Чтение онлайн

Мистер Стратерс перегнулся через стол и крепко сжал запястье Хэмиша, впиваясь взглядом в глаза полицейского.

— Гомосексуальность есть форма убийства, — сказал он.

Хэмиш вырвал руку из ладони священника. В голове у него мелькнула догадка.

— Жаль, — сказал Хэмиш, — что в Кроэне нет ни одного настоящего гомосексуалиста, на котором вы могли бы поупражняться в отсутствии христианского сострадания. Вы ужасный сплетник, мистер Стратерс.

— Я никогда не сплетничаю, — сказал священник.

Хэмиш одарил его пронзительным взглядом.

— И этот «дружеский» визит никак не связан с тем, что Алистер Ганн считает меня геем?

Священник покраснел от гнева.

— Ко мне пришел один обеспокоенный прихожанин. Он не желал, чтобы волна СПИДа захлестнула Кроэн.

Хэмиш с отвращением посмотрел на священника.

— Вам должно быть стыдно, мистер Стратерс, верить во всякую чушь этого злобного человека.

— Если я ошибся, то приношу свои извинения, — сказал священник. — Но если я слышу о зле в своем приходе, то должен его искоренить.

— По вашему мнению, Уильям Мейнворинг был злом? — с любопытством спросил Хэмиш.

Священник неловко поежился.

— Гнев Божий уже обрушился на него.

— Мейнворинг пострадал от рук чрезвычайно злого человека, и, если вы хотите потратить свое время на искоренение зла в своем приходе, поищите лучше убийцу, — гневно сказал Хэмиш. — А теперь убирайтесь, добрый пастырь, и закройте за собой дверь.

Когда священник ушел, Хэмиш пробормотал:

— Чокнутый. Все они тут чокнутые.

Он вышел на главную улицу, на солнце, желая, чтобы все это поскорее закончилось — чтобы убийство было раскрыто и он вернулся обратно в Лохдуб.

Он встретил Диармуда Синклера, рассказал о том, что забронировал ему номер в отеле «Глен Эбб», а затем пошел дальше вниз по холму. Рядом с ним притормозила машина, и из окна высунулся Гарри Маккей, агент по недвижимости.

— Не хотите проехаться со мной до моего офиса и выпить кофе? — пригласил он.

Хэмиш колебался всего мгновение. Блэр мог и подождать. Гарри Маккей же, возможно, прольет свет на эту загадку.

Агентство по недвижимости располагалось в викторианском особняке посреди муниципальных домов. Сам офис находился в помещениях, раньше служивших приемной и салоном на первом этаже. Гарри Маккей провел гостя наверх, в свою гостиную, которая расположилась над офисом.

Пока он отошел готовить кофе, Хэмиш изучал книжные полки.

Он обернулся, когда агент по недвижимости вернулся с подносом, на котором стояли кофе и печенье.

— Это очень мило с вашей стороны, — сказал Хэмиш.

Гарри Маккей усмехнулся.

— Я лишь надеялся узнать, как продвигается расследование. Блэр молчит как рыба.

— Никуда оно не продвигается, — мрачно сказал Хэмиш. — Сэнди Кармайкл — главный подозреваемый, а его все еще не нашли.

Хэмиш вдруг застыл с открытым ртом, наполовину поднеся к губам чашку с кофе. Он вспомнил, что, сидя у реки в Инвернессе, думал обо всех подозреваемых, но ни разу не вспомнил о Сэнди Кармайкле. Почему? Конечно, легко было представить, что вездесущий Мейнворинг пришел на склад и спровоцировал Сэнди, а тот ударил его и столкнул в резервуар. Но сам факт, что Блэр настаивал на этой версии, заставил его, Хэмиша Макбета, отказаться от нее. Вопрос с одеждой, конечно, оставался открытым. Кто-то избавился от вещей. Лобстеры не могли съесть подчистую одежду, бумажник, кредитные карты, часы и другие мелочи. Полицейские прочесали окрестности на много миль вокруг в поисках хоть каких-то обрывков и обломков, но не нашли даже пуговицы. Однако вокруг были болота, где мешок с одеждой мог бесследно исчезнуть, утонуть. Дом Сэнди осмотрели. В саду на заднем дворе обнаружились следы свежего кострища, но пепла не было. «Лендровер» был начисто вымыт. Когда это Сэнди заботился о чистоте своего «лендровера»?

Хэмиш почувствовал себя дураком.

— В чем дело? — спросил Гарри Маккей. — Выглядите так, будто вас только что ударило молнией.

— Ничего такого, — пробормотал Хэмиш. Он быстро взял себя в руки. — А как ваш бизнес?

— Не то чтобы очень хорошо. Но есть кое-что странное: ко мне заходила миссис Мейнворинг. Она хочет, чтобы я выкупил крофты и дома, как только с юридическими формальностями будет покончено. У меня есть клиент на них в Эдинбурге. Интересуется загородными домами.

Взгляд Хэмиша стал острее.

— А что насчет ее дома? Она останется там жить?

— Нет, ее просьба распространяется и на него. Я предупредил ее, что много не выручу. Если повезет, то крофты уйдут по шесть тысяч фунтов за участок, но дома в худшем состоянии, чем когда их купил Мейнворинг.

— Но миссис Мейнворинг всегда говорила, что ей нравится Кроэн.

— Что ж, мне она сказала, что будет рада уехать. Хочет вернуться в Мейдстон и жить там. И еще кое-что: она была абсолютно трезвой. Раньше я все удивлялся, как она терпит Мейнворинга, но она сказала, что он забрал все ее деньги и что если бы она его бросила, то не получила бы ни пенни.

— Насколько я понял, у него был редкий дар убеждения женщин, — сказал Хэмиш.

— Не знаю, не замечал, — ответил Гарри Маккей.

— А в вашу личную жизнь он не вмешивался? — спросил Хэмиш.

— Какую еще личную жизнь? — отозвался Гарри Маккей. — Здесь всего две красотки. Одна — та художница, вторая — Хелен Росс.

— И ни с одной не повезло?

— Не-а. Пару раз я приглашал Дженни Ловлас на ужин, но дальше этого дело не зашло, а манящий взгляд Хелен Росс ничего не значит.

— Как вы думаете, кто это сделал? — спросил Хэмиш. — Я имею в виду убийство.

— О, понятия не имею. Это место меня уже достало. Здесь все чокнутые, больные, узколобые и злобные.

— Я думал, что вы сами из Кроэна?

— Ага, но я долгое время провел вдали отсюда и с тех пор, как вернулся, все никак не могу освоиться.

Хэмиш простился с агентом и отправился в гостиницу «Энсти», где нашел дремлющего Блэра в телезале. На экране мелькала детская передача.

— Любите смотреть «Почтальона Пэта»? — спросил Хэмиш.

Блэр заворчал и окончательно проснулся.

— Я размышлял об уликах, — хмуро ответил он. — Нашел что-то?

Хэмиш сел и начал зачитывать свой рапорт о Хелен Росс.

— Роскошная шлюха, — сказал Блэр, когда Хэмиш закончил. — Пойду-ка я сам посмотрю на нее, может, маленько повеселюсь.

— Не слишком увлекайтесь, — предупредил Хэмиш, — а то Джейми нашлет на вас своего адвоката.

— Вон отсюда! — прорычал Блэр. — И не смей указывать мне, что делать. Проваливай!

Хэмиш вышел на мягкий солнечный свет. Погода стояла отличная — слишком хорошая для того, чтобы констебль обижался на оскорбления инспектора.