Чтение онлайн

– Мы рекомендуем нашим постояльцам украшать стены своими собственными художественными работами. Если ваша мама пожелает иметь здесь что-то из собственной мебели – например, столик или кресло, – то наши сотрудники без проблем доставят их сюда, – сообщила Лула.

Мама оглядела комнату и улыбнулась, а затем похлопала Руби по руке.

– Здесь обо мне будут хорошо заботиться, – сказала она. – А ты иди и живи своей собственной жизнью. Я просто не могу поверить, что ты потратила на это все свои сбережения… Ты… Ты так усердно работала ради меня…

Голос матери срывался от переполняющих ее эмоций, отчего и у самой Руби перехватило в горле.

– Он оставил нас ни с чем. Ты спасла меня, Руби. Как же я тебя люблю!

Руби ощутила последние силы своей матери в этом объятии. Вдохнула ее аромат. Масла «Олей» от ее кожи, чего-то клубничного от волос… Слезы Руби капнули на мамино платье в полоску.

– Я еще вернусь завтра или послезавтра… – Она чуть было не добавила «попрощаться», но в последний момент сдержалась. – Чтобы проверить, всё ли в порядке. Просто звякни мне на мобильный, если тебе что-нибудь понадобится.

Руби была ничуть не против выложить четверть миллиона долларов на уход за матерью. Та заслуживала чего-то приличного для житья. И это место было намного лучше их убогой квартирки. И она будет оставаться под присмотром все то короткое время, что ей осталось на этом свете. Это было гораздо больше, чем когда-либо делал отец Руби, Джозеф. Все, что он умел, – это транжирить и терять деньги и причинять людям боль.

К тому моменту, как Руби покинула заведение, все у нее в голове уже было спланировано.

Она подумывала о том, чтобы вернуться домой и собрать свои вещи, но, кроме кое-какой одежды, ей ничего не хотелось брать с собой. Никаких семейных реликвий, как у Джексонов, у нее не имелось. Все более или менее ценное было давно изъято и продано кредиторами ее отца, которым не удалось его разыскать. Руби сомневалась, что они вообще так уж тщательно его искали, потому что все их движимое и недвижимое имущество было давно заложено. Банки и предприятия, которым он задолжал, могли просто забрать дом со всеми его потрохами и продать его. И как раз именно так они и поступили.

Она решила, что сейчас поедет к Джексонам, посидит с Томасом и все хорошенько обдумает.

Когда Руби наконец оказалась у Джексонов, то встретила там их адвоката, Флинна. Он ей сразу не понравился – не понравилось, как он на нее смотрел.

Руби едва сумела сдержать радость, когда Элисон сказала, что они переезжают в отель, и помогла им собрать вещи. Джону предстояло отправиться в суд, а Элисон с Томасом – безвылазно сидеть в отеле.

В голове у Руби быстро оформился план. Она заберет свои деньги. Потом съездит домой и соберет вещи. Возьмет напрокат машину. Вечером отправится к Джексонам. И найдет способ управиться с этим мистером Кристмасом.

Руби уже вся вспотела, когда наконец добралась до банка с новехонькой спортивной сумкой в руках, только что купленной в «Таргете». Когда подошла ее очередь к кассиру, она объяснила, что недавно звонила и хочет снять деньги. Вызвали одного из банковских начальников, который безуспешно попытался уговорить Руби открыть у них счет.

Через двадцать минут она уже была на улице.

С четвертью миллиона долларов в своей новой сумке.

И план у нее в голове созрел окончательно.

Человек, который называл себя мистером Кристмасом, представлял собой грозную фигуру. Даже пугающую. И был умным. Хотя и не совсем честным. Руби знала, что, если она отдаст ему деньги, его следующим шагом будет пустить ей пулю в лоб.

Сидя за рулем своей новой машины, Габриэль Лейк размышлял о событиях сегодняшнего утра. Тони Мать-Перемать уже поджидал его возле бывшего здания Нью-йоркского общества страхования жизни – того самого знаменитого «дома под часами». Лейк вылез с водительского места, захлопнул дверцу и прижал пальцем кнопку брелока, чтобы запереть ее.

– А это еще что за хрень? – изумился Тони.

– Это моя новая машина.

– И ты, блин, заплатил деньги за эту чахотку?

– Это машина. У нее четыре колеса, и она ездит.

Тони лишь сокрушенно покачал головой, и Лейк последовал за ним к величественному парадному подъезду дома номер 108 по Леонард-стрит, в котором первоначально помещалось Нью-йоркское общество страхования жизни, пока здание не расширили, а затем не водрузили сверху башенку с часами. Теперь, сто лет спустя, в нем располагалось более ста пятидесяти роскошных апартаментов. Тони шепнул что-то швейцару, и тот провел их прямо к управляющему зданием, в боковой кабинет за отделанной мрамором приемной.

Лейк стал ждать, пересаживаясь с одного кожаного дивана на другой и любуясь витиеватой золотой вязью на чугунной лепнине, украшающей стены. Наконец Тони вместе с управляющим вышел из кабинета, держа в руках план этажа. Лейк выбрал квартиру на южной стороне. На самом последнем этаже. Прямо под башенкой с часами.

– На время проведения ремонтных работ мы можем разместить нашего жильца в одном из наших отелей. Квартира будет представлена на всех основных сайтах по аренде в течение часа, – сказал управляющий.

Тони выматерил его так, что Лейк воспринял это как проявление сильной привязанности, после чего стиснул мужчину в своих медвежьих объятиях, отчего лицо у того стало красным, как этикетка «Кока-колы», а затем отпустил его, наконец позволив коснуться ногами пола. Лейк задумался, каково это – быть не в ладах с Тони, если он таким вот образом обращается с теми, кто ему симпатичен.

Отправив Эдди текстовое сообщение с подтверждением, что квартира готова, Лейк направился к своей машине. Тони она явно не понравилась. Тем не менее это была машина. А эстетическая сторона Лейка заботила мало.

После телефонного разговора с Эдди он поехал к Джексонам, чтобы встретиться с Эдди и Кларенсом.

– А это еще что? – вопросил Эдди, вместе с Кларенсом усаживаясь на заднее сиденье.

– Это моя машина, – ответил Лейк.

– Это «Понтиак Ацтек»! – обвиняюще произнес Эдди.

– Правда? Я и не знал… Машина как машина. Белая, что удивительно. Думал, что она бежевая, когда ее покупал. Но ездит нормально.

Оглядев салон, Кларенс издал совершенно человеческий стон.

– Мне нужно отвести Кларенса домой, а затем двигать в суд. За Эллисом и Бейлом присмотрит Блок. А ты следи за Руби Джонсон, няней Джексонов. Если я не ошибаюсь, она собирается кое-что провернуть. И не забывай фоткать.