Чтение онлайн

Ночью Джек заберет чемодан, который я должна была оставить у заднего выхода, а завтра утром получит конверт с последней зарплатой. Я, сказав, что мне хочется пройтись по магазинам, закажу извозчика до Ньюпорта, где мы с Джеком должны встретиться. Мы все продумали до мелочей. Даже если бы Виктория настояла на том, чтобы поехать вместе со мной, она не смогла бы остановить нас.

Стоя на вершине утеса, я смотрела на кружащихся в вышине птиц, стараясь дышать в такт с шумом прибоя. Закрыв глаза и раскинув руки, я медленно-медленно подошла к самому краю.

– Где ты была? – раздался позади меня голос Виктории.

Вздрогнув от неожиданности, я едва не оступилась. Потревоженные комки почвы полетели в пропасть, разбиваясь на мелкие кусочки от ударов о скалы внизу, а над моей головой столкнулись в полете два хрупких птичьих тела. Прижав руку к груди, я смотрела, как чайка отчаянно пытается ускользнуть от преследующего ее ястреба.

– Что ты здесь делаешь, Ади?

– Что? – тряхнула головой я, стараясь стереть из памяти образы сражающихся птиц.

– Где ты была? Я тебя обыскалась.

– А? – продолжая смотреть в сторону океана, я пыталась подобрать правильный ответ. Хотя какая теперь разница? – Вон там одна птица только что напала на другую.

Виктория посмотрела в сторону горизонта. Птицы куда-то исчезли. Солнце садилось, и нежно-розовый оттенок неба сменился серым, словно мы смотрели на него сквозь запыленное стекло.

Я снова пошла по тропинке, но от прежнего спокойствия не осталось и следа. Виктория шагала рядом. Удивительно, но я перестала ощущать ее присутствие. Сестра появлялась неизвестно откуда в самые неподходящие моменты, словно чертик из табакерки, неизменно вырывающийся наружу, как бы плотно ни была закрыта крышка.

– Где ты была? – в третий раз повторила она.

– Здесь, в розовом саду. Дышала свежим воздухом.

– Я тут искала, но тебя не было.

Я промолчала. Цикады в зарослях, мимо которых мы проходили, прервали свое пение. Внезапно увитая цветами беседка показалась мне угрожающей, а аромат роз – тошнотворно-приторным.

– Что тебе нужно? – спросила я, остановившись и стараясь выглядеть безразличной.

Виктория продолжала пристально смотреть на меня. Резким движением она сорвала одну розу и поднесла ее к лицу.

– Мы беспокоимся, Стэнли и я, – короткая пауза. – О твоих руках и твоих нервах.

Стэнли и я.

– Беспокоитесь? – улыбнулась я. – Тебе совершенно не о чем беспокоиться, дорогая. Посмотри, как прекрасно все зажило.

Я протянула вперед обе руки ладонями вверх. Я знала, что они все еще были красными и распухшими. Джек, целуя мои шрамы, шутил, что вдувает в них целительную энергию, и я и в самом деле ощущала, как мне становится легче от одного прикосновения к его коже.

Даже не взглянув на мои руки, Виктория зловеще улыбнулась в ответ и, уронив розу на землю, растоптала ее каблуком.

Завтра, напомнила я себе, завтра нас здесь уже не будет.

Завтра я буду свободной.

Наступило утро. Под стук копыт и мелодичный перезвон упряжи тележка бакалейщика, как всегда, покинула Фэрвью, и в имении воцарилось обычное послерассветное спокойствие. Но на этот раз оно было обманчивым.

Две шторы пошевелились почти одновременно.

Одна – на окне, обращенном в сторону океана, и другая – в зеркально расположенном противоположном крыле здания.

В первом окне на мгновение мелькнуло чье-то лицо, и штора снова застыла неподвижно.

Некоторое время спустя с заднего крыльца спустилась горничная с письмом в руках и, опустив голову, проследовала по тропинке.

Просто удивительно, как все вокруг меняется, когда тебе кажется, что ты видишь это в последний раз. Бледные обои комнаты стали ярче, а океанский бриз, проникающий в нее сквозь открытое окно, нес с собой приятные запахи. Мне было грустно покидать роскошь Фэрвью, но от возбуждения, вызванного ожиданием перемен, всю мою кожу покалывало. Мне хотелось, крича и смеясь от радости, побежать в конюшню и упасть в объятия Джека, но пришлось, проглотив кусочек яблока с принесенного Дженни подноса, стоять неподвижно как статуя, пока она застегивала тысячу пуговичек на моем платье из прочного зеленого поплина, который не так сильно мнется в дороге. В следующий раз мне придется проделать эту операцию самой.

– Пойду пройдусь в сторону утеса, – объявила я.

– Отличная идея, миледи. Хотите, чтобы я позвала вашу сестру? – спросила Дженни, поймав в зеркале мой взгляд.

– Нет, – ответила я, сделав вид, что раздумываю. – Сегодня мне хочется побыть одной.

– Хорошо, миледи.

– Спасибо, Дженни.

– За что? Я всегда рада вам услужить, миледи, – удивленно посмотрела на меня Дженни, видимо почувствовав необычные нотки в моем голосе.

– За все. Ты так мне помогала все это время.

Дженни молча кивнула, явно чувствуя себя не в своей тарелке. После моей «болезни» весь персонал поместья относился ко мне с легкой настороженностью. Я чувствовала это по приглушенным голосам и внимательным взглядам, преследующим меня повсюду.

– Какой замечательный день для прогулки! – произнесла я, выглянув в окно.

Это была чистая правда. На небе – ни единого облачка, вся природа словно замерла в ожидании чего-то.

Скользя пальцами по перилам, я сбежала вниз по лестнице, покрытой мягкими коврами, приглушающими мои и без того легкие шаги.

– До свидания, дом, – прошептала я, посылая воздушный поцелуй портрету Бибы с ее любимым померанским шпицем.

Улыбка горничной, поклон дворецкого, и вот я уже во дворе. Подставив лицо солнцу, я вдохнула пахнущий океаном воздух, а внутри у меня все клокотало, как только что откупоренная бутылка шампанского.

– Аделаида!

Сердце ушло в пятки. Видимо, Виктория следила за мной из своего окна или попросила прислугу доложить ей, если я покину комнату.

Сделав как можно более невинное лицо, я обернулась к Виктории. Она стояла в дверном проеме, одетая так, словно собралась сопровождать меня. Нечесанные много дней волосы были теперь аккуратно уложены, на лицо наложен крем. Платье ее было новым, и я подивилась тому, где и когда она успела его заказать. Ведь мы не посещали портниху с самого отъезда из Нью-Йорка, и я не замечала, чтобы она самостоятельно выбиралась в город.

– Что? – Я стояла на пороге новой жизни, готовая переступить через него. Ни одно ее слово не могло изменить принятого мною решения.

– Куда ты собралась?

– Я что, должна докладывать тебе о каждом шаге?

Выйдя из тени, Виктория стала спускаться по лестнице. Я чуть отступила, стараясь оставаться вне пределов ее досягаемости.

– Конечно, нет, – на ее лице играла странная полуулыбка. – Но мы ждем кое-кого в гости, и ты тоже непременно должна присутствовать.

К горлу подступил комок. Мне было хорошо знакомо это ее выражение. Но ведь я собиралась оставить здешнюю жизнь навсегда, напомнила я себе, так что мне не следует ее бояться.