Чтение онлайн

Хозяин хлопнул в ладоши – этот султанский жест очень ему подходил.

– Виски с водой в столовую, – велел он. – И дойдите до коттеджа, скажите Джорджу, что он мне нужен.

– Он уже лег, сэр.

– Конечно, лег, он же разумный парень. Пусть натянет штаны и пиджак и ждет меня в оранжерее. Хочу показать розы этому джентльмену.

– Хорошо, сэр. – Женщина поставила лампу и вышла в темноту.

Кэмпион слабо запротестовал.

– Пустяки, сэр. – Старик был полон энтузиазма – такими на сцене изображают школяров прежних времен.

Кэмпион никогда еще не встречал настолько счастливого человека.

– Мы привыкли бодрствовать в любое время дня и ночи. Такая вот жизнь у доктора.

Он поднял лампу, и Кэмпион, слегка прислонившийся, как полагал, к перилам, увидел, что это большое чучело волка. Он огляделся и заметил, что стены покрыты клетками с чучелами птиц.

– А вы охотитесь? – спросил доктор. – Сто тридцать две штуки из своего ружья в прошлом октябре. Неплохо, а? Десять часов подряд, а потом еще всю ночь до рассвета по вызовам. Мне семьдесят девять, а я этого абсолютно не чувствую. – Бувери говорил хвастливо, но совершенно искренне.

Они вошли в небольшую тесную столовую; красные с золотом обои были едва видны из-за дрянных картин с охотничьими сценками и многочисленных клеток с пернатой добычей. Здесь старый доктор не казался чудным. Стоя перед камином, он так органично вписывался в обстановку, что Кэмпион ощутил себя чужеродным элементом.

Хозяин смотрел на него с профессиональным интересом.

– Драться умеете?

К собственному удивлению, Кэмпион почувствовал себя уязвленным.

– Выйду против любого в своем весе.

– Ха! Воевали?

– Только последние шесть месяцев. Я родился в тысяча девятисотом.

– Хорошо, – с нажимом сказал доктор. Он вдруг погрустнел, задумался и печально добавил: – А я уже тогда считался старым.

Служанка принесла графин и бокалы.

– Джордж вас ждет, сэр.

– Хорошо. Можете идти спать.

– Да, сэр. – Она говорила без всякого выражения.

Кэмпион потягивал виски и думал о Хлое Пай, Сьютейне и газетах. С доктором они проехали меньше пяти миль. Удивительно, какое небольшое расстояние разделяет два таких разных мира.

– А теперь – розы, – объявил доктор, ставя бокал. – Они особенные. Эти розы не для выставки, разве что «фрау Карл Друшки». У тех есть объем. Для выставочной розы это важно.

Доктор провел сыщика через гостиную, прохладную, несмотря на жаркую ночь, и, как успел заметить Кэмпион, совершенно облезлую.

Зато оранжерея выглядела прекрасно. Там было тесновато, но вид бегоний и глоксиний буквально поражал. Вошедших встретила высокая понурая фигура в плаще, фетровой шляпе и с фонарем в руках.

– Готовы, Джордж? – Доктор говорил так, словно собирался в битву.

– Да, сэр.

Сад благоухал, как райский, но был, к сожалению, невидим.

Розы золотисто-желтого цвета, переходящего в абрикосовый, покачивались на длинных стеблях с заботливо удаленными лишними побегами. Для защиты их от дождя и солнца рядом стояли колышки с холщовыми колпачками.

Два старика – доктор и садовник – склонились над цветами с материнской заботой. Они смотрели на своих подопечных ласково и трепетно. Доктор прикоснулся грубыми пальцами к стеблю и слегка нагнул цветок.

– Ну разве не красавица? Спокойной ночи, моя милая. – И он поправил колпачок над цветком. – Лучшей розы вы во всем графстве не сыщете.

По пути к дому Кэмпион, собравшись с духом, задал вопрос:

– Наверное, та женщина погибла, когда ударилась головой при падении?

– Да, череп у нее поврежден. Вы заметили? – Доктор, казалось, был доволен. – Чего я не понимаю, так это как она смогла упасть, разве что нарочно прыгнула. Здесь, конечно, нужно все выяснить – для коронерского расследования. И я не увидел никаких признаков алкогольного опьянения.

– Да, она не была пьяна, – медленно произнес Кэмпион. – Во всяком случае, буквально.

К его удивлению, старик понял, о чем речь.

– Истероидный тип? – уточнил он.

Кэмпион углядел шанс.

– Истероидный тип не так уж сильно отличается от эмоционального, вам не кажется?

Доктор молча обдумывал вопрос.

– С эмоциональными я мало сталкивался, – сказал он наконец, словно признавая вину. – Однажды, лет пятьдесят тому назад, лечил оперного певца. А эта женщина была нездорова. С какой стати вдруг купальный костюм поздно вечером? Что, весь день так и расхаживала? До моря миль сорок.

Кэмпион пустился в объяснения. Он изо всех сил старался описать Хлою Пай простыми словами. Она была самолюбива, много работала, много двигалась и очень хотела казаться моложе своего возраста.

– Понимаете, Хлоя вполне могла влезть на парапет и помахать Сьютейну, а он смотрел на дорогу и Хлою не увидел, – закончил он.

– Да. – Доктор явно заинтересовался. – Да, теперь понятно. Но если она такая подвижная и ловкая, чуть ли не акробатка, то почему вдруг упала?

Аргумент был резонный, но Кэмпиона не обрадовал. Теперь он уверился, что доктор заседает в суде.

– Могла чего-то испугаться, – беспомощно возразил он. – Или наступила на раскрошившийся камень и соскользнула.

– Нету там раскрошившихся камней, – отрезал доктор. – Я проверил. Все же спасибо за информацию. Теперь я хотя бы понимаю, что она собой представляла. Утром осмотрю тело очень тщательно. Возможно, найдется причина внезапного головокружения или что-то еще. Вы были очень любезны. Приходите полюбоваться моими розами в светлое время.

Бувери проводил гостя до двери, и Кэмпион, наткнувшись на что-то в полумраке, почувствовал прикосновение к руке влажного собачьего носа. За все это время собака не издала ни звука. И слуги здесь такие же, подумалось сыщику, – молчаливые, послушные, но притом спокойные и приветливые.

Доктор стоял на крыльце, подняв лампу.

– Доброй ночи! – крикнул он. – Доброй ночи!

Кэмпион медленно поехал в Белые Стены. Облака слегка разошлись, и на поля лучился мягкий звездный свет. Полная тишина довершала пасторальную картину. Кэмпион как будто очутился в прошлом веке.

Автомобиль доктора стоял на обочине, дожидаясь, пока утром его осмотрит механик. Кэмпион вышел из машины и поднял капот «фиата». Нащупал отсоединенный проводок от зажигания и вернул на место. Затем нажал на стартер, и мотор послушно завелся.