Чтение онлайн

– Вот!
– слепец наконец нащупал в торбе искомое и извлек наружу. Он развернул удивительно чистую тряпицу и над дорогой поплыл сытный дух, щедро сдобренный пряными травами.

Йосу сглотнул слюну.

Но не только ему понравился чудесный аромат.

– Хо-хо!
– вдруг громко произнесла беззвучная доселе тень.
– Кто это раздает такие ароматные бобовые лепешки в моем лесу?

***

От неожиданности певец вздрогнул и чуть не уронил такую привлекательную лепешку. Йосу, еще недавно прыгавший зайцем по темному лесу, застыл на месте, как молнией пригвожденный, и безязыкий...

Страшная фигура вновь раскололась и в узкой щели показался свет. Еще мгновение - и Йосу чуть не упал от облечения.

Ужасная громадная тень оказалась всего лишь плащом из соломы, и не такой уж громадной, а свет внутри - горящей свечей в фонаре, который прикрывал полой плаща неизвестный человек.

Лицо его скрывалось в тени, но сам плащ был ясно виден при свете жалкой свечи, которая оказалась вдруг ярче небесных светил.

– Кто ты, добрый человек?
– спросил слепец.

– Я-то?
– рассмеялся незнакомец.
– Я отшельничаю в этом лесу уже семьсот лет и имя мое давно стерлось даже в моей памяти. Можешь называть меня просто старик или просто отшельник. Но ни разу за все годы я не слышал, чтобы на ночной дороге там шумно делили лепешку...

– Прости нас, добрый человек, если мы потревожили твой сон. Я бродячий певец Хоити, а это мой поводырь Йосу. Мы идем в местный замок, но заблудились...

– Покажи уши, Хоити!

Певец рассмеялся.

– Конечно, я не тот Хоити, который вошел в легенды. Но уверяю тебя, я с честью ношу это прозвище...

Теперь рассмеялся и Отшельник.

– Это было бы слишком смешно - посреди ночи в добавок к аромату бобовой лепешки получить еще и настоящего Хоити в гости. Вы можете переночевать в моей хижине, а в замок отправиться утром.

– А далеко ли до замка, добрый человек?

– Даже если вы будете идти очень медленно, вы будете там к полуночи. Но вряд ли вас пустят в замок среди ночи.

– Спасибо за гостеприимство, достопочтенный отшельник, но мы, пожалуй, отправимся в замок...

– На что только люди не идут, чтобы не делиться бобовой лепешкой!
– и отшельник громко и искренне расхохотался, как смеются совершенно счастливые и свободные люди.

Однако в ночной тиши смех этот звучал как-то зловеще...

***

И тонкое ухо певца уловило эту зловещую нотку.

– Я с радостью разделю эту лепешку с благочестивым отшельником, а оставшуюся половину мы разделим с мальчиком.

С этими словами он разломил лепешку пополам и протянул половину в сторону, откуда слышал голос лесного обитателя.

Отшельник подошел почти бесшумно. Шелест его плаща из коры и соломы был неотличим от шелеста деревьев. Лицо его по-прежнему скрывалось в тени такой же бесформенной соломенной шляпы.

Но тут очарование момента разрушил звонкий голосок Йосу: "Я не поведу тебя в замок за четверть лепешки! Мы договаривались за половину!"

– Хорошо, вот твоя половина, - певцу почему-то хотелось побыстрее расстаться с загадочным отшельником, а не разбираться с упрямым мальчишкой. Йосу цапнул лепешку и тут же впился в нее зубами.

– Всех накормил, а сам остался голодным, - убирая тряпицу в торбу, грустно улыбнулся слепец.
– Когда-нибудь я сочиню ироничную песню с такими строками...

Отшельник снова рассмеялся молодым звонким смехом, и разломил пополам свою часть лепешки.

– Возьми, певец Хоити! И обязательно сочини обещанную песню! Я буду ждать! А ты, мальчик, смело требующий своего, ты далеко пойдешь! Следующий раз, когда будешь идти через лес - обязательно загляни ко мне. Мне интересно будет поговорить с тобой. А сейчас идите...

Тут словно порыв ветра припорошил глаза Йосу, а когда он проморгался - на дороге стояли лишь он сам и нищий певец, растерянно державший в руках кусок злополучной лепешки.

И больше ни одной живой души, лишь колышущиеся тени деревьев...

***

Глава 9. Замок Акамагасэки

Глава 9. Замок Акамагасэки

***

Ночные Владыки давно уж миновали зенит, когда Йосу увидел белеющие в темноте стены замка и причудливые контуры нависающих друг над другом крыш, черных на фоне ясного звездного неба.

Отшельник, наверное, и не предполагал, что слепец передвигается так медленно. Судорожно вцепившись правой рукой в плечо Йосу, а посохом в левой тщательно ощупывая дорогу перед собой, бродячий певец злил мальчика своей медлительностью с каждым неуверенным шагом. Сам бы он уж давно добежал до замковых ворот. Но обещание было дадено, а лепешка уже съедена...

Как и следовало ожидать, замковые ворота были заперты, а на их стук долго никто не отвечал. И хотя звонкий детский голосок, выкрикивающий "Срочное сообщение для князя!", далеко разносился в ночной тишине, стража будто вымерла.

Лишь когда к крикам Йосу присоединился звучный голос певца и стук его посоха в окованные ворота, стражники снизошли до ответа.

– Ворота будут заперты до рассвета! Проваливайте, бродяги! Не уйметесь - стрелы не пожалею!

***

От бессилия Йосу расплакался, а когда Хоити начал его утешать, набросился на бродягу со злыми упреками: "Это все из-за тебя! Если бы мы шли быстрее, я бы успел передать сообщение Князю!"

Сам же при этом понимал, что никакого сообщения Князю передать он не успел бы, потому что в путь отправился уже с темнотой, когда ворота замка накрепко закрылись.

Но делать нечего - пришлось ждать рассвета.

Ночная прохлада заставила мальчика прижаться к бродяге, а тот - неожиданно нежно - прикрыл его плечи своим драным плащом. Все еще всхлипывая, Йосу согрелся и заснул очень быстро, доверчиво прильнув к обнимающему его мужчине.

***

Разбудил мальчика грохот поднимающейся решетки, но он не сразу понял, где находится. Вывернувшись из-под лежащей на его плечах руки, он вскочил на ноги.

От ворот к спящим путникам шли три стражника.

И пока слепой певец недоуменно прислушивался к происходящему, Йосу уже на коленях обращался к тому из солдат, кто шел вперед.

– Доблестный воин, староста нашей деревни послал меня с сообщением к Небесному Князю...

– Это ты стучался ночью в ворота?
– грубо перебил его стражник.

– Простите мне мою дерзость, доблестный страж, я пытался быстрее выполнить данное мне поручение...
– испуганно пробормотал мальчик. Он боялся, что его тут же на месте казнят за ночную дерзость.