Чтение онлайн

– С руками, – велела Аша.

Он неохотно обнял ее, но Аша стиснула его, вдохнула в себя. Все-таки он ее сын – как это прекрасно. Он уступил, сжал ее в ответ, и, кажется, за весь день она не была так близка к тому, чтобы расплакаться.

Кас отстранился и указал на костер:

– Я разжег.

– Отлично, – сказала Аша.

– Не зажигалкой. Отис научил меня, как разжечь костер с помощью хвороста и кремня. А сейчас будем жарить рыбу. Верно, Отис?

– Кас, ты должен говорить «мистер Блейк».

– Все нормально, – сказал Отис. – Я же не его учитель.

Ашу эти слова ничуть не успокоили. Она предпочитала дистанцию, сообразно его должности.

– Нам пора домой.

– Ну, я останусь, пока костер не выгорит, – сказал Отис. – Если можете задержаться, зажарим форель, наш улов.

Аша задумалась: заманчивое предложение, да и Кас явно хочет остаться. К тому же она так устала, что присесть на минутку-другую не повредит.

– Только ненадолго.

Она опустилась на красное клетчатое одеяло – оказалось, у нее болит каждая мышца. Дверь в сарай была приоткрыта, и она разглядела там вешалку с одеждой – неужели Отис здесь и живет? Она заставила себя отвернуться. Что-то в Отисе ей не нравилось, но поди пойми, есть ли повод для беспокойства? Или что-то покалывает в животе просто потому, что она недоверчива от природы?

Кас и Отис занялись готовкой. У Аши едва хватало сил на разговоры, а уж чтобы помочь, и речи не было. Она смотрела, как озеро превращается в жидкое золото, и старалась ни о чем не думать. Надо на чем-то сосредоточиться, иначе мозг будет подбрасывать ненужные образы и воспоминания.

Отис протянул ей пиво.

– Еда почти готова, – объявил он.

– Я не голодна.

– Сейчас слюнки потекут.

Кас стоял у края озера и бросал в воду камешки.

– Произошел несчастный случай, – сказала она Отису. Поднесла бутылку к губам. – Пиппа Ярдли. Ее сбила машина.

Аша глотнула пива.

– И как она?

– Не знаю. Мне пришлось… скорая ехала целую вечность, а когда ее забрали… Даже не знаю, куда позвонить, у кого узнать, что с ней. Номера ее мужа у меня нет, а в больнице мне, скорее всего, ничего не скажут. Не знаю, может быть, она уже… – Еще глоток пива. – Зачем я вам об этом рассказываю, сама не знаю.

– Пугающая история.

– Да.

Она прикрыла глаза. Не плакать же перед мужчиной, с которым едва знакома.

– Извините.

– Ладно вам. Ведь она ваша подруга. Должно быть, это было ужасно.

Аша кивнула.

– Да.

– Надеюсь, она поправится.

– Спасибо.

В глазах появились слезы, и она отвернулась. Вытерла глаза, но слезы так и текли, она не успевала их смахивать.

Кас опустился рядом с ней на одеяло и толкнул ее локтем в бедро. Она не повернулась к нему, просто протянула руку. Он взял ее и сжал. Они так и сидели молча, Аша старалась прийти в себя. Когда она оглянулась, Отис стоял у костра.

– Хочешь, я напишу Бенни, спрошу, есть ли новости? Могу спросить номер его отца.

Аша откашлялась.

– Давай.

Отис передал им тарелки. Кроме рыбы, на тарелке лежали листья салата и нарезанный жареный картофель. Она заметила, что ее рыбу Отис разделал, а Касу предоставил возможность действовать самому. Какой заботливый! Хотя немного обидно.

– Вот это да, – восхитилась она. – Красота! А я собиралась пиццу в духовку ставить.

Она хоть и заявила, что не голодна, не оставила на тарелке ни кусочка. Тени стали длиннее, и насекомые пощипывали ее голые руки. Но сообщение, которое Кас послал Бенни, пока оставалось без ответа.

– Еда была на славу. Давайте помою посуду, еще как-то помогу?

Отис улыбнулся.

– Нет, тарелки я оставляю лисам, они их вылижут дочиста.

Аша так устала, что не поняла: это он всерьез?

– Идем, Кас. Пора.

Кас кинулся за своими вещами, Аша поблагодарила Отиса:

– Спасибо вам. За то, что разрешили Касу вам помочь. И за то, что спасли ему жизнь, со всем этим купанием в озере. Надо подарить вам плащ супергероя или что-то в этом роде.

– Вот уж мисс Лейн порадуется. Она то и дело говорит мне, чтобы я надевал на себя побольше одежды.

– Я бы не стала ее слушать, – сказала Аша.

– Вы считаете, что мне надо носить меньше одежды?

– Не льстите себе. Этого я не говорила.

Отис улыбнулся, и его лицо преобразилось.

– У мисс Лейн сейчас на уме совсем другое, – сказала Аша. – Ей не до ваших туалетов.

Оба замолчали, размышляя о том, что именно у нее на уме. Она стала директором школы, потому что ее предшественника убили. Продолжается полицейское расследование, учеников все меньше, родители требуют все больше.

Отис сказал:

– Наверное, вы правы. Но сочувствовать ей я не собираюсь. Незачем ей было…

– Я готов, – объявил Кас.

– Незачем что? – спросила Отиса Аша.

– Ничего.

Аша посмотрела на него, но он не стал встречаться с ней взглядом. И она сказала Касу:

– Едем, тебе еще уроки делать.

– До понедельника ничего делать не надо, – заметил Кас.

– Прекрасно.

– Мне даже не нужны хорошие оценки для того, чем я хочу заниматься после школы, – сказал Кас и пожал плечами.

– Да? И чем же?

– Буду садовником, как Отис.

– Только через мой труп. Это не твой уровень, Кас.

Глаза Каса расширились, он мельком взглянул на Отиса, и Аша поняла, что ляпнула не то.

– Извините, Отис, вовсе не хотела вас обидеть, просто…

– Конечно. Я понял.

– Я совсем не это имела в виду.

Отис покачал головой.

– Я же говорю: понял. Вам кажется, что работать садовником – дело недостойное.

– Вовсе нет! Ничего подобного я не говорила. Просто для меня садоводство – это скорее хобби, я не хочу, чтобы Кас ограничивал свой выбор. Ведь в чем смысл учебы в «Аберфале»? В том, чтобы перед ним открылось больше дверей. Я хочу для него самого лучшего, и тут вы меня не собьете.

– Не собираюсь я вас сбивать. Если вас что-то не устраивает, это ваша проблема, а не моя.

– Пусть так. Пойдем, Кас.

Аша отошла на несколько шагов, потом повернулась и приблизилась к Отису, замахала пальцем перед его лицом.

– Знаете что? Нет. Со мной такие намеки не пройдут. Я никогда не смотрю свысока на людей, которые трудом зарабатывают себе на хлеб.

– Я ничего такого не говорил.

– Я работала на всех работах с минимальной зарплатой, какие только можно придумать. Пусть Кас знает: если будешь слушать свое сердце и рисковать – это окупится. Но сердце не платит по счетам, поэтому я по-прежнему каждое утро и большую часть дня раскладываю товар по полкам, ужимаюсь, экономлю и считаю каждый пенни, который попадает на мой банковский счет.