Степь и Империя. Книга IV. Рыцарь Империи
Шрифт:
И сильным оказался вовсе не Император.
История эта началась еще при деде тогдашнего Императора Амаро.
Воины Амаро, не находя себе другой забавы, решили "прихватить" себе немного земли на близлежащем полуострове Южного Материка.
Была там страна - воплощенный символ "рожденных в понедельник" . Если амаро соседи деятельно ненавидели, то корю сильно жалели - как жалеют соседского ребеночка, увечного от рождения. Настолько сильно жалели, что даже туда не лезли - хотя, казалось бы, землицы много не бывает. Но вот не лезли, считая что земли эти никому счастья не принесут, а в первую очередь тем, кто там обитает.
Но опыт соседей амаро не указ, амаро знают, каким должен быть правильный порядок и громадная армия отплывает на покорение Корю, где в очередной раз тридцать три князя меряются, кто должен быть верховным правителем в Земле Корю.
Естественно, раздираемая междоусобицей и голодом страна - а эти твари всегда ходят парой - оказывается под властью Амаро. Армия сажает своего военного правителя и начинает наводить порядок. За десять лет наведения порядка они так преуспели, что местное население подпольно выбрало Верховного Князя, бросило соху и лопату - а затем сбросило в море «непобедимую» армию амаро.
Но военный правитель Земли Корю, вернувшись на родную земли, вовсе не собирался отказываться от власти, тем более у него под рукой было несколько десятков тысяч воинов, изрядно поиздержавшихся во время бегства.
И изящным движением писчей кисти генерал вернувшейся армии объявляет в Империи Амаро Военное Правление - дескать, армия лучше знает, какой должен порядок.
А богорожденный Император пусть остается символом нации - сидит во дворце, улыбается красиво и посылает каждый год вдохновляющие стихи и послания своему народу.
И ведь удалось!
Глубоко уязвленный поражением и унижением, дед Императора передал власть сыну и удалился в монастырь, отшельничать.
Отец же нынешнего императора, приняв власть, напротив, вполне был доволен своей декоративной ролью, занимался каллиграфией, коллекционировал наложниц, писал стихи и наслаждался жизнью. Так и дожил до глубокой старости.
И вот нынешнему - Императору Ёмэю - нужна была власть. Я, правда, подозреваю, что власть ему понадобилась не сразу, а лишь на седьмом году правления, после некоторых событий.
Была у него обожаемая дочь, любовь к которой несколько выходила за привычные нам границы отеческой любви. Император любил принимать ванны с малолетней дочерью и она частенько ночевала в его опочивальне - якобы, боялась ёкаев.
Но вот однажды она отправилась на соседний остров поглядеть на цветение сада удивительных растений - и во внутреннем проливе Амаро ее корабль оказался захвачен случайным пиратом, которого шквал, как назло, занес в запретные воды.
Безутешный Император разослал шпионов во все концы Мира, долго разыскивал любимую дочь, и - как это ни удивительно - в конце концов нашел.
Судьба девушки сложилась относительно благополучно, она была куплена царем прибрежной страны и отправлена подарком к своему воинственному соседу. Тому девушка приглянулась настолько, что он сделал ее официальной наложницей и она принесла ему двух прелестных деток...
Разгневанный Император потребовал от своих воинов немедленно собирать армию и отправляться наказать и владыку, купившего и подарившего императорскую дочь, и царя, ее обесчестившего.
Но воины не сильно рвались воевать два сильных государства у самых границ Султаната, трезво оценивая размеры трепки, которую они там получат.
И тогда Император решил, что военному правлению в Империи Амаро пора положить конец и вернуть подлинную власть императорской семье. Это мысль безраздельно завладела им. Он был одержим этой идеей днем и ночью. И знаешь - безумнцы порой добиваются успеха там, где разумный говорит - "невозможно".
Император Ёмэй составил отчаянный, но продуманный план. И в самом начале этого плана оказался я - Скульптор, о котором, как о диковинке, рассказал Императору один из приглашенных музыкантов с Юга.
А шпионы Императора подтвердили, что упомянутый Скульптор, на продажу изготавливая развратных дев, в большой тайне готовит грозных воинов. И это привело Императора в восторг - мало того, что живое орудие для исполнения его планов существует, оно само по себе является и ширмой для истинных намерений Императора.
И меня пригласили создать сад прелестниц чтобы развлечь погруженного в горе Императора...
***
Все эти соображения мне изложил сам Император Ёмэй при личной встрече. Он потребовал, чтобы я создал для него двадцать непобедимых бойцов его личной стражи. Большее количество уже было не утаить в его личных покоях - а Император обоснованно подозревал, что Военный Правитель обязательно имеет шпионов во Дворце.
Эти бойцы должны были вырезать охрану и сыновей Военного Правителя во время ежегодного церемониального визита к Императору. А охрана Военного Правителя состояла из знаменитых мастеров клинка.
Вторая задача, которую Император ставил перед своей Непобедимой Стражей - он сразу так и назвал ее - это обеспечение его неприкосновенности во время личного появления Императора перед замками четырех семей, на чьих клинках держалось могущество Военного Правительства.
– А с остальным я справлюсь без твоей помощи, - весело закончил Император.
– Хотя, конечно, ты должен мне создать еще несколько прелестниц, чтобы оправдать своё пребывание во Внутреннем Дворце. О деньгах не беспокойся - заберешь столько, сколько сможешь увезти из моей сокровищницы на трех лошадях, - хоть золотом, хоть каменьями, хоть редкостными диковинами.
Мне оставалось лишь согласиться. Только один вопрос я задал: "Когда состоится визит Военного Правителя?"
И Император со смехом ответил мне: "Вчера!"
***
Время шло и я проводил его подле Императора, под предлогом того, что мне надо узнать его вкусы, прежде чем приступать к работе.
Император объявил по всей стране о своем желании обзавестись четырьмя волшебными прелестницами, и к воротам Внешнего Дворца потянулись вереницы родителей, надеющихся пристроить своих дочерей диковинными зверушками для Императора.