Чтение онлайн

После обхода и установки артефактов молодой человек вернулся в комнату и тихонько сел на пол рядом с кроватью Верховной — так он мог наблюдать за всей комнатой и при необходимости закрыть принцессу собой или быстро схватить и унести подальше от опасности.

Рэн прислушался: к счастью, дыхание у Леи было равномерным и спокойным. Судя по его частоте, девушка была в глубокой фазе сна, отчего она даже не ворочалась.

Когда маро услышал это, то у него отлегло от сердца, ведь втайне он опасался, что и сегодня принцесса будет спать так же беспокойно, как и в предыдущие дни.

У Рэна оставалось более трёх часов бдительного ожидания, которое всегда давалось ему труднее, чем остальным детям, что были в И-Мар. Он предпочитал действие, охрану в движении, но искренне не любил просто сидеть на месте, когда вокруг не было никого, кто мог бы напасть.

В детстве он действительно опасался, что его неусидчивость не позволит ему стать маро принцессы. Рэн до сих пор помнил, как его ругали за то, что он не справлялся с заданиями, и как потом, приехав во дворец, жалел всех стражников, которые стояли, не имея возможности даже отлучиться с поста. У него-то самого будет как минимум четверо партнёров! Тем более что маро чаще занимались разведкой, в то время как для мар основной функцией была охрана. Поэтому Рэн радовался, что он не мар. Ирония судьбы. До Клиро ему придётся заниматься охраной.

«Впрочем, главное, чтобы с ней всё было в порядке», — подумал маро и тут же услышал, как принцесса что-то бормочет. Что говорила Лея, разобрать было невозможно, но судя по голосу это было что-то приятное, поэтому молодой человек просто обернулся, чтобы убедиться, что Верховная укрыта и ей не холодно, и вернулся к ожиданию.

Проще всего было думать об архитектуре здания, в котором они находились, — это была нейтральная тема, не интересовавшая его самого и не способная погрузить в задумчивость, которая могла бы помешать воспринимать возможные угрозы. Именно поэтому Рэн старался не думать о Верховной.

Один из артефактов сработал, и маро встал, повернувшись к двери.

Совсем скоро раздались шаги у входа в большую спальню, через несколько секунд из-за двери кто-то прошептал:

— Это Карт. Как там Лея? — судя по голосу и Потоку, это действительно был он.

Не желая разбудить принцессу, молодой человек подошёл к двери и как можно тише прошептал в щель:

— Всё хорошо. Она спит.

— Ну и прекрасно. Мы постараемся не шуметь. Если что-то понадобится, то просто дотроньтесь до этого слова, которое я оставлю на стене. Это знак воды. Если ты или Лата прикоснётесь к нему, он попытается вас облить и исчезнет. Я пойму, что нужна помощь, и приду.

— Понял.

Рэн почувствовал, как на стену накладывают знак. После чего раздались удаляющиеся шаги.

Маро вернулся на свой пост.

Оставалось ещё три часа.

К счастью, знак не понадобился, и принцесса спокойно проспала весь вечер и ночь. Когда она встала, то маро ещё спал. Он тоже был истощён, а потому Лата решила дать ему возможность хорошенько отдохнуть. Не хватало ещё, чтобы он был в плохом состоянии, когда нужно будет работать в осквернённой деревне. Спорить он не стал.

Лата посмотрела на молодого человека, спящего в уголке, с сочувствием. Годы в «Железной лее» не пошли ему на пользу. Из всех людей, изгнанных из столицы после побега принцессы, его задание было самым выматывающим. Его душа устала. Когда она видела его в последний раз до того, как они пришли в храм, глаза Рэна были пустыми. В них не было ни энтузиазма, ни радости, ни печали, лишь тоска и совсем немного надежды. Связь между Верховной и маро выматывала его, и это было видно невооружённым взглядом. Лея была не единственной в группе, кому было необходимо восстанавливаться. Душе Рэна нужно было время, чтобы прийти в себя.

У принцессы были Лем, Карт, Кортик и Мим, чтобы помочь ей прийти в себя, а у Латы — Мириан. У него же не было никого.

На сердце стало тепло даже от простых воспоминаний о муже и тут же оно заныло от желания обнять маленькую Тару.

Мар долго решалась на этот шаг, и пусть от него в душе было ощущение потери, он был правильным. То, что Лата сказала Лее, было правдой: если Верховная не очистит мир от скверны, то даже в больших городах будет опасно жить. Молочную няньку он нашла, а со всем остальным муж справится лучше, чем она сама — женщина, всю жизнь жившая служением.

И всё равно сердце болело, побеждая разум.

Тяжелее всего ей пришлось в приюте Черпака.

Женщина вздохнула и пошла будить Рэна.

Первая деревня, в которую они пришли, действительно почти не была затронута скверной, но люди облепили группу и не давали уйти, пока стражи не приказали разойтись.

Вторая деревня была другой.

Она была пустынна, но не заражена.

По словам Лионы, которая отправилась с Верховной, ещё недавно люди здесь были. По крайней мере, деньги они платили исправно. Но она была пуста. И давно. Дома уже начали приходить в упадок, а кое-где не было дверей.

— Здесь никого не было уже лет десять, — сказал Кортик. — Вы уверены, что сюда кто-либо приезжал?

— Старшая жрица ездила, — ответила Лиона, но в голосе её не было уверенности.

— Мы не можем здесь оставаться надолго, нам необходимо осмотреть ещё три деревни, а что здесь произошло, можно будет узнать и позже, — решила принцесса. — Когда вернёмся, то узнаем у бывшей старшей жрицы, как эта деревня могла платить хоть за что-то.

— Ты знаешь, Лея, думаю, что мы скоро сами узнаем, что случилось с деревней, — сказал Карт напряжённо.

Иона, нахмурившись, посмотрела на него, а потом в ту сторону, куда глядел мужчина. Девушка вздрогнула от неожиданности — прямо перед ней стоял Рэн. Принцесса выглянула из-за его спины и увидела больше сорока человек, которые приближались к ним.

Почему-то страха Лея не испытывала. Возможно, виной тому было то, что вокруг неё были сильные чтецы и воины, а может, потому, что она сама могла себя защитить.

Девушка сняла артефакт и прислушалась к своей силе: людей перед ними переполнял страх, но они храбрились. Страх, агрессия и немножко храбрости — вот и всё, что нужно, чтобы совершить нечто ужасное.

Вокруг Верховной одновременно появилось три щита.

— Колдуны! — воскликнул кто-то.

Голос был звонок и наполнен ужасом. Его обладатель был явно молод. И чувствителен к Потоку.

Группа Ионы напряжённо ждала.

— Вы чего в нашей деревне делаете?! — громко спросил мужчина, явно бывший главным.

— Это не ваша деревня. Люди, которые жили здесь, ушли давно! — ответил им Кортик.

— Так мы и ушли! А сейчас хотим вернуться. Так что вы в нашей деревне делаете?! — старший был напряжён и готов приказать остальным нападать, но он говорил правду. По крайней мере, он верил в свои слова.