официальным владельцем, никто не может запретить вам пользоваться этим автомобилем. Однако, принимая во внимание специфику вашей деятельности, я бы все же рекомендовал… ну, скажем так, более неприметное средство передвижения.

Затопек уставился в колеблющееся пламя свечи, с трудом сдерживая злость, а госпожа Глински взглянула на Хайнлайна исподлобья, слегка приподняв идеально выщипанную бровь.

Норберт подвел краткий итог: у фирмы есть две открытые вакансии, и теперь, когда для одной уже найден кандидат, настало время заполнить вторую.

– Таким образом, мы приступаем к собеседованию, – улыбнулся он. – Вряд ли мне нужно подробно рассказывать о своих рекомендациях. Как владелец семейного бизнеса в третьем поколении, я, помимо многолетнего опыта, лидерских качеств и стратегического видения, располагаю также полноценной инфраструктурой: предоставляю не только помещения, но и средства производства… Господи! – Глаза Хайнлайна расширились в искреннем ужасе. – Я же не предложил вам эспрессо!

После того как и Затопек, и госпожа Глински, как и ожидалось, вежливо отказались, он продолжил это чрезвычайно одностороннее собеседование, вернувшись к теме своего потенциального предшественника. Разумеется, для того чтобы освоить рабочие приемы, отточенные Адамом Морлоком до профессионализма, потребуется время. Это был, без сомнений, недостаток, но зато Хайнлайн мог предложить и материальные ценности – например, итальянскую офсетную машину класса хай-энд, рыночная стоимость которой исчислялась, вероятно, сотнями тысяч евро, не считая глубокой печатной машины и прочего оборудования. Он вновь подчеркнул, что отнюдь не стремится присваивать чужое имущество, однако, учитывая деликатность вопроса, вряд ли законный владелец отважится предъявить свои права.

– Можете считать меня человеком, который управляет техническим оборудованием на благо компании.

Затопек задумчиво уставился в язычок пламени и теребил расплавленный воск. Даже под плотной вельветовой тканью проглядывали его могучие бицепсы, но Хайнлайн не испытывал перед ним страха. Гораздо опаснее была госпожа Глински, но, в отличие от Затопека или покойного Никласа Роттмана – да упокоит его Господь, – она была женщиной хладнокровной и расчетливой, способной внять разумным доводам. А доводов у Хайнлайна было немало.

– К счастью, – продолжал он, – я располагаю весьма полезными связями. Еще мой отец был близко знаком с владельцем соседнего здания. Лично я окончил гимназию вместе с его сыном. Он был сильно разочарован, что госпожа Лакберг так поспешно закрыла свое дело и уехала из города, но, как ответственный наследник, он обязан мыслить прагматично. Когда я предложил ему взять в аренду помещение вместе с… – Хайнлайн провел пальцем по своему еще непривычному усу, – инвентарем, он с радостью согласился. Могу вас заверить, что долгосрочный договор аренды уже заключен.

Ни судьба Адама Морлока, ни судьба Бритты Лакберг до сих пор не поднимались в разговоре. Так было лучше – ведь, по крайней мере в ее случае, будущие партнеры Хайнлайна должны были исходить из того, что имеют дело с хладнокровным убийцей. И Норберт намеревался поддерживать их в этой уверенности.

– Что касается финансовых условий, – продолжил он, – то я открыт и без предубеждений…

– Потом, – перебила его госпожа Глински, лениво покачивая купюру между большим и указательным пальцами. – Но эти должны быть грязнее.