Не Беатриче образ ясноокийИ не вакханки темный пьяный взорНавек запали в душу мне глубокоИ кличут вдаль, в сияющий простор.Нет! Личико в простом платочке белом,И руки тонкие, и золото очей,И голос полудетский и несмелыйМелькнули тенью в юности моей.…И трепет ночи — первой и последней,И слово то, что всех мудрее книг,В ночном саду под липою столетнейЯ первый раз услышал и постиг.Между 1911 и 1918
27. «Мне приснилось: я мельник, на мельнице я…»
Мне приснилось: я мельник, на мельнице я… К ночи там затихают колеса.Я не сплю. Только утка порой прозвенит Да летучая мышь закружится.А на мельнице той что-то крысы грызут, Под колесами падают капли…Щука где-то всплеснулась, и вздрогнул камыш, Успокоиться долго не может.Где-то в поле далёко подвода гремит. Кто, куда и зачем это едет?Тихо падает звездочка, белой дугой Оставляет свой след в темном небе.И летит вся земля, как подвода в полях, — К цели мчится в просторах безмерных, —И летят города, и плотина летит, И колеса, и утки, и люди.Между 1911 и 1918
28. «Ты помнишь ли? Мы ехали с охоты…»
Ты помнишь ли? Мы ехали с охоты.Телега тарахтела всё сильней;Туман осенний расстилал полотна,Вдали мелькали проблески огней.А серый дождь из бесконечной тучиШумел над нами, по плащам стекал,Бил в наши лица холодом колючимИ в камышах то плакал, то шептал.Но вот, услышав смех и говор милый,Мы въехали в неспавшее село —И счастье сразу душу осветило,По жилкам и по косточкам прошло.Между 1911 и 1918
29. «Когда в груди моей тревога…»
Когда в груди моей тревогаТо потухает, то горит;Когда потеряна дорога,А на устах любовь дрожит;Когда душа моя трепещет,Как белый парус на челне, —Тогда не жду я песен вещихИ не идут они ко мне.А в тихий час, когда покояПоток нахлынет, — счастлив я:Тогда, тогда я вновь с тобою,Я вновь с тобой, тетрадь моя!Между 1911 и 1918
30. ДЖЕММА
Тургенев, «Вешние воды»
Июльский день. Гудят шмели и пчелы,Вся в золоте — акация жужжит.Уснула мать. Легчайшим ореоломНа белом лбу спокойствие лежит.За окнами на улице дремотнойПоет шарманка на старинный лад, —А Джемма улыбается и смотритНа то, как Санин продает оршад.Улыбки. Шепот. Ощущенье счастья,Любовь, которая уже близка.И солнца луч, как светлый соучастник,Касается цветов и потолка.Между 1911 и 1918
31. «Белые щенята на соломе…»
Моей Романовке
Белые щенята на соломе,Солнце греет мордочки щенят;Цапля в синем небе, а на домеТени веток бродят и дрожат.Слышно — в комнатах звенит посуда,Песенка доносится с полей…И как будто гостя ждешь оттуда —Из страны, которой нет милей.Скатерть мы расстелем под кустами,Светлое откупорим вино, —И, внимая шорохам над нами,Вспомним всё, что было так давно…Между 1911 и 1918
32. «Люби природу не как символ…»
Люби природу не как символ, С тобою схожий, —Не для себя люби природу, А для нее же.Она для нас не только тема Стиха, картины —В ней необъятные высоты, В ней и глубины.Порыв ее души могучей Всего сильнее.Что, человек, твои порывы В сравненье с нею?Она как мать. Так будь же сыном, А не эстетом.Тогда ты станешь не бумажным — Живым поэтом.Между 1911 и 1918
33. «Пером багряным вечность пишет…»
Пером багряным вечность пишетБессмертные черновики,И ветер ласково колышетРумяной розы лепестки.К нам красота идет и сноваВсё озарила на лету,А мы — мы в грязь втоптать готовыЗемную эту красоту.Между 1911 и 1918
34. «Дождь приносит нам веселье…»
Дождь приносит нам веселье —Гость весенний, голубой…Кто-то нам постель постелетВ светлой горнице с тобой?Кто под капель рокотанье,Милых капель за окном,О любви напомнит давнейГлаз веселых огоньком?Кто? Откуда? Как зовется?Как смеется? И кому?И не к сердцу ли прижметсяГорестному моему?1919
35. «Сладок свет…»
Сладок свет…
Как сладок свет! В лучах сияют дали,Блестит небес голубоватый цвет.Поет душа, ей словно крылья дали: Как сладок свет!Весенней рощи легкий силуэт.Твои глаза мне о цветах сказали,О той траве, которой мир согрет,И, кажется, теплее камни стали… Как сладок свет!То ангельские свечи разогналиМучительную тьму тяжелых летИли, прозрев, мы сами увидали, Как сладок свет?1919
36. «Плещут у влажного берега легкие, светлые воды…»
Плещут у влажного берега легкие, светлые воды,Будто Гомерово море шумит, набегая на склоны.Наш Одиссей повествует о битвах, где гибли народы,О неподвижных, без солнца, краях, о чащобах Цейлона.Чудится злое дыхание пьяной тропической ночи,Диких зверей голоса и запахи пастбищ звериных,Шум океана, чьим эхом прозрачная речка бормочет,—Мирная речка в зеленых, веселых и тихих долинах.Может быть, где-то доныне живут лотофаги счастливо,Может быть, в дебрях, как прежде, свирепые бродят циклопы?Может быть, звезды, что ярко сияют на глади залива, —Зевсовы очи, глядящие в очи Европы?1919